Одержимый Ублюдок (СИ) - Магницкая Доминика - Страница 39

- Не переводи тему, - резко меняю тон на более покладистый, понимая, что упрёками ничего от него не добьюсь. Вот дождусь завершения рабочего дня и сама всё узнаю.- Хорошо, сокровище моё. Я тебя услышал. Больше трогать не буду, - хриплый голос царапает слух, - только не жалуйся потом, что я не даю тебе выспаться,- торжествующе улыбается и влажными губами касается мочки уха.

- Не буду, - нервно кусаю губы, поймав его горящий взгляд, - спасибо. Это правда очень важно для меня.Отстраняюсь, подхожу к столу и спокойно уточняю:- Так я могу остаться здесь?Раздается ироничный смешок. Эрнест лениво роняет:- Ни за что. Я пообещал не прикасаться к тебе. Остальное даже обсуждать не намерен. Ты будешь работать в моём кабинете. И точка.Я раздраженно передергиваю плечами и в сердцах бросаю:- Тебя вообще не волнует, что так нам будет неудобно? - пытаюсь найти другие аргументы. У тебя постоянные встречи, и моё присутствие на них просто неуместно.- Почему? - сухой вопрос.- Что почему? - невольно ёжусь и взмахиваю кистями, стряхивая дрожь. С трудом подавляю желание наброситься на него и хоть какими-то активными действиями достучаться до голоса разума.- Почему противишься? Не хочешь, чтобы нас видели на людях? А, может, не хочешь, чтобы кто-то конкретный видел нас вместе? - сжимает руки в кулаки. Почти трясётся от жуткой ярости.Зло шипит: Мне стоило его уволить.Я пытаюсь перебить Эрнеста, но тот прикладывает палец к моим губам и качает головой. Тихо продолжает:- Я знаю, что тебе на него наплевать. По крайней мере, ты так говоришь. И я страшно хочу тебе поверить, но это не отменяет того факта, что этот сукин сын тебя не забыл.- Да с чего ты взял? - задаю роковой вопрос. - У него есть невеста, а у меня - муж.- А, то есть теперь мы дружно сделаем вид, что в коридоре он тебя не трогал?Проклятье. Как Мальдини узнал об этом?- Что? - ошарашенно выдыхаю. - Ты следил за мной?Качает головой и грозно рычит:- Нет. Я еще не пал так низко, но уже в шаге от этого, - тёмные волосы падают ему на лоб, усиливая выражение свирепости.Он загоняет меня в угол. Плюёт на все приличия и прижимает к стене, горячей ладонью обводя контуры тела. Я рефлекторно сглатываю и кусаю губы. Упрямо молчу, взбешенная диким коктейлем чувств.Эрнест хрипло роняет:

- Когда мы с тобой приехали в компанию, мне сообщили о технической неисправности в системе видеонаблюдения. Я отвлекся и решил лично проверить. Захожу на пост охраны и, о чудо, вижу удаляющийся силуэт самой прекрасной жены на свете, - желчно выплевывает последнюю фразу и недобро прищуривается, - а рядом с ней причину моей ярости.Отморозка, ради убийства которого и в тюрьму сесть не жалко.Резко перебиваю:- Прекрати. Хватит паясничать.- Не моя проблема, что твой бывший был крайне скуп на комплименты, - грубо отрезает, Леон настолько туп, что бросил тебя ради интрижки с богатой наследницей. Потом его видимо, совесть замучила, раз он сбежал в соседний город и перевелся в другой университет.Но это уже мои догадки. Я подозреваю, что очень его переоцениваю. Таким куском дерьма еще надо постараться быть.Сердце замирает. чувствую почти физическую боль от невидимых гвоздей, вколачивающихся в душу. Тешить себя надеждами и придумывать красивую версию событий было так легко и сладко. От этого острые лезвия правды со всей дури безошибочно определяют самое болезненное место и быстро бьют. Режут, лишая кислорода. Лишь усиливают шок.По спине бегут мурашки. Жуткий холод ползёт по спине и быстро пропадает, стоит Мальдини крепче прижать меня к себе.Я растерянно смотрю на него и замечаю, что он сам удивлен. Эмоции выводят на чистую воду.Подливают огонь в котёл зверского разочарования. Как же не вовремя! Как горько. Жестоко. Обидно.Вокруг нас надрывно скрипит звенящая тишина. Немой крик ломает барабанные перепонки.Забавно. Обычно только девушек обвиняют в меркантильности, а тут такой сюрприз. Леону меня было недостаточно. Он решил, что достоин большего. Лучшего.Как год-то продержался? Чего ради терпел молодую девчонку, у которой ни гроша за спиной?Ждал удобного варианта? Развлекался, ужимая мой мир до рамок своей личности?Я, конечно, знала, что он честолюбив и амбициозен, ведь Леон множество раз делился со мнои своими планами и всегла включал в них меня.Очередная ловушка. Быстрая подсечка и улов на леске. Розовые очки слетают с болью. Заставляют мгновенно протрезветь.Как давно? - сипло спрашиваю.- Что давно? - смотрит с тревогой, резко растеряв былой пыл.- Как давно ты знаешь? - горько усмехаюсь.Как же нелепо я выгляжу в глазах Мальдини. Теряю рассудок из-за отношений, которым давно наступил конец.Нет. Даже не так. Я схожу с ума от осознания собственной глупости. Пока я целый год ждала Леона возле моря, цеплялась за ниточки, подпитывала надежду и хранила в сердце тёплый запах цитруса, он бездумно развлекался с другими женщинами и, возможно, ни разу обо мне не вспоминал.

