Меня зовут Гудвин (СИ) - Корнев Павел Николаевич - Страница 75

Вот же влип! Как кур в ощип!

Глава 12

Двенадцать

Два бойца метнулись на кухню, послышалась возня, донёсся металлический щелчок наручников.

— Живой! — сказал кто-то из милиционеров, и сразу затрещала рация. — Скорую!

Одновременно с этим мои карманы сначала охлопали, а затем и вывернули наизнанку.

— Чист! — объявил проделавший это боец.

Мне велели подниматься, затем последовала команда:

— Руки!

Послушно вытянул их перед собой, и на запястьях тотчас защёлкнулись наручники.

«Забраслетили, ля!» — подумал я и присмотрелся к прошедшим в квартиру сотрудникам в штатском. Ни одного знакомого лица.

— Понятые, заходите!

В одном из чемоданов оказались шубы, на содержимое другого я даже не взглянул и, повысив голос, потребовал:

— Что вы себе позволяете? Вы на каком основании сюда вломились! Вы вообще кто? Представьтесь немедленно! Я буду жаловаться!

При понятых бить меня не стали, плотного сложения мужчина с тронутыми сединой волосами и бесстрастным лицом всякого повидавшего опера раскрыл красную книжицу удостоверения, сунул её мне под нос.

— Майор Усольцев! Уголовный розыск! — Сразу отвлёкся и уточнил: — Что со скорой?

— Едет.

— Уводите!

«Уводите» — это пока не меня, а пытавшегося уверить присутствующих в собственной невиновности Витю Бабаева. Гнома вытянули из квартиры, а пару минут спустя пришёл и мой черёд. В сопровождении двух автоматчиков я спустился этажом ниже, встал стиснутый ими с двух сторон у лифта. Послышалось гудение электродвигателя, и тут же приоткрылась дверь боковой квартиры.

— А что происходит-то? — спросила старушка гномьей расы. — Что за лиходеев повязали?

Один из бойцов повернулся и улыбнулся.

— Всё в порядке, мать.

Я тоже кинул взгляд в ту сторону и разом напрягся.

Хотя чего напрягаться-то? И без того злой дальше некуда!

Дверцы лифта открылись, но всем одновременно туда было никак не зайти, поэтому один из конвоиров шагнул вперёд и потянул меня за собой, ну а другой, наоборот, чуть поотстал. В прошлой жизни при таком раскладе играть в тянитолкай я бы не рискнул, тут же со звонким щелчком разлетелось пережжённое электрическим разрядом звено цепочки наручников, и — толчок!

Застигнутый врасплох боец влетел в кабину и со всего маху врезался в её заднюю стенку, второй вцепился в автомат, но я уже развернулся и ухватил его. Бросок!

Рывком в развороте я закинул милиционера в лифт, и столкновение напарников вышло столь жёстким, что мне удалось сунуть в кабину руку и наугад нажать сразу несколько кнопок. Дверцы начали закрывается, а уже миг спустя я очутился рядом с любопытной старушкой и заставил её попятиться обратно в квартиру. Закрылся, заблокировал автоматически сработавший замок и улыбнулся.

— Без паники! Оперативная необходимость!

Записную книжку у меня изъяли при задержании, но нужный номер я вызубрил наизусть, поэтому, сняв трубку с закреплённого на стене телефонного аппарата, без промедления принялся крутить диск.

Чёрт! Слишком много семёрок и восьмёрок!

— Сейчас меня будут бить, попрошу запомнить кто и куда это станет делать, — сказал обомлевшей от испуга старушке, и — гудки! Длинные, длинные, длинные…

Ну быстрее же! Берите трубку!

Кто-то отозвался на том конце провода, и я выпалил:

— Это Гудвин! Угро! Майор Усольцев!

И — тишина! Перерезали провод!

В следующий миг кнопка блокировки замка сместилась вниз, и начал проворачиваться его механизм, я выругался и повалился на пол, прикрыл голову.

Спасло меня это от тумаков? Ну… не совсем.

Не могу сказать, будто сидеть было так уж больно, скорее я лишь испытывал при этом лёгкий дискомфорт. Как ни крути, отбить почки существу моей комплекции не так-то и просто, а разойтись бойцам группы захвата не позволил руководивший операцией майор. Правда, моё отношение к нему из-за этого не улучшилось ни на грош.

