Меня зовут Гудвин (СИ) - Корнев Павел Николаевич - Страница 45

— Эд, а это кто?

— Русалки. Не те, которые в синем море-океане и с дельфинами в цирках, а которые на ветвях сидят. Неужели раньше не видел?

— Не доводилось, — признался я и отклонил предложение пропустить по кружке пива, но в кафетерий с Эдом всё же пошёл, взял там две порции рыбы, а к ним кусок пирога с курицей и картошкой, благо сегодня не тратился на обед.

Наскоро перекусив, спустился на проходную и попросил разрешения воспользоваться телефоном.

— Да вот ещё! — возмутилась вахтёрша, вязавшая спицами под негромкое бормотание радиоприёмника. — Он для служебных надобностей!

— Так и мне для служебных! — подтвердил я на голубом глазу. — Честное слово!

— Ну смотри мне! — пригрозила гномиха. — Попробуй только не по делу разговор затеять!

Я развернул к себе телефонный аппарат, достал записную книжку и отыскал в ней три заветных буквы «ККК». Покрутил диск телефона, набирая номер Кузнецова, а когда в трубке прозвучал знакомый голос, по-военному чётко доложил:

— Товарищ капитан, за время моего дежурства происшествий не случилось, дежурный по пляжу Гудвин!

— Шутник, ля! — прозвучало в ответ, и динамик зашёлся короткими гудками.

Вахтёрша отложила вязание и уточнила:

— А это кто ж у нас капитан? Одни майоры да полковники в отставке!

— Лодочная пристань есть? Байдарки с катерами есть? Значит, и без капитанов не обойтись! — отшутился я и утопил рычажки телефонного аппарата. — Сделаю ещё один звонок?

— Звони, бог с тобой! — разрешила гномиха.

Я отыскал номер кафетерия и набрал его.

— Жасмин? Привет! Гудвин это. Думал к вам в пятницу вечером заскочить. Нормально? Только я не один буду.

— Она красивая? — разыграла ревность джинна.

Привести с собой на дискотеку я собирался отнюдь не Элю, так что лишь хохотнул в трубку.

— Увидишь! Ну так что?

— Приходи, конечно!

— В девять буду.

Я опустил трубку на рычажки и вновь полистал страницы записной книжки в поисках домашнего номера Тони. Ни на что особо не надеялся, но ответил на звонок именно он.

— Алло?

— Тони?

— Кто это?

— Это Гудвин, — представился я, чем стилягу нисколько не успокоил, поэтому сразу перешёл к делу: — Смотри, мне пара рук нужна, дерево на чурбаки распилить. Работы на полчаса. С меня — бесплатный проход на дискотеку.

Предложение это Тони явно в восторг не привело, но и сразу он трубку не повесил, спросил:

— Это на какую?

— Которую в ДК лёгкой промышленности проводят. Знаешь такую?

Тони знал.

— Хорошее место, — неуверенно промямлил он. — Только нас туда особо не пускают.

«Нас» — это орков?

— У меня всё схвачено, — уверил я стилягу. — Подгребай в пятницу после работы…

Я продиктовал адрес и, поскольку вахтёрша углубилась в вязание, позвонил Ивану Ивановичу Иванову, справился у лейтенанта о ходе расследования уголовного дела, возбуждённого в отношении малолетних хулиганов.

— На учёт в детской комнате поставили и в школу материалы передали, — подтвердил тот слова участкового. — Всё, Гудвин! Отстань уже от них.

Но я и не подумал оставить собеседника в покое, поскольку звонил совсем по другому поводу.

— Иван Иванович, а знаете такого Льва, тоже лейтенанта? У него ещё зелёный «меркурий»?

— Бурова, что ли? Есть такой.

Вот только ожидаемого продолжения «а что?» не последовало, последовали короткие гудки. Я мысленно ругнулся и набрал отдел кадров, но Людмила на звонок не ответила. То ли отсутствовала в кабинете, то ли уже ушла домой.

Ну а мне на смену было ещё слишком рано. Наверное, имело смысл позаниматься на гребных тренажёрах, но было лень, и я дал слабину, решив вместо этого прогуляться до больницы пешком. В сквере наткнулся на шахматистов, углядел знакомого пенсионера, занятого разбором этюда, и без спроса подсел к нему за столик.

— Сыграем?

