Статус: Еще Искатель - Flow Ascold - Страница 21

Взгляд упал на фиорца, что пялился в ответ на меня. Секунда — и он отвёл взгляд, стал махать руками своим помощникам, чтобы они сворачивались. С деревянного помоста стали уводить товар прямо в разгар торгов и выкрикиваемых ставок.

— Вон те накидки? Где суета началась? — уточнил Мэд. — Так я сейчас проверю.

Без лишних прелюдий Мэд забрался на каменный парапет и прыгнул, улетая далеко вперёд, и приземлился в тридцати метрах, прямо на краю деревянного помоста, откуда только что увели рабов и где был слышен крик и недовольство покупателей.

Вся конструкция зашаталась, охрана потянулась к оружию. Мэд не задержался на месте. На секунду стал на четыре лапы и рванул вперёд, избегая стражников. Пара мгновений — и он уже срывает с клеткифиорскую накидку.

Я прикрыл глаза, призывая «Эхо Гор и Пламени». Я обещал не трогать фиорцев, если только они не спровоцируют меня. А как назвать, когда они на моих глазах пытаются продать людей? Семь человек. И среди них ещё ребёнок! На них даже ошейники позолоченные… ВИП-товар.

Смотрите! Покупайте! Раскошеливайтесь! Редкая раса — такая же, как у Героя Дракории!

Хотели оставить эту клетку на самое сладкое время торга — на конец дня? Боюсь, сегодня вы его не увидите…

— ДА Я ВАС, ЧЕРТИ, НА КУСКИ ПОРВУ! — ревел Мэд, полыхая зелёным пламенем всё сильнее.

Я даже отсюда заметил, как его глаза налились кровью.

Я встал на парапет, активировал «Воспарение», оттолкнулся ногой и полетел в сторону клетки с пылающим двумя огнями мечом в одной руке и с вихрем льда в другой.

— Смотри! Смотри! Летит!

— Дорогая, уходим, сейчас что-то будет…

— Это же чемпион! Алекс, покоритель бездны!

Множество голосов разлились во все стороны, и на площади началась толкучка. Стража начала пробиваться к помосту с рабами. Нужно что-то сказать, чтобы я не выглядел безумным маньяком…

— ФИОР! Вам хватило наглости пленить моих людей и привезти их в столицу, чтобы продавать, как собак, в клетке? Посмотрим, хватит ли вам смелости и сил выдержать последствия столь глупого решения!

Я приковал к себе прилично внимания. Стражники тоже сосредоточились на мне, а не на Мэде.

Я кивнул Мэду и, резко отменив заклинание, упал на землю. Оттолкнулся и помчался за уже бегущим прочь фиорцем-работорговцем. Мэд столкнулся с охранниками в накидках фиора. Я отправил морозную реку под ноги беглецу.

Он упал со скованными ногами и сразу же направил руки, полыхающие огнём, к ледяным оковам, но уже через миг я схватил его за шкирку, подбросил и сделал всего один взмах меча. Мир стал чище на одного фиорца…

Оглянулся. Мэд резвится, зарабатывая себе репутацию. Один против семерых. Дураки… Вас должно быть хотя бы втрое больше, иначе он даже не вспотеет.

Конечно, некоторые ящеры умудрились ранить его, но с оборотнем это не работает. Вообще, я не уверен, что такого, как он, даже клинок в сердце остановит.

Я присел, взял ключи от клетки и проверил карманы фиорца. Какие-то письма и записи, кошель с талантами. Увесистый…

Вернулся, а на помосте уже семь трупов. И стража окружила Мэда, но не подходит слишком близко. Стремаются.

— Битва окончена. Можете убирать оружие, если не хотите поцарапаться, — подсказал я им. — Это касалось лишь нас и Фиора. Император дал мне право отвечать на любые провокации фиорцев. Можете направить запрос в имперскую канцелярию. Мы забираем незаконно пленённых людей, — со сталью в голосе произнёс я, размеренно двигаясь в сторону клетки.

Копья стражи продолжали смотреть мне в грудь… Я пальцем отодвинул копьё в сторону, освобождая себе проход, и пошёл дальше.

— Это не обсуждается, — добавил я.

Да, прав Эйрахон: люблю я внезапные пожары устраивать… Сидели себе, торговали эти гниды работорговые, а тут я припёрся. Думаю, когда тот драконид, управляющий Драко Палацо, говорил нам о людях на аукционе, он думал, что мы захотим их выкупить, добавить слуг в своё окружение… Ну, он не угадал. У кабанов свои методы борьбы за стаю и род людской.

