Темная ночь - Шелтон Пейдж - Страница 4

– Да, да, я знаю, – сказала Бенни. Все еще мягко, но с осуждением.

– Это все переписчик. Он сегодня приходил, – продолжила Клаудия.

– Правда?

– Да, он пришел, и сначала все было хорошо. Нед был рад с кем-то поговорить. Понимаешь?

– Конечно. – Бенни приложила лед к ее заплывшему глазу.

– Но Нед не совсем понял, что такое перепись. И когда переписчик стал задавать вопросы, Нед занервничал. Тот спросил, сколько человек живет в нашем доме. Нед разозлился, стал спрашивать, на что тот намекает.

Бенни быстро взглянула на меня и снова повернулась к Клаудии.

– К вам кто-то приезжает?

Клаудия не хотела отвечать, но все же сказала:

– Иногда.

– Кто?

Клаудия покачала головой.

– Клаудия, что происходит? Кто это и почему Нед держит это в секрете?

– Я не могу сказать тебе, Бенни. Просто не могу.

Возраст Клаудии определить было тяжело, но я решила, что ей где-то лет 20–25. Я всегда видела ее в компании мужчины. Он тоже казался молодым и был некрупным – я бы никогда не подумала, что он бьет жену. Разумеется, такие вещи редко бывают очевидными.

– Клаудия, просто скажи, кто это. Давай, – уговаривала Бенни.

Я поняла, почему Клаудия пришла в бар. Я не знала, где она живет, но она пришла именно сюда, потому что знала: Бенни ее поддержит и, может, даже убедит Грила не наказывать Неда слишком строго. Похоже, это был отработанный сценарий. Я вдруг поняла, что Бенни и Клаудия через это уже не раз проходили.

Клаудия понизила голос и опустила глаза.

– Это сестра Неда, Люси.

– Люси… фамилия Уизерс? – спросила Бенни.

– Да. Ты ее знаешь?

– Нет. Кто она и почему Нед ее прячет?

Клаудия вздохнула.

– Она тайно приехала из Джуно. Ее… ищет полиция. Она что-то украла, ее арестовали, но она сбежала и приехала на пароме две недели назад. Мы пустили ее перекантоваться.

Я подумала, что, если бы муж Клаудию не бил, она бы не выдала золовку, но в этот момент она была настолько зла, что рассказала все. Мы понимали, что она потом пожалеет и будет пытаться от всего откреститься.

– Так, тут надо разобраться. Ты ведь это знаешь? Мне придется сделать еще пару звонков. Понимаешь? – сказала Бенни.

– Понимаю.

Бенни кивнула и снова сняла трубку. Она позвонила в полицейский участок, но там уже никого не было. Ее сообщение утром получит Грил или Доннер, рейнджер и по совместительству член местного подразделения правопорядка. Бенни попробовала снова позвонить доктору Паудеру и поймала его прямо перед выходом, попросив заехать по пути за Грилом. Он ответил, что и так собирался это сделать.

– Останься сегодня здесь. С тобой ничего не случится, – сказала Бенни Клаудии, повесив трубку.

– Спасибо, Бенни, – сказала Клаудия с явным облегчением.

Я смотрела на них со странным чувством. Это в общем-то совсем не мое дело ощущалось очень даже моим.

Я наслушалась историй о том, что здешние зимы делают с людьми. Когда на город опускаются темнота и холод, люди вынуждены сидеть по домам. Для некоторых это невыносимо.

Мне повезло, я жила в двух шагах от бара, кафе и лавки. Даже в самую плохую погоду я могла выйти из дома куда-то, где с кем-то можно поговорить. Многие обитатели Бенедикта жили далеко от крошечной площади – центра нашей скромной цивилизации. Буквально на днях мой друг Орин рассказал об обходе, который совершали местные с каждой весенней оттепелью, – обходе смерти, как он его назвал. Был только один способ выяснить, все ли жители города в порядке и пережили зиму: обойти всех лично, дом за домом.

Выжившие собирались на площади и отправлялись на поиски тех, кто не появился. Чаще всего пропавшие находились – кто-то в довольно потрепанном состоянии, кто-то не в таком уж и плохом. С приходом весны почти все возвращались к нормальной жизни, чувствовали себя лучше, когда свет буквально и фигурально рассеивал мрак.

Даже у старожилов Бенедикта не было иммунитета к психологическим проблемам. Они могли появиться в любой момент на ровном месте.

Орин рассказал об обходе, когда попросил опубликовать дату весеннего сбора в «Петиции». Разумеется, до него было еще четыре месяца, но чем раньше все узнают дату и отметят в календарях, тем лучше. Орин добавил, что некоторым само знание даты помогает, ведь так им есть, чего ждать.

