Этногенез 2. Компиляция (СИ) - Кондратьева Елена - Страница 398

— Что? — Белка уставилась на знахаря.

Старик широко улыбался. Неизвестно откуда у него в руке появилась деревянная плошка. Подняв ее, Оолф плеснул в лицо Белке ледяной водой.

Белка зажмурилась и открыла глаза.

ГЛАВА 8

ГОВОРЯЩИЙ ЧЕЛОВЕК

Медведь действовал Виму на нервы. Умнейшее животное, ага. Зверь оказался не умнее морской свинки, которую Вим в детстве держал в аквариуме. Та тоже не понимала даже простейших команд, лишь таращила глаза, да возмущенно пищала, требуя еду. Точно так же медведь смотрел на Вима — зверь определенно был голоден.

Он был огромным. Медведи, которых Вим вдел в цирке, казались карликами по сравнению с этим зверем. Здесь же… Сила и мощь. Если б медведь поднялся на задние лапы, то высотой был бы не меньше трех метров. Когти как кинжалы; в оскаленной пасти поблескивали клыки длиной с палец; черная шерсть висела грубыми космами. Настоящее первобытное чудовище — такое откусит голову и не заметит. На его фоне девочка, которая лежала у лап зверя, казалась крошечной, как Дюймовочка.

— Ну хорошо, — сказал Вим. — Я даю тебе две банки тушенки и банку копченых сардин. Идет? Еще у меня есть консервированные ананасы, но ты, поди, не знаешь, что такое ананасы?

Вим задумался.

— Думаю, про тушенку ты тоже не слышал. Но она тебе понравится. Чес-слово!

Медведь рявкнул. Должно быть, его рык слышно на километры. По спине побежали мурашки.

— Да ладно тебе! Отличная сделка. У тушенки срок годности до две тысячи двенадцатого года. Получается, она не испортится еще… Очень долго. Твои потомки к тому времени уже вымрут.

Вим прикусил язык. Может, не стоило говорить медведю, что у его вида нет будущего? Еще обидится.

Медведь сверлил Вима блестящими черными глазками. Девчонка у его лап пошевелилась и тихо застонала. Лицо ее скривила гримаса боли, но глаза оставались закрытыми. Вим подался вперед; медведь зарычал — звук походил на рев мотоцикла без глушителя.

— Слушай, — сказал Вим, поднимая руки. — Я хочу ей помочь. Я не врач, но умею оказывать первую помощь. А ты пока перекусишь, а? Отличная тушенка — соглашайся.

Медведь опустил голову и толкнул девчонку носом. Бережно, словно собственного детеныша. Взгляды, которые он бросал в сторону Вима, были весьма красноречивы — мол, подойди ближе, и познакомишься с моими когтями. А подобного знакомства Вим хотел избежать.

Девчонку он нашел случайно.

Вим путешествовал по реке, сплавлялся на плоту вниз по течению. Конкретной цели у него пока не было. До этих мест он добрался недавно и еще не успел толком осмотреться. А как говорил Чеширский Кот, если все равно, куда хочешь попасть, то все равно, куда идти. Река же — проверенный и надежный проводник; рано или поздно она должна вывести к людям.

Плот он делал три дня. Получился совсем не шедевр кораблестроения, из неряшливо отесанных сосновых бревен, тяжелый и неуклюжий. Не «Арго», как ни крути. Но плот оказался крепким и отлично держался на воде. Вим закрепил руль, поставил на корме шалаш из лапника и оборудовал место для очага. От мысли установить мачту он благоразумно отказался; Вим умел управляться с парусом, но, чтобы его сделать, пришлось бы раскроить спальный мешок. Пойти на это Вим не мог.

Свой корабль он нарек «Приключение». За неимением шампанского Вим швырнул в плот котелком с водой, после чего оттолкнул плот от берега и доверился течению.

Сутки он просто плыл, отдыхая, играя себе на гармонике и перечитывая «Гекльберри Финна» — лучшую книгу для путешествий по реке. Места были дикие, но на иное Вим и не рассчитывал. Хотя он забрался далеко в прошлое, мир вокруг вовсе не выглядел юным. Наоборот — от него веяло древностью, седой и могучей. Лес вплотную подступал к реке, и плот плыл по зеленому туннелю. Вим любовался гигантскими деревьями и огромными валунами, принесенными ледником. Один раз он заметил лося, вышедшего на берег. Зверь был под стать лесу — нескладный гигант с рогами под два метра и шкурой цвета сосновой коры. Заметив плот, лось трубно взревел, вспугнув семейство длинношеих уток. В ответ на приветствие Вим сыграл на губной гармошке куплет «Norwegian Wood», правда, лось не особо впечатлился.

