Симбионт 2 (СИ) - Гуминский Валерий Михайлович - Страница 82

Оставалось надеяться, что девчонки не разболтают лишнего. Слишком много они увидели в трюме «Карлыгача».

Я отвлёкся от чтения новостных лент только когда пронзительно зазвенел звонок. Один за другим из аудиторий стали выходить преподаватели, а потом коридор заполнился студентами.

— Михаил? — возле меня остановилась Алла, за которой маячили те самые мужчины с непроницаемыми лицами. — Не меня ли вы ждёте?

А сама с лёгкой, почти неуловимой улыбкой на губах, смотрела на меня, как бы невзначай протягивая руку. Я поднялся на ноги, склонился к её тонким холёным пальчикам, чтобы обозначить поцелуй. Уловил тонкий запах дорогого парфюма, и довольно приятного.

Университетская форма — юбка уставной длины, белая блузка и жакет со значком четверокурсника на груди — очень шла Ростоцкой. Обольстительная красотка в стенах учебного заведения мгновенно преображалась в милую и скромную студентку.

— Алла Германовна, вы, как всегда, восхитительны, — дежурный комплимент девушке, тем не менее, понравился. — К сожалению, пока не могу уделить вам своё внимание. В этой аудитории сейчас будет лекция для нашей группы.

— Тогда почему бы просто не поговорить? — Алла кивнула телохранителям, чтобы те расслабились, а сама тут же пристроилась рядом. — Как прошла твоя встреча с господином Галкиным?

— Средне, — я покрутил пальцами в воздухе, словно не мог подобрать правильных слов.

— Средне? — рассмеялась девушка. — Что это означает? Вроде «да» и вроде «нет»? Судя по оживлению в Уральске, его помощь оказалась существенной. Это же ты?

Нетрудно понять смысл вопроса. Но я сделал удивлённое лицо.

— О чём это ты?

— Конспирация, да… — кивнула, улыбаясь, Алла и вдруг накрыла мою руку тёплой ладошкой. — Ты герой, Миша. Я не верила, что для несчастных девушек всё закончится хорошо. Рада, что ошиблась в рассуждениях. Не буду больше задавать вопросов по этой теме. Всё понимаю… Кстати, сегодня утром господин Галкин заезжал в гости. Знаешь, что он сказал мне?

Я пожал плечами, давая право Алле самой решить, нужно ли раскрывать детали её разговора с Басаврюком.

— «Передай лично Дружинину, чтобы он не волновался. Все вопросы со следователями решены», — как по писаному отчеканила Ростоцкая, но тихо, чтобы лишние уши не уловили суть разговора. А таких хватало. У яркой девушки Аллы поклонников хватало. Вон, стоят в сторонке, зубами скрежещут.

А тут ещё и Маринка Турчанинова с подругами подтянулась к аудитории. Конечно же, заметила нас, мило беседующих на лавочке. Раздула ноздри от возмущения и обиды, но сдержалась и не стала закатывать скандал. Я лишь покосился на неё с видом человека, занятого важным разговором. Впрочем, так и было. Меня интересовало лишь одно: за какие ещё ниточки может дёргать Басаврюк. Да, он представитель канцлера Шуйского, наделённый неведомыми мне полномочиями… И всё же он простолюдин, не более того. Вот эта загадка и не давала покоя.

— Давай, где-нибудь встретимся, по-дружески поболтаем, кофе попьём? — предложила Алла. — Не требую мгновенного ответа. Ты можешь мне позвонить, если захочешь принять предложение… Всё, я пошла! Иначе твоя подружка меня разорвёт!

Она улыбнулась и гибко поднялась на ноги. Её свита тут же сомкнула дружные ряды, а охранники, смерив меня изучающим взглядом, переместились поближе к подопечной.

Марина, к моему облегчению, не стала устраивать сценку с ревностью. Она даже улыбнулась, когда я подошёл к ней.

— Тебя уже опросили? — спросила Турчанинова, подхватив меня под руку и утащив к окну. — Всё нормально прошло?

— Да, всего лишь формальность, — отмахнулся я. — Так бывает. Стоит помочь людям, ты уже сразу становишься объектом для подозрений.

— А Ваню ты видел? — встревоженно спросила Рита, подойдя следом.

— Он у другого следователя, — я успокаивающе кивнул девушке. — Не переживай, никаких проблем нет. Мы же вместе были, а значит, обвинять нас не за что.

В это время зазвонил телефон. Извинившись, я отошёл в сторону, приложив мобильник к уху.