От мысли оказаться запертой в собственном доме у меня побежали мурашки, несмотря на теплую куртку. Я не знала, что именно меня так проняло – местные особенности или страх снова оказаться в ловушке. Я приняла все это слишком близко к сердцу.

– Бет, – позвала Бенни. – Ты в порядке?

– Да, – ответила я.

– Иди домой, если хочешь. Я справлюсь.

Я посмотрела на Клаудию. Мы только познакомились, но я бы и не подумала уйти.

– Я в норме, – кивнула я.

Я была вовсе не в норме, даже близко, но им об этом знать было не обязательно. Им также не обязательно было знать, что уходить сейчас для меня, возможно, было бы даже хуже, чем остаться и разобраться или хотя бы попытаться помочь.

Глава третья

Бенни пришлось убедить посетителей, что бар придется закрыть пораньше, – задача была непростой по нескольким причинам. Людям нравилось общаться, а на улице поднялся ветер и повалил снег. Мороз кусался, как говорится. Перспектива выйти наружу привлекала намного меньше, чем идея переждать метель под крышей.

Последним ушел переписчик. Я узнала, что его зовут Даг Витнер, но большинство называет его просто по фамилии. Услышав, что вместе с доктором приедет Грил, он решил оставить фургон, позаимствованный у аэропорта, и вернуться с полицейским, который уж точно лучше него управится с машиной в такую погоду.

Но Бенни все равно выпроводила Витнера, сказав, что Грил будет долго занят и придется тому добираться самому. Мне ее поведение показалось неприветливым, однако я оставила свое мнение при себе. Справедливости ради, домик Грила был не так уж и далеко, на съезде с главной дороги. Я знала, что днем дорогу чистили, скорее всего, Элайджа. Я вспомнила о нем и Гасе и прикинула, что они точно успели вернуться домой до метели.

Явно недовольный Витнер тихо выругался на Бенни, плотно оборачивая шарф вокруг шеи.

– Что, простите? – сказала Бенни.

– Что слышали, – ответил Витнер, и его сердитый взгляд задержался на мне чуть дольше, чем следовало. Наконец он толкнул дверь и исчез в снегопаде.

Ни я, ни Бенни больше о нем не сказали ни слова.

Я удивилась, что она не попросила уйти и меня. Я не предлагала. Похоже, из-за моей реакции на рассказ Клаудии Бенни решила, что и за мной тоже желательно присмотреть. А без Виолы в Бенедикт-Хаусе я останусь одна, и никто не сможет обо мне позаботиться.

Где-то через полчаса приехали Грил и доктор Паудер. Они прошли в подсобку к Клаудии и выдворили нас в переднюю часть бара.

Вскоре Грил подсел за столик к нам с Виолой и Бенни.

– Клаудия в порядке, – сказал он. – Но все мы знаем, что дальше будет с Недом. Какое-то время к нему лучше не подходить. Его зимнее обострение в последние годы только ухудшилось.

– Она может переночевать здесь, – предложила Бенни. – Я тоже останусь.

– Она может переночевать у меня… – Виола кивнула в мою сторону. – У нас.

– Это еще не всё. – Грил посмотрел на Виолу. – Похоже, у нас в городе преступница. Конечно, нам не в новинку, но до сегодняшнего дня мы о ней не знали. Сестра Неда, Люси, тайно приехала на пароме две недели назад. Опасная девица – воровка и, скорее всего, вооружена, хотя, насколько я понял, пока ни в кого не стреляла. Я наведу справки в Джуно сегодня или завтра утром. Доннер сейчас едет сюда, потом мы с ним заберем Люси из дома Неда и Клаудии. Сомневаюсь, что она осмелится выйти в такую метель, да и идти ей больше некуда.

– Нед только сильнее взбесится, – добавила я.

– Да, мы знаем, поэтому… вот как я хочу поступить. Точнее, на самом деле я бы хотел задержать Люси и Неда и оставить в полицейском участке, но там плохо работает отопление. Так поступить будет опасно и безответственно. К тому же мне негде их запереть, да и вместе их оставлять не стоит. Пусть Нед пока остается дома, он потянул лодыжку и сбежать не сможет. Клаудия пусть остается здесь, в баре, или у тебя дома, Бенни, – но Доннер тоже останется при ней. Ви, прошу тебя на ночь запереть Люси в Бенедикт-Хаусе. Завтра я соображу, как вернуть ее в Джуно. Я слышал, может прийти паром. Неда я тоже хочу туда отправить. Мы не можем и дальше так решать проблемы Неда и Клаудии. Становится только хуже.