Потом деревья стали редеть, и лес уступил место плоской равнине. Тут-то Вима и ждало первое серьезное препятствие. Через реку переправлялось огромное стадо бизонов и северных оленей, перегородив ее, подобно плотине. Столько животных сразу Вим не видел даже в фильмах про индейцев. Река бурлила, когда звери один за другим бросались в воду и плыли на противоположный берег. Пытаться сквозь них проплыть — безумие; оставалось только ждать.

Некоторое время Вим провел на берегу, наблюдая переправу. Зрелище, несомненно, завораживало — величием, размахом и первобытной яростью. Не говоря о том, что Вим впервые увидел живых мамонтов. Ради этого стоило сюда забраться. Заросшие грубой шерстью колоссы с длинными перекрученными бивнями — они оказались даже больше, чем Вим их представлял по иллюстрациям и фильмам. И уж куда больше любого слона. Угрюмые, словно погруженные в тяжелые и безрадостные думы, мамонты шли неторопливой рысью, презрительно поглядывая на несущихся сломя голову бизонов и оленей.

Но со временем все приедается; звери шли и шли, ревели, прыгали в реку, и в конце концов Виму это наскучило. Он отправился бродить по окрестностям, а в итоге наткнулся на девчонку и медведя.

Вим приметил гранитный валун, с которого можно было осмотреться. Но когда он к нему вышел, то первым делом увидел эту парочку. Девочка-подросток лежала, поджав колени к груди; длинные и тонкие рыжие косички разметались, скрывая грязное лицо. Медведь сидел рядом, склонившись над телом.

Сперва Вим решил, что зверь убил девчонку и собирается сожрать. Жестокое время — жестокие нравы. Однако медведь не думал приступать к трапезе. Да и следов нападения Вим не заметил — ни кровавых ран, ни оторванных конечностей. Девчонка пошевелилась, и Вим облегченно выдохнул. Жива…

Медведь заворчал и подтолкнул тело лапой. Вим присвистнул. Подобной трогательной заботы он не ожидал. То, как медведь смотрел на девочку… Это не взгляд хищника, скорее, так собака глядит на хозяина.

С девчонкой что-то случилось, это ясно. Возможно, ей требовалась медицинская помощь. Однако стоило шагнуть ближе, медведь зарычал, скаля клыки. Шерсть на загривке топорщилась. Вим поднял руки и отступил. Как бы преданно медведь ни глядел на девчонку, он не милый домашний зверек. Связываться с ним себе дороже.

Битых полчаса Вим пытался договориться со зверем, но тот не желал его слушать. Решив, что одними разговорами он многого не добьется, Вим сходил к плоту и вернулся с несколькими банками консервов. Но и попытки подкупить медведя результата пока не принесли.

— Хорошо, — сказал Вим. — Я тебе дам немного на пробу, а ты уже сам решишь?

Медведь, разумеется, не ответил. Вим открыл консервную банку. Подцепив ножом кусок жирной тушенки, он бросил ее зверю.

— Бесплатная дегустация, только сегодня…

Тушенка упала на мох перед звериной мордой и развалилась на части. Выглядело не слишком аппетитно; оставалось надеяться — медведь не станет привередничать. Зверь обнюхал угощение, покосился на Вима и съел все в один присест.

— Ну как? — спросил Вим. — Еще?

Он снова зачерпнул тушенки из банки и бросил медведю. С новой порцией зверь разделался еще быстрее. Вим усмехнулся — рыбка клюнула. Давно подмечено, лучший способ подружиться с собакой — дать ей кусок колбасы. Видимо, подобная методика применима и к медведям.

— Ну? Две банки чудеснейшей тушенки за возможность помочь девчонке? Ты в выигрыше, как ни крути. По рукам? В смысле, по лапам…

Вим выскреб из банки остатки и положил на мох. Добавил содержимое второй банки.

— Прошу! — Он приглашающе махнул рукой.

Медведь медлил несколько секунд, а затем подошел к угощению.

— Вот и отлично, — сказал Вим, боком приближаясь к девчонке. — А я пока ее осмотрю…