Обрученная однажды (СИ) - Маслова Юлия - Страница 14

Разрушалась же эта связь одним простым способом – убийством кровника. Это не наш вариант, хотя бы потому, что нить мы видели оба, да и цвет у нее был другой. Я, конечно, не особо рассмотрела ту нить. Кто же знал, что это пригодится. Но красной она не была точно. Я опустила глаза ниже, пропуская подробное описание.

Тип второй – серебристая невесомая нить, возникающая при единении душ. Указывает магам на обретенную ими истинную пару – суринмеи. Нить видима обоим магам, как мужчине, так и женщине. Видимой связь становится, как правило, после сильного всплеска чувств двух влюбленных.

Далее шло описание процесса запечатления. Начинался он у всех по-разному. У кого-то со встречи взглядов, за ними следовали лёгкие касания, затем объятия, поцелуи и наконец то, что чем порядочные девушки могут заняться с избранником лишь после свадьбы или, как сейчас заведено, после магической помолвки.

Считалось, чем раньше возлюбленным дозволено увидеть связывающую их серебристую нить, тем благосклоннее к их союзу относится Двуликая богиня.

Ниже приводилось количество случаев запечатления на каждом этапе. Чаще всего счастливчики узнавали о единении душ лишь после первой брачной ночи. Далее цифры шли по убыванию от поцелуя к касаниям.

Сложно даже вообразить, как собирали такую статистику. От этих мыслей мои щеки залила краска. Доминик сидел рядом с недовольным видом и барабанил пальцами по столу. Я тоже была не рада его обществу, но не выказывала этого так явно. В конце концов за мой отказ знакомиться он уже отыгрался на мне на работе. Да и потом в ресторации мы же мило пообщались. Зачем было так себя вести?

Стараясь не отвлекаться на посторонние мысли, я продолжила чтение. О запечатлении после первого взгляда упоминалось лишь однажды и то больше на уровне легенд. Такой чести по приданию были удостоены лишь Матиас Морагерн и его возлюбленная Ульрика. Девичья фамилия девушки не упоминалась. Оба были сильнейшими темными магами и активно развивали магические науки, за что, по предположению авторов книги, и были вознаграждены Двуликой.

Также в качестве благодарности от богини большинство мужчин рода Морагерн из века в век находили свою суринмеи.

– Может не всё так плохо, – вздохнула я. – Ты же не успел пролистать всю книгу. Слишком уж редко с первого взгляда истинную пару находят. Да вообще может такого и не было. Легенда же. Был бы ты из рода Морагерн, тогда могли бы переживать.

Этот момент показался мне весьма подходящим для проверки моей теории, и я в приободряющем жесте накрыла ладонь Доминика своей. Магическая сила вновь забурлила на кончиках пальцев. Значит, в прошлый раз мне не показалось.

Невольно я даже прикрыла глаза, стараясь сохранить в памяти это невероятное ощущение. Всю жизнь жила со спящим даром, не чувствовала ни крупинки силы. В магической академии я изучала только теорию. Жаждала знаний, заучивала заклинания, рецепты зелий в надежде, что когда-нибудь это пригодится. Надо ещё почитать раздел о магических связях с передачей сил, ну или что-то подобное.

Я открыла глаза и улыбнулась, глядя на Доминика. Вот только он не улыбался и был непривычно бледен. Может я действительно через прикосновение черпаю магию из него, а не пробуждаю свою силу? На всякий случай я убрала от него свою руку, но он помрачнел ещё больше.

– Кажется настала моя очередь спрашивать, что случилось? – с наигранной веселостью сказала я.

– Я из рода Морагерн.

– Не может быть! А метка? Должна быть вот тут.

Я схватила его за запястье и дернула вверх рукав рубашки. Доминик не сопротивлялся и лишь следил за моими движениями. На его руке действительно красовалась фамильная татуировка рода Морагерн – заключённая в треугольник черная звезда.

– Нет! – из меня вырвался разочарованный стон.

– Да, – возразил Доминик.

– Но твоя фамилия Пройсанав. Ты из побочной ветви?

Маг замялся и не ответил, а лишь опустил глаза. Видимо, эта тема была для него неприятна. Может он, как и я, бастард? А я тут завела рассуждения о родовитости.

