Системный Друид. Том 3 (СИ) - Ло Оливер - Страница 14

Темноволосый повернулся к блондину, сбивая ладонью ветку, хлестнувшую его по щеке:

— Говорю тебе, Коул, третьего ранга мы возьмём. Грег в прошлом месяце завалил каменного волка один на один, а он всего на два года старше нас.

— Грег завалил каменного волка с артефактным копьём и двумя магическими ловушками, — отозвался блондин, перепрыгивая через корень. — У нас такого снаряжения нет.

— У нас есть Маркус, Стен и Вальтер, — темноволосый кивнул на спины старших. — Они втроём медведя четвёртого ранга разделали, помнишь? Тот заказ из Кареноры, когда мы ещё в учениках ходили.

— Мы и сейчас в учениках ходим, Дейл, — Коул поправил лямку заплечного мешка, и его улыбка стала чуть скромнее. — Маркус берёт нас, чтобы мы учились, а учиться лучше молча и с открытыми глазами. Так он сам говорит.

— Маркус много чего говорит. А потом пьёт эль и рассказывает, как в семнадцать лет забрался в подземелье под Карнагским холмом и вынес оттуда серебряный амулет, который продал за пятьдесят золотых, — Дейл хмыкнул. — Если он мог в семнадцать, мы тоже сможем.

Русоволосый Маркус, шедший впереди, чуть повернул голову, и его серые глаза скользнули по ученикам.

— Дейл, — произнёс он негромко, не замедляя шага, — амулет стоил тридцать, а подземелье было первого уровня, с тварями, которых ты бы прихлопнул сапогом. Хватит врать за моей спиной, я всё слышу.

Темноволосый покраснел, но ухмылка не покинула его лица.

Стен, второй из старших, широкоплечий мужчина с коротко стриженной головой и густой тёмной бородой, обернулся через плечо и буркнул:

— Тише. Оба. Мы в Пределе, а Предел шума не прощает. Сколько раз я вам говорил про подобные места⁈

Младшие притихли, но ненадолго. Через пять минут Дейл уже шёпотом пересказывал Коулу историю о гнезде огненных саламандр, которое группа зачистила прошлой весной где-то на юго-западе, и парень слушал, покачивая головой с видом человека, который отделяет десять процентов правды от девяноста процентов вымысла.

Маркус шёл впереди, его руки лежали на поясе, кончики пальцев касались рукояти меча и кинжала. Вальтер, арбалетчик, двигался левее, контролируя подлесок по фланговой дуге, его взгляд скользил по зарослям размеренно, как луч маяка, и арбалет покачивался в руках с готовностью, говорившей о сотнях часов практики. Стен замыкал тройку старших, прикрывая тыл и одновременно присматривая за учениками.

Все пятеро несли следы магического дара, слабого, но ощутимого. Мана в их каналах текла ровно, без всплесков, характерных для природных магов высокого ранга, скорее, на уровне усиленных рефлексов, обострённого восприятия и базовых боевых техник ранга Новичок-Ученик.

Достаточно, чтобы выживать в диких землях, где обычные люди гибли от первого встречного хищника. Недостаточно, чтобы считаться настоящими магами. Авантюристы, те, кто зарабатывал на жизнь исследованием опасных мест, охотой на мана-зверей и поиском артефактов в подземельях.

Их цель лежала где-то впереди, в глубине Предела, куда редко забирались даже местные. Маркус держал при себе потёртую карту, свёрнутую в трубку и заткнутую за пояс, на которой были обведены углём несколько участков, помеченных вопросительными знаками.

Подземелья. Неисследованные комплексы, оставшиеся от ушедших цивилизаций или порождённые магическими аномалиями, о которых ходили слухи среди гильдейских авантюристов, но которые никто ещё не подтвердил разведкой на месте. Каждое такое подземелье было потенциальной золотой жилой: кристаллы маны, артефакты, редкие материалы, которые можно продать за цену, окупающую месяцы подготовки и дни смертельного риска.

