Обрученная однажды (СИ) - Маслова Юлия - Страница 26

– И как же все это понимать? – спросила Мелани, лукаво поглядывая на меня.

– Я хотел провести вечер с тобой, душа моя.

– Дорого обошлось, – засмеялась она.

– Такими темпами я быстро разорюсь, в том числе на лекарей. Вчерашний вечер стоил мне больной спины, – поддел собеседницу.

– Думала заклинание не долго продержится. Прости, – прошептала она мне в ухо.

Впрочем, иначе я мог ее и не услышать из-за завершающих аккордов мелодии, под которую пары кружились по паркету.

Музыка без запинки зазвучала дальше, зазывая гостей на следующий танец. Кариваг – танец влюбленных. Нежный и одновременно чувственный. Несколько раз мне приходилось танцевать кариваг в столице, но тогда я не хотел от своих партнерш ничего серьезного, разве что разделить ночь. И уж точно я не был в них влюблен.

Не могу сказать, что я влюблен сейчас, но Мелани определенно волновала меня и всё-таки являлась моей истинной парой. Было бы глупо упустить возможность разделить кариваг с ней. Особенно, если учитывать, что танцевать его с Мел я планирую всю оставшуюся жизнь.

В нашем королевстве, особенно в столице, кариваг обычно исполняют женатые пары, чтобы показать обществу крепость своих отношений. Или обручённые. Хотя для вторых это скорее возможность выразить свою страсть. Хотя и просто любовникам делать это не возбранялось. В высшем свете закрывали глаза на такие мелочи.

В любом случае надо начинать тренироваться. Возможно, наш следующий кариваг состоится уже в Радмоне под сотнями взглядов недоброжелателей, которые будут считать, что очередной Морагерн свихнулся, притащив себе невесту из глубинки.

– Потанцуем? – спросил я, увлекая Мелани за собой на середину зала. Ответ мне и не требовался.

– Ты в курсе, что это кариваг? – изумилась она.

– Да, именно поэтому мы здесь.

Пары стягивались к центру зала, чтобы вместе закружиться под звуки танца. Среди них было много молодых девушек и их кавалеров, так что мы не особо выбивались из общей массы.

Меня даже порадовало, что в Хитране каривагу придают меньшее значение. Я развернул Мелани спиной к себе и крепко прижал, в пределах допустимого этим танцем. Впрочем, конкретно этот танец допускал весьма много.

Аромат миндаля, такой же нежный и едва ощутимый, как и в первый день нашего знакомства. Я почувствовал его, как только Мелани оказалась зажата в моих объятиях. Закрыл глаза и вспомнил те ощущения, что впервые испытал тогда. Такая родная, единственная, моя суринмеи.

С этими мыслями я заскользил ладонями по изгибам тела Мелани. Жар ее тела чувствовался под тонкой тканью. Повинуясь звучащей музыке, я нежно гладил ее по бокам, спускался от талии к бедрам. Мы слегка покачивались в такт медленной мелодии.

Мелани подняла руки, расширяя возможности для маневров моих ладоней. Обхватила меня за шею и, по-прежнему тесно прижимаясь ко мне спиной, начала опускаться вниз. Волна жара следовала за руками Мелани.

Когда девушка поднялась обратно, я развернул ее лицом к себе и наконец получил возможность взглянуть ей в глаза. Они горели в предвкушении моих дальнейших действий. Сейчас Мел не стеснялась, открыто улыбалась мне, и, кажется, наконец позабыла о том, что у нее есть жених. И это не я.

Настала очередь кавалеров вести танец. Я обхватил партнершу за талию и начал стремительное наступление. Со стороны эта часть танца была похожа на погоню за добычей. Я делал шаг на встречу своей суженной, пытаясь приблизиться, одновременно она отступала назад на то же расстояние, не позволяя мне этого.

Преследование распаляло меня. Хотелось скорее оказаться рядом, чтобы прижать Мелани к груди и ощутить биение ее сердца.

– Я всё равно поймаю тебя, – обещал я Мел.

– Конечно, в танце так и задумано, – озорно улыбнулась она.

Наконец мы сделали круг по залу, эта партия закончилась, и я смог прижать девушку к себе, как и хотел. Ее сердце бешено стучало. Как и моё. В груди разгоралось пламя, готовое сжечь меня изнутри, выжигая все сомнения и страхи о том, что Мел может оказаться предательницей.

Ладони вновь путешествовали по ее талии и бедрам. В порыве чувств я признался:

– Хочу танцевать кариваг всю жизнь только с тобой. Выйдешь за меня?