Тот помялся и всё же принялся выставлять фигуры. Я занялся тем же и в самые кратчайшие сроки продул две партии подряд, по поводу чего нисколько не разозлился.

Ну а чего психовать-то? Я б и в прошлой жизни с треском проиграл, а сейчас ещё и получше себя прежнего в шахматах разбираюсь. Нормально!

Но задержался и ничего не оставалось кроме как ехать в больницу на трамвае — потратил на билет пять копеек из восьми сэкономленных на телефонных звонках. Медосмотр на сей раз прошёл без каких-либо придирок, а на площадке у гаражей я застал Гошу копающимся в моторном отсеке служебного автомобиля.

— Только не говори, что это ведро с болтами не на ходу!

Поморский эльф опустил крышку капота и принялся вытирать руки ветошью.

— Да нет, порядок. Подшаманили вчера. Да и чего ей будет? Крысу же сбили, не лося!

Подошёл хмурый Юз, и шофёр шумно потянул воздух носом.

— Портвешок? Вот это правильно! «Три топора» тебя побыстрей водки угробят! Но зачем ограничиваться полумерами? Переходи на плодово-ягодное!

Вопреки обыкновению врач молча отмахнулся и забрался на пассажирское сиденье. Связавшись с дежурным, он начал составлять список вызовов, а я улёгся на носилки и развернул карту. Сумею такую вызубрить, тоже неплохая разминка для мозгов выйдет. Да и в принципе лишним не будет.

Правда, толком позаниматься с картой не вышло — и пяти минут не прошло, как покатили по адресам. Ну и пошло-поехало. Передышка случилась только ближе к полуночи, когда обнаруженный припозднившимся прохожим «сердечник» оказался не пьяным, а крепко побитым, пришлось связываться с диспетчером и дожидаться прибытия милицейского патруля.

Те на месте от пострадавшего ничего не добились и разрешили увезти его в травматологию, а сами покатили по округе в поисках каких-нибудь подозрительных личностей. У нас же — снова вызовы, вызовы, вызовы. И всё рядышком, всё буквально в соседних домах — переезды короткие, толком даже не подремлешь. К утру устал как собака.

Но сонливость враз как рукой сняло, когда немногим после шести последовал вызов на станцию Нелюдинск-грузовой, где сошли с рельс несколько вагонов товарного состава и во всё это безобразие въехал фирменный пассажирский поезд.

— Мы-то там на кой? — возмутился Гоша.

— Прибавь газу! Газу прибавь! — поторопил его Юз. — Мы самые ближние! У меня о-го-го какой опыт!

— Один чёрт, в хирургию не вернут!

— Гоша, завали! И педаль в пол — жизни спасать едем!

К счастью, всё оказалось не так уж и плохо, поскольку машинист пассажирского поезда вовремя успел начать торможение. Но даже так локомотив и первый вагон опрокинулись, и мы с Гошей присоединились к извлекавшим пострадавших санитарам. Шофёра я оставил у насыпи, а сам скооперировался с коллегами и полез внутрь. На пару с чёрно-зелёным громилой извлёк эльфа со сломанной ногой, на этом всё и закончилось. Точнее — закончились пассажиры, которые нуждались в эвакуации.

А вот Юз освободился только в начале девятого, когда на место происшествия съехалось начальство и представители полудюжины ведомств — одним предстояло разбираться в причинах случившегося, другим полагалось ликвидировать последствия катастрофы.

— Вот это настоящая работа! — объявил Юз, когда мы уже отъехали от станции. — Вот это настоящая жизнь!

— Я понял, — проворчал Гоша, — чем другим хуже, тем тебе лучше!

— Ой, да завали!

Толком взбодриться не помог даже контрастный душ. В столовой я то и дело клевал носом, но вместо того, чтобы лечь спать, сразу из больницы поехал на курсы. Иначе никак, вечером же дежурство в дружине! И не являться туда никак нельзя — мало ли когда заступничество Петровича понадобится? Да и запись в личном деле об активной социальной жизни тоже не помешает. Наверное.

В буфете центра повышения квалификации я купил сразу два стакана кофе, но особого воздействия на нервную систему кофеин на сей раз почему-то не оказал, и занятия еле высидел. Веки слипались — хоть спички в глаза вставляй. Если б не успел занять место на одном из задних рядов, точно бы из аудитории погнали. Ещё и раззевался так, что чуть челюсть не вывихнул.