– Да не переживай. Я вот вообще незаконнорожденная. Матушка умерла, так и не признавшись бабушке, кто мой отец. А дар у меня спящий и вот, – я продемонстрировала запястье с темными разводами, будто кто-то поводил по руке грязной кистью. – Даже не знаю, к какому роду себя отнести. Бабушка как ни старались, в древо своей семьи занести меня не смогла.

Доминик уже во все глаза смотрел на меня. Смотрел серьезно, изучая взглядом, будто хотел понять, вру я или говорю правду. И выдал вердикт:

– Ничего, переживу. В нашем роду и не такое бывало.

И не такое? Я даже приоткрыла рот от удивления. Переживет? Я его успокаивала, а он. Только о своем роде и думает!

– Ну, знаешь ли. Я в твой род и не собиралась! – Начала я, но не успела сказать все, что я о нем думаю, как в моей сумочке зазвонил магофон. – Надо ответить, скорее всего это Сэмран.

– Кто такой Сэмран? Твой брат?

– У меня нет братьев. Сэмран – мой жених, – огрызнулась я.

– Ты врешь! – крикнул начальник и схватил меня за руки, так и не дав достать магофон из сумочки.

Он вытянул мои руки перед собой. Кольцо на пальце привычно было перевернуто камнем вниз. А в Керсене все знают: нет кольца с камнем, значит нет магической помолвки.

Доминик, не заметил изумруд и не удержался от ехидной улыбки. Его глаза сверкали мрачной решимостью.

– Я же говорил – врешь! Двуликая богиня решила, что ты моя. Ты не можешь выйти за другого! Пока нет кольца, он тебе не жених. И проверь, у него нет шансов меня опередить, потому что завтра на твоей руке будет мое кольцо!

– Как бы не так! – торжествуя, я перевернула руку ладонью вверх, показывая кольцо во всей красе. Свет заиграл на гранях изумруда, а лицо Доминика вытянулось в изумлении. Впервые за три месяца моя помолвка действительно доставляла мне удовольствие. Правда, маг собрался с мыслями на удивление быстро.

– Я сам поговорю с ним. Вы разорвете помолвку.

Начальник поднял со скамейки мою сумку и ловким движением выхватил из него магофон. Казалось бы, вот оно решение моей проблемы. Я же особо и не хотела выходить замуж за Сэма. Вопрос с магией почти решился. Так пусть Доминик и с этим разберётся. Но желание противоречить своему новоиспеченному суженому взяло верх.

– Не смей! – я со всей силы стукнула Ника по рукам, и он выронил магофон на стол, так и не успев открыть зачарованное зеркальце.

Я решила не упускать свой шанс. Схватила его за руку и прошептала заклинание обездвиживания. Магическая сила будто только и ждала, когда же я наконец ее использую. Доминик как был полусогнутым, так и застыл над столом. Я ловко подцепила магофон со стола, развернулась и направилась к выходу из кабинки.

– Передам библиотекарям, чтобы тебя не беспокоили, скажем, до утра. Хотя не уверена, что заклинание так долго продержится. Первый опыт всё-таки, – кинула через плечо я. Ответа не последовало. Что ж, запомню, что таланта чревовещателя у суженого нет.

Магофон продолжал звонить. Старушка-библиотекарь только что вернулась в читальный зал и недовольно поглядывала на меня, как на нарушителя тишины.

Так вот почему никто не заглянул к нам в кабинку после криков. Как же вовремя хранительница книг решила отлучиться. Я кивнула ей на прощание, но обещание, данное Доминику, выполнять не стала. А-то вдруг, и правда, до утра простоит? Я же свою силу не знаю и рассчитывать не умею. Хорошо, что вообще замер, а не льдом покрылся, к примеру.

Ноги несли меня к выходу из библиотеки с неимоверной скоростью. Хотелось поскорее скрыться с места преступления. Я уже решила, что в свободный вечер вновь вернусь к книге и изучу информацию одна. Досконально и со всеми подробностями. Вчитаюсь в каждую строчку, чтобы по максимуму избежать разночтений. Верить, что этот раскомандовавшийся тип и есть моя истинная пара совсем не хотелось.

Трель магофона уже резала уши. Вот же Сэмран настойчивый какой! Так и не перестал звонить.