Я поднялся на помост, игнорируя взгляды и крики остальных. Люди смотрели на меня ошарашенными глазами, пока Мэд голыми лапами рвал металлические прутья решётки на части.

— Кхм… У меня, вообще-то, ключ есть… — показал я связку.

— Да? Ну, уже поздно. Выходите… — посмотрел он на людей, но те вжались подальше в стенки клетки, а девочка лет восьми заплакала. — Да ладно вам, я не кусаюсь. Обычно…

Он отменил форму и остался в сильно покалеченной экипировке, что висела на нём как мешок, из которого повсюду торчали из разошедшихся швов нитки.

Я зашёл внутрь и передал старшему из мужчин ключ, сказал снимать оковы и идти за мной. Мэда отправил за водой и едой в ту самую таверну, откуда мы пришли и где навели суету за считаные мгновения.

Люди выходили. Другие пленники умоляли нас спасти и их. Увы, я здесь революцию поднимать не собираюсь. Быть хорошим для всех не получится. Я ещё не знаю, чем для меня закончится спасение этих несчастных…

Люди дрожали, выходя из клетки, и со страхом в глазах пялились на окружающих их ящеров, орков и всех прочих существ, что здесь оказались. Из своей будки, едва не падая, выбрался толстый драконид. Он явно всё проспал.

— Что у вас, то есть у меня, здесь происходит⁈ — заорал он.

— Зачистка от провокаторов. Продолжайте спать, ваше благородие! — крикнул я в ответ. — Мы уже уходим…

— Стоять!

— Так… — повернулся я в сторону пленников, пока к нам со своего насеста по ступенькам спускался чиновник. — Этот толстый и мордатый драконид — один из главных тут. Все дракониды считаются кем-то вроде полубожеств здесь. Перед ними все склоняют головы, уступают дорогу, словно сын императора идёт. Не пререкайтесь, не смотрите в глаза ему. И станьте за мной. Мой друг сейчас вернётся с водой и едой. А я буду говорить. И что бы ни происходило, не дёргайтесь и не бегите. Потом расскажете, как вы здесь очутились. Я же пока выкуплю вашу свободу. Понятно?

— Да… Всем стоять смирно, не дёргаемся, — произнёс мужик, которому я передал ключ.

— Как твоё имя?

— Михаэль.

— Отлично. Миша, значит. Меня Алекс зовут. Слушайтесь меня, и ваши злоключения закончатся.

Я убрал меч обратно в новый вариант моей Длани и развернулся к тяжело сопящему жирному дракониду, что уже шёл по помосту, заставляя скрипеть дерево под его начищенными до блеска сапогами.

— Стою, ваше благородие. Чего вам? — слегка поклонился я — ровно настолько, чтобы он не докопался и при этом понял, что никакого почтения и благоговения при виде его туши я не испытываю.

— Что значит «чего»? Что вы тут учинили? Нападение на торговцев на моей площади! Мне плевать, какой вы там чемпион! За подобное вас ждёт виселица!

—?.. — Я вопросительно поднял бровь.

Он замялся, видно, не ожидал такой реакции.

— Ну? Что ещё?

— А вам этого мало? Верните рабов… эм… у кого вы их забрали…

— Нет. Это всё?

— Что значит «всё»? Стража!

— Ты хочешь, чтобы они погибли по твоей вине? Я, может, и не могу тебя убить, но вот император, когда узнает, что тут произошло из-за тебя, вполне себе может расщедриться на прочную верёвку, чтобы твоя жирная туша не сломала виселицу.

— Да ты… Как ты…

— Смею. Ибо ты — вшивый чиновник сраной, отвратительной площади работорговцев, которых всех до единого желательно бы выпотрошить, а я — представитель Дракории, дипломат его величества. И я в своём праве вести войну против Фиора на условиях, одобренных лично императором! Или ты хочешь сказать, что слова императора для тебя пустой звук? — с нажимом произнёс я, смотря не на драконида, а мимо него, в сторону одного из столбов вдоль помоста, на котором крепились фонари для вечернего освещения площади.

От моей наглости и напора тюфяк собственным языком подавился, не зная, что ответить. Он шокировано смотрел то на меня, то на растерзанные Мэдом трупы вокруг, то на стражников.

— О чём этот псих говорит? — наконец выдавил он из себя вопрос.