Античный Чароплёт. Том 4 (СИ) - "Аллесий" - Страница 161

Возможно, отношение и было бы другим, будь я талантливее, но у меня очень долго не получались простейшие вещи. Я был практически бездарен. И именно эта ситуация не давала мне покоя довольно долгое время. Я помню, что система когда-то давно прямым текстом написала мне, что йога — это развитое у меня направление. Неограненный талант фактически. Не до конца понимаю, как это возможно, но я почти уверен, что получил некий подарок, дар, что-то вроде Ме… Или это и было Ме — от того старика в пустынной пещере, которого освободил в свое время безо всякой платы. Только что толку? Так мне тогда казалось. Но в какой-то момент я понял, что все не так просто. И случилось это во время одной занимательной встречи.

Не сказать, что я не был знаком с Ливратмали до того, но, говоря откровенно, к красивой пятнадцатилетней девушке, внучке самого Гальди, меня особо не подпускали. Она всегда была окружена вниманием, была, можно сказать, “местной звездой”. Я не могу сказать, что девушка мне не нравилась, но больших чувств к ней не было. Таскаться же за каждой юбкой просто не имело смысла. Я и так бы мог что в Бхопаларе, что в Вавилоне купить дом, завести несколько жен и прекрасно жить. Когда убил бы Йена. Но эта цель хоть и казалась сложной, не была невыполнимой. Старик дряхлел, я же набирал силу. Глупо полагать, что он сможет со мной сладить. Без Йена же мои враги в Шумере были бы слабы. Альфира, несколько энов, которые когда-то на меня ополчились, связанные со всей этой кучкой семьи… Все эти люди решительно неспособны были бы мне что-то сделать, лишись они самой мощной фигуры на своей стороне игры в шатрангу — магистра-демонолога Гильдии. Особенно если бы я смог сам стать магистром. Следовало возвращаться в Шумер только тогда, когда на это были бы хоть какие-то шансы. В ином же случае там не стоило бы проводить много времени. Полгода максимум. Потом убраться обратно за границу Империи. На мастера политикам и дворянам оказывать влияние и давление проще.

Возвращаясь во времена обучения, я не особо общался с Ливратмали. Вроде бы несколько раз её приветствовал. По словам наставников у нее многое получалось крайне хорошо. Она прогрессировала. Но было ли мне это интересно? Мне немного не хватало до полувека в этом мире, пусть я и выглядел кратно моложе. Возраст учеников был совершенно разным, конечно. Кому-то десять лет, кому-то — больше тридцати. Но большинству в районе пятнадцати-двадцати лет. И пусть даже неплохие успехи у кого-то из них мне были… неинтересны? Это было просто глупо — соревноваться с теми, кого я мог убить за секунды. Или даже мысленно воспринимать их как равных. Они же и не подозревали, что я за человек, что могу, чего хочу. Для не умеющих видеть ауру я был просто неудачливым учеником. А умеющих было крайне немного. Так что я просто не обращал на окружающих много внимания.

С Ливратмали мы столкнулись у ручья, куда она несла два огромных кувшина, повязанных на перекинутую через плечи веревку. Я просто сидел перед водой, пытаясь повторить базовую внешнюю медитацию. Честно признаться, я и приближения ее не заметил — слишком был погружен в свои мысли.

— Все пытаешься, Тиглат? Может, надо закончить тебе с этим?

— А?.. С чем? Ты о чем?

— С учебой. Тайные практики — это не твое. Сам же видишь, — она сняла с плеч кувшины, опускаясь на колени. Стояла от меня Ливратмали шагах в пяти. В этих местах ручей глубоко врезался в каменистый берег, позволяя опустить кувшин достаточно глубоко, чтобы наполнить его водой до горлышка.

— Все мое, — я пожал плечами. — Надо просто работать. Что-то осваивается быстро, что-то медленно.

— А что-то не осваивается никогда, если нет таланта, — она покачала головой. — Ты бездарен, признай уже это!

— У меня всего два вопроса, — я растерянно покачал головой. — Почему ты мне это говоришь и не боишься ли ты мне это говорить здесь одна?..