Я правда окончательно его отпустила. Выплакала всю боль и пошла дальше. И потому острое чувство потерянного времени так внезапно обрушивается на мои плечи океаном негодования.Жуткое опустошение обволакивает нервы, провоцируя необъяснимую горечь.Мне плевать. Это было давно. Но я не могу отделаться от желания прямо сейчас утопитьЛеона в луже дерьма. Медленно, со вкусом.Беспощадно и навсегда.Хриплый голос Эрнеста резко возвращает меня в реальность:- Я знаю об этом с самого начала. Я всех проверяю, а уж потенциального мужа родной сестры и подавно. Досконально изучил, - грубые тиски сменяются нежными поглаживаниями,- могу показать фотографии. В сети их уже нет, но я сохранил.Он ласково шепчет, убирая волосы со спины:Прости. Я не хотел, чтобы ты узнала. В твоей жизни и так много потерь. Я не хотел, чтобы ты разочаровалась в первой любви.- Не нужно фотографий. Я тебе верю, - доверчиво льну к его груди.Колко замечаю:- Ты полжен был сказать мне раньше.- Чтобы Я бы не чувствовала себя такой тупой, - усмехаюсь, скрывая обиду, - и потребовала бы его увольнения.- Вот чёрт, - облегчённо смеется и выдыхает в губы, - предложение всё еще в силе. Я могу хоть сейчас вышвырнуть его отсюда, если тебе неприятно.

- Не стоит. Он ведь хороший специалист?Раздражённо прищуривается. Честно отвечает:- Увы. Один из лучших.Тогда пусть остаётся. Он не настолько меня волнует, чтобы идти на крайние меры и корыстно пользоваться твоим положением.Отстраняюсь, выравниваю дыхание и озадаченно уточняю:Почему ты позволяешь ему быть с Беатрис? Раз всё знаешь, должен понимать, какой он чеповек.- Я пытался поговорить с ней и образумить. Даже показал фотографии, но она обвинила меня в том, что я слишком контролирую её жизнь. Сказала, что прошлое Леона никак не отразится на её любви к нему, - сжимает руки в кулаки и скалится, - моя сестра слишком упряма.- Может, я с ней поговорю?Нет. Поверь, я десятки раз открывал ей глаза на правду, но это бесполезно. Пока сама шишек не набьёт и не убедится на собственном опыте, не поймёт.- Узнаю породу Мальдини, - язвительно хмыкаю.Тут же получаю за дерзкие слова. Эрнест стремительно хватает меня за талию, поднимает и сажает на стол, впечатывая в себя. Сводящим с ума голосом шепчет:Никакого уважения к мужу, - накрывает плечи горячими ладонями, - по сравнению с тобой мы вообще безобидные.Нет, Эрнест, - рефлекторно выгибаюсь и отпихиваю его в сторону. Вдруг кто-то зайдёт и увидит нас в таком двусмысленном положении? - Отпусти. Не здесь.Поправляю одежду, тщетно выравниваю пульс и тихо выдыхаю:- Властность и деспотизм у вас в крови. Это ты не можешь отрицать.- Не могу, однако с тобой я не показываю и половину этих качеств, - хриплый баритон вызывает судорожную дрожь.- Так я тебя приручила? - хитро прищуриваюсь.Мы обмениваемся шутками, специально отгораживаясь от серьёзной темы. Бежим друг от друга, находясь на предельно близком расстоянии. На какой-то короткий миг я даже чувствую неловкость, вспоминая характер Мальдини. Тяжёлый, вспыльчивый и властный. Он меня и отпугивал, и притягивал.Вызывал уважение и оторопь. И если раньше я хотела бежать без оглядки, то сейчас ощущала такой уровень защиты и спокойствия, что это невольно настораживало.Если Леон сказал правду, я просто сгорю. Потухну, как фитиль угасающей свечи. Без надежды вновь почувствовать зверское тепло и ласку языков пламени.