Но вместо согласия стать моей женой и ответного признания услышал:

– Не забывайте, господин Пройсанав, я помолвлена. С другим.

Всё-таки об этом она не забыла. А жаль. Очень жаль.

– Это не на долго, – пообещал ей я.

– Магическую помолвку не так уж легко разорвать, – парировала она, прогибаясь назад и делая полукруг, едва не касаясь пальцами рук пола.

Одной рукой я придерживал Мел за талию, а другой лёгкими прикосновениями прокладывал дорожку от живота к шее.

– Значит, ты уже решила разорвать ее. Рад слышать.

– Нет, – сверкнула глазами она, вновь оказавшись со мной лицом к лицу. – Я не это имела ввиду.

– Ты уверена? Я готов жениться и на вдове, – усмехнулся я. – Всё же я темный маг, не забывай. Я всегда добиваюсь того, что хочу.

– Все что угодно, лишь бы затащить в постель?

Разговор принимал неожиданный оборот.

– С чего ты взяла?

– Натан рассказал о твоих успехах в столице.

– И что же он рассказал? – зло прищурившись, поинтересовался я.

Настала пора Мелани наступать на меня в танце. Только вот в мою грудь она упиралась не ладонями, как должно быть при кариваге, а кулаками. Казалось, ещё секунда и она начнет колотить меня от расстройства. Что успел наболтать ей этот мерзкий тип, которого я по привычке считал своим другом?

Знал бы я, что всё так повернется, не пошел бы искать Аманду. Но история не терпит сослагательного наклонения. Буду разбираться по ходу.

– Сказал, что я не первая попалась на твою уловку с истинной парой. И даже продемонстрировал мне связующую нить, как ты тогда в ресторации. Браво! Искусная игра. А я и впрямь почти поверила! – кричала Мел, всё-таки приложив пару раз кулаками по моей груди.

Хорошая новость для меня заключалась в том, что я явно был ей не безразличен. А плохая в том, что Натан за несколько минут разрушил доверие Мелани, которое я уже почти сумел заслужить.

– Может ты хочешь услышать историю целиком?

Мы вновь сделали круг по залу, и Мелани оказалась в моих объятиях. Но сейчас она не наслаждалась моими касаниями, а скорее пыталась вырваться:

– Я ничего не хочу слышать. Я хочу, чтобы этот вечер скорее закончился, и чтобы я оказалась подальше от тебя!

В порыве чувств Мелани стряхнула с себя мои руки и направилась к выходу, не заботясь о том, что танец ещё не окончен. Чтобы не выглядеть полным дураком, я был вынужден последовать за ней. Со стороны даже могло показаться, что парочка решила уединиться, не дожидаясь окончания танца.

Длинное платье не мешало Мелани умело лавировать среди гостей. И мне пришлось прибавить шаг, чтобы не потерять ее из виду. Спасаясь бегством, она выскочила на улицу. Так я во второй раз оказался в саду.

Не взирая на холод, упрямица продолжала отдаляться от дома. Я наконец догнал ее и накинул на хрупкие плечи свой камзол. А сам остался в одной рубашке.

– Не хочу, чтобы ты замерла.

– А я и не мерзну, – попыталась скинуть предложенную мной одежду Мелани. – Сам то ты замёрзнуть не боишься?

– Мне не страшно. Не мне же вынашивать наших детей, – подмигнул ей я.

От такой наглости Мел так и осталась стоять с открытым ртом. И пока она не продолжила упираться, я решил рассказать ей, как с этими связующими нитями все было на самом деле.

– С двенадцати лет по велению матушки я искал свою суженую. Но, как видишь, до сих пор не мог найти. Родители все время отправляли меня погостить в разные города королевства. Хотели, чтобы я поскорее нашел ее. То есть тебя.

Мелани смотрела на меня с недоверием, но слушала, не прерывая. Воспользовавшись моментом, я взял ее ледяную ладошку в свою руку, и медленно повел девушку по саду. Раз уж она решила прогуляться, так тому и быть.

– К восемнадцати эти поездки мне порядком надоели. В то время у меня была постоянная любовница Моникза. Симпатичная и весьма неглупая девушка, которая не хотела оставаться просто любовницей. Она хотела замуж. Меня в качестве жены Моникза вполне бы устроила. Но родители были согласны устроить мой брак только с истинной парой. Тогда на глазах у моего отца мы разыграли небольшой спектакль с этой самой связующей нитью. Ее описание я вычитал в одной из родовых книг и выстроил иллюзию.