А пока подземелье оставалось непроверенным слухом, сойдут и обычные трофеи. Мана-звери третьего ранга, чьи клыки и шкуры ценились у алхимиков и ремесленников. Редкие травы, растущие только вблизи источников концентрированной маны. Кристаллы, если повезёт наткнуться на обнажённую жилу. Всё, что можно унести на спине и выгодно сбыть в ближайшем городе.

Предел для них был очередным охотничьим угодьем. Территорией, полной ресурсов и возможностей, где единственной платой за добычу служил риск, а риск был частью профессии, которую они выбрали сознательно.

Верескова Падь встретила пятёрку авантюристов косыми взглядами и настороженным молчанием местных жителей.

Чужаки редко забирались так далеко. Караванщики и купцы приходили с юга, королевские сборщики налогов являлись раз в квартал с предупреждением за две недели. К тому же близость Предела пугала даже тех, кому нечего терять. Группа вооружённых людей в добротном снаряжении, с рунными наручами и арбалетами, выглядела среди бревенчатых домов и огородов примерно так же уместно, как породистый скакун в коровнике.

Они направились к таверне. Единственному заведению в Пади, где можно было получить горячую еду, кружку чего-нибудь крепче воды и крышу над головой за разумную плату. Хозяин, грузный мужик по имени Грюн, с вечно красным лицом и передником, который, казалось, не снимал даже ночью, встретил гостей с профессиональной приветливостью, за которой пряталась привычная настороженность ко всему незнакомому.

Маркус заказал еду и эль на пятерых, расплатился серебром без торга, и монеты легли на стойку с мягким звоном, который заставил Грюна приподнять брови от щедрости.

Старшие устроились за угловым столом, расположенным так, чтобы контролировать вход и окно одновременно. Маркус сидел лицом к двери, Стен спиной к стене, Вальтер чуть в стороне, положив арбалет на колено. Привычная рассадка людей, для которых любое помещение было потенциальной ловушкой и потенциальным укрытием одновременно.

Младшие, разумеется, сели по другую сторону от наставников, ближе к стойке, откуда лучше было видно зал и, главное, откуда их самих было лучше видно.

Дейл и Коул привлекли внимание прежде, чем успели допить первую кружку. Эль развязал языки, которые и без того держались на честном слове, и парни заговорили так, как разговаривают молодые авантюристы в деревенской таверне, где единственными слушателями являются крестьяне, никогда не выезжавшие дальше ближайшей ярмарки. Все же такие люди становятся самыми благодарными слушателями, ведь всегда интересно послушать новое.

Дейл рассказывал о «подземелье под Карнагским холмом», откуда Маркус вынес серебряный амулет. История обросла подробностями, которых при первом пересказе ещё не было: теперь подземелье содержало три уровня, стражей из оживлённых доспехов и ловушку с ядовитыми иглами, которую Маркус обезвредил «голыми руками и складным ножом». Коул дополнял, вставляя комментарии о том, как сам однажды «почти убил» древесного стража второго ранга на практике, умалчивая, что «почти» означало «споткнулся и упал, а стражу горло перерезал Стен, стоявший за спиной».

Местные слушали. Кто-то с любопытством, кто-то с осторожностью, кто-то с хмурой настороженностью, которая свойственна людям, живущим у границы дикого леса и привыкшим к тому, что громкие слова редко подкрепляются делом.

Марта заметила их к вечеру.

Она шла по рыночной площади, возвращаясь от подруги, когда Дейл и Коул вышли из таверны, щурясь на закатное солнце и переговариваясь с непринуждённой бравадой, свойственной молодым людям, убеждённым в собственной значимости. Оба были молоды, крепки, при оружии и при деньгах, и их уверенные движения, добротная одежда и блеск серебра на поясных пряжках контрастировали с привычным обликом деревенских парней в застиранных рубахах и латаных сапогах.

Марта замедлила шаг. Её глаза скользнули по фигурам авантюристов с оценивающим прищуром, который красивые женщины считают незаметным.

Дейл заметил. Он всегда замечал красивых девушек, это был его персональный талант, развитый куда лучше, чем владение мечом. Его взгляд остановился на Марте, задержался на тёмных волосах, скользнул по фигуре и вернулся к лицу с улыбкой, широкой и открытой, которую он считал неотразимой.

Коул перехватил направление взгляда напарника и тихо хмыкнул.