— Мишка, я в Уральске, — не тратя время на лишние разговоры, деловито проговорил отец. — Как только закончатся занятия, подъезжай к гостинице «Магнолия» на Большой Садовой. Обсудим предложение Шуйского. Я снял номер на сутки. Номер 201.

Надо же, батя лично приехал ко мне. Неужели всё настолько сложно, что он не доверился разговору по телефону? Зная старшего Дружинина, я оценил его жест. Всё самое важное он предпочитал говорить лицом к лицу с человеком.

— Когда тебя ожидать, хотя бы приблизительно?

— Не раньше трёх, — прикинув, сколько лекций осталось, ответил я.

— Закажу обед в номер.

— Понял, жди.

Закончив разговор, я направился в аудиторию, куда уже зашли почти все одноклассники. Увидел торопливо спешащих на занятия Ваньку и Шакшама.

— Не арестовали? — усмехнулся я, встретив их у входа.

— Было бы за что! — оскалился Шакшам. — Но следователь цепкий попался. Давил, угрожал, говорил, что девушки признались, кто именно спас их и поубивал всех злыдней. Призывал сознаться в содеянном, обещал защиту.

— Надеюсь, вы на такой дешёвый трюк не клюнули?

— Пусть в другом месте наивных ищет, — казах выглядел довольным. Для него важным оставался только один момент: чтобы следствие не обнаружило участие Алдияра с нукерами в уничтожении контрабандистов. Слабое место, конечно, оставалось: экипаж буксировщика. Но Лариона Фёдоровича с матросами проинструктировали, что и как говорить полиции, если та всё же выйдет на них.

Окончательное решение?

Возле номера 201, в котором меня ожидал отец, стояли четверо бойцов из службы безопасности семьи. Они поприветствовали меня, поздоровались за руку с Арсеном и Филом.

— Ждёт? — поинтересовался я.

— Ждёт, — обозначил улыбку один из парней. — Проходите, Михаил Александрович. Обед стынет.

Я усмехнулся и вошёл в помещение. Нисколько не удивился, разглядев за накрытым столом, помимо отца, Прокла и Ильхана. Но самое интересное — с ними приехал чародей. Он быстро пробежался взглядом по моей фигуре, и, кажется, слегка расслабился.

— Привет всей честной компании, — пошутил я. Фразочки Субботина прочно входили в мою повседневную жизнь. Ничего против не имею, но в общении с высокородными лучше прикусить язык. Они же такие рафинированные, сразу подумают, что над ними смеются. Ещё и на дуэль вызовут.

— Здравствуй, сын, — отец ответил с прохладцей, словно пытался скрыть свои эмоции. Я-то знаю, что он всех своих детей любит, но любовь свою почему-то загоняет глубоко под сердце. И порой забывает, что ей нужен простор. — Проходи, садись. Ты сам себе накладывай. Мы-то не удержались, решили тебя не ждать.

— Да ладно, какие проблемы, — я сел напротив Кузнича и открыл крышку супницы, откуда пахнуло густым наваром ухи. М-мм, похлебаем ушицы!

Несколько минут за столом стояла тишина. Мужчины насыщались с таким видом, как будто не ели целые сутки. Учитывая, что с Оренбурга до Уральска ехать всего ничего, это странно. Или они ещё где-то успели побывать?

Утолив первый голод, я решил подлить себе немножко бульона. Уха была чудесной. «Магнолия» считалась одной из лучших гостиниц города, поэтому хозяин на шеф-поваре не экономил.

Отец промокнул салфеткой губы и кивнул Ильхану, который разлил из графина водку по рюмкам. Мою обошли стороной, но и холодный морс вместо спиртного оказался великолепен. Мужчины выпили, закусили.

— Луиза переслала мне запись твоего разговора с Басаврюком, — не став тянуть с разговором, проговорил отец. — Сначала я прослушал её один, а потом вместе со своим силовым крылом. Важно было услышать их мнение. Обсуждали эту проблему долго, почти до утра. Сам понимаешь, что мне пришлось поднимать старые связи, выяснять кое-какие детали о канцлере… Басаврюк никогда не станет брать на себя ответственность и обещать то, что Шуйский не станет выполнять. Значит, с его стороны тоже шло серьёзное обсуждение, и подобное предложение — не экспромт. Аналитики сделали вывод, что Галкин появился в Уральске ради твоей головы, но исключая силовое решение. У него чёткий приказ: наладить с тобой контакт, сгладить острые углы, появившиеся из-за идиотизма графа Татищева. Приглашение в Москву — это часть плана. У Шуйского действительно очень большая проблема с младшим сыном Григорием. Поэтому он и пытался с помощью ритуала победить болезнь княжича.