— А что ты сделаешь? Возьмешь меня силой? Или побьешь? — она насмешливо подняла камень, сжав его в кулаке. Тот треснул и рассыпался в хрупкой с виду девичьей руке. — Не слишком ли… хр… — схватившись за горло, девушка захрипела, пытаясь разжать невидимые путы. Её ноги медленно оторвались от земли, засучив по воздуху. Подержав её так пару секунд, я отпустил телекинетический захват, уронив округлую попу собеседницы на землю.

— Разговаривай уважительней. Я больше не буду делать предупреждений, — машу рукой. Даже ругаться не хотелось. С кем? С пигалицей? Я и за этот-то жест уже чувствовал стыд перед самим собой. Додуматься же надо — ребенка охаживать магией. Нет, будь это моя ученица или кто-то официальный в Шумере, в Бхопаларе — еще да. Но здесь? Ставить на место кого?.. Вот эту вот соплюшку?.. Вон — уже смотрит испуганными глазами. Хлопает ресницами.

— Как… Как ты это сделал…

— За пределами общины, в которой ты живешь, есть множество видов и школ магии… Тайных практик. Я прекрасно владею множеством из них. Ваше учение просто одно из многих. И интересно мне. Поэтому я здесь. Вот и все. И если тебе нечем мне помочь, то отстань от меня. Я занят, — я отвернулся обратно к воде. Вокруг разлилась блаженная тишина. Вскоре послышался звук набирающейся в кувшин воды. А потом снова раздался голос:

— Я… Могу посоветовать что-то… — на мой взгляд вполоборота Ливратмали замялась. Потом довольно решительно продолжила говорить: — Я могу поотвечать на вопросы… Если у тебя есть. А ты поотвечаешь на мои, — быстро добавила она на мою поднятую бровь.

— Какие, например?

— Что за другие школы, какие там практики, что…

— На какие вопросы ТЫ мне можешь ответить? — хо! От былой уверенности в своей правоте и следа не осталось. Ливратмали была таким типом людей, которые… Всегда правильные. Делают по правилам, гордятся этим. Не нарушают писанных и неписанных законов, следуют указаниям и получают от этого несказанное удовольствие. Почему она начала со мной этот разговор? Да я почти уверен, что просто раздражаю её! Не вписываюсь в картину мира, где талантливые должны учиться, а все остальные должны заниматься чем-то другим. И она даже вполне искренне, кажется, хотела меня в этом убедить. Наивно…

— Ну… На какие-нибудь… Что-то подсказать могу… — я покачал головой. Гальди достаточно трепетно относится к своим потомкам. В отличие от Абтармахана, у него есть что-то около десятка внуков. За эту небольшую выволочку он мне ничего и не скажет — у всех есть границы, которые не надо переступать. Но все же конкретно эту девчонку дед разбаловал. Надо было пороть. Хотя бы иногда. Хотя ладно… Честно говоря, социальная изоляция даже меня иногда утомляет. А она может мне действительно что-то рассказать. Те, кто только осваивают новое, чувствуют нюансы острее. Не всегда понимают, что делают, но всегда могут сказать и объяснить как-то так необычно, с каким-то таким нестандартным подходом со стороны, с которым не всегда попробует подойти профессионал, уже давно интуитивно выполняющий многие действия. И пусть учиться у ученика не стоит, но послушать его точку зрения на процесс иногда бывает интересно.

— Ладно… Хочешь, чтобы я рассказал тебе о мире? О чем конкретно? О Магии Слова моей родины — Империи Шумер? О ритуалах Троянского Круга магов? О мертвецах, восстающих из могилы? О демонах, живущих за гранью нашей реальности? О мудрецах Храма Тысячи Бхопаларского царства или о мудрых, но поверженных родах чародеев Индрахутары? Хочешь послушать об общине йогов западных ворот Царства? Так называют город Хараппу. Или, может, тебе интересны жрецы богов, которым поклоняются в землях змей и песка — великом государстве Те-Кемет, раскинувшимся по берегам могучего Нила?..

— Обо всем!.. Я хочу послушать обо всем этом! — глаза Ливратмали зажигались все больше и больше по мере моих слов. Она отставила в сторону кувшины и подошла ко мне, сев рядом на берегу. У девушки оказалась с собой пара лепешек в подшитой складке передника, а я не стал отказываться. Свежевыпеченный хлеб я умел ценить еще с детства.