Сидит за столом, протоколы изучает, индюк надутый!

Но прохаживавшегося за спиной капитана из поморских эльфов я не любил, прямо скажем, много-много сильнее. Более того — испытывал настоятельное желание повстречаться с ним во внерабочее время, желательно в тёмной подворотне.

— Квартирная кража, разбой с применением огнестрельного оружия, причинение тяжких телесных повреждений, сопротивление при задержании… — перечислил майор Усольцев. — Как же ты докатился до жизни такой, Гудвин? И что это вообще за имя такое — Гудвин? А фамилия у тебя какая? Или это и есть фамилия? Понимаю — орочьи традиции, но ты же в социуме живёшь. Опять же, где Гудвин, а где орочьи традиции?

— Вас и правда именно это сейчас волнует, гражданин пока ещё майор? — изобразил я удивление, поднял скованные наручниками руки и похлопал себя по плечу. — Осенний звездопад близко!

Капитан отвесил мне подзатыльник и потребовал:

— Не юродствуйте, задержанный!

Голова мотнулась, и всего так передёрнуло от бешенства, но мир не заволокло красной пеленой, да и при осознанном обращении к пси-энергии та ощущалась какой-то совсем уж рыхлой и жидкой. Увы и ах, вколотый нейтрализатор свёл экстрасенсорные способности практически на нет, да ещё и парочка таёжных орков у двери замерла. Рыпнусь — наваляют.

И я рыпаться не стал, ограничился словами:

— Давай, молодой! Зарабатывай себе на статью! Вот сниму побои, тогда вы у меня попляшите!

Эльф вновь замахнулся, но перехватил взгляд майора и бить не стал.

— Побои ты получил при оказании сопротивления!

— Это ты прокурору и судье доказывать станешь!

— Хватит, Гудвин! — потребовал майор Усольцев. — Кому звонил? Сообщникам?

— Поверь, гражданин майор, — тихонько рассмеялся я, — тебе не хочется этого знать.

Усольцев глянул укоризненно, открыл мою записную книжку и принялся её листать.

— Мы ведь всё равно узнаем, так зачем всё усложнять?

Я закатил глаза.

— Если вам сложно просто запросить АТС, то даже не знаю, что и сказать!

Хозяин кабинета продолжил переворачивать страницы, спросил, обращаясь к эльфу:

— Лейтенанта Иванова знаешь? Рабочий номер записан.

Капитан пожал плечами.

— Попадал в разработку уже, значит.

Я закрыл глаза, вздохнул и произнёс:

— Подождём.

Ну да — в уголовном розыске наверняка выяснили, с кем именно я пытался связаться, и потому просто тянули время в ожидании реакции сотрудников госбезопасности.

Успел я что-то сказать? А если успел, отреагируют ли на звонок?

Вот и сидим, катаем вату.

Задребезжал телефонный аппарат, майор снял трубку и по его мимолётной гримасе я понял, что меня услышали и на моё сообщение отреагировали.

— Что — не свезло, не прокатило? — рассмеялся я. — Начальство на ковёр вызывает?

Усольцев ничего не ответил, взял лежавший на столе перед ним скоросшиватель, встал и скомандовал:

— На выход!

Он покинул кабинет первым, следом конвоиры вывели меня, а замкнул нашу процессию капитан. Подниматься или спускаться с этажа не пришлось — мы просто перешли в другое крыло, где располагалась приёмная начальника управления.

— Проходите, вас ожидают, — сказал секретарь в чине лейтенанта и глянул на меня неодобрительно и даже зло.

Майор распахнул следующую дверь, я приметил за столом для совещаний помимо хозяина кабинета ещё и капитана Кузнецова, поэтому, переступая через порог, скособочился и начал подволакивать левую ногу.

— Здравия желаю, товарищ капитан! — поприветствовал сотрудника госбезопасности, и конвоиры тут же придержали меня, не позволив приблизиться к столу. Из всех нас к нему подошёл лишь майор, выложил перед полковником прихваченный с собой скоросшиватель.

Перед полковником — ага. Пусть сейчас тот и был в штатском, но я его запомнил по встрече у прокурора.

Капитан Кузнецов этой заминкой воспользовался и спросил:

— Гудвин, тебя что — били?