Кромешник. Том 3 (СИ) - Wismurt Dominik - Страница 51

— Ну да, говорили мне, что в ОАР все сотрудники немного того… — судмедэксперт постучал пальцем по виску, — А я сомневался, теперь вот… убедился, что слухи не врут.

Я пропустил его фразу мимо ушей.

— Так вы выполните мою просьбу?

— Делайте, что хотите, только над трупами не глумитесь?

— Я что, похож на вандала?

Хабаров бросил на меня такой взгляд, что я понял: да — похож.

— Ладно, — буркнул он, махнув рукой, — пойду я что ли, чаю попью. Минут двадцать у вас есть. Если по возвращении увижу тут бардак, выгоню вон и больше к телам не подпущу: ни по ордеру, ни по распоряжению хоть самого президента.

— Спасибо большое и не переживайте вы так, буянить не буду и трупы осквернять тоже, — заверил я Юрия Андреевича.

Судмедэксперт ещё секунду помедлил, явно прикидывая, стоит ли оставлять меня один на один с невинно убиенной девушкой, вздохнул, что-то пробормотал себе под нос и направился к двери. Скрипнула ручка, дверь плотно сомкнулось за его спиной, и в помещении воцарилась тягучая тишина.

Ну, почти тишина. Я-то знал: тут, помимо меня и тела на столе, было ещё как минимум четверо зрителей, не считая Голицыну.

Постоял пару мгновений совершенно спокойно, прислушиваясь и ожидая, что призраки заголосят, упрашивая меня найти виновников их смерти или же отправить за грань, но не дождался. Они терпеливо молчали и с любопытством пялились на меня. Некоторым бы живым поучиться подобному смирению, например, той же Алисе Тирес.

— Так, — негромко произнёс я, уже не притворяясь, — Всем добрый День, или не Добрый, это как посмотреть. Короче, господа призраки, у меня есть к вам несколько вопросов.

Навьи с удивлением посмотрели на меня, до сих пор не веря, что я разговариваю именно с ними.

— Мне не показалось, вы нас видите? — поинтересовалась женщина лет пятидесяти с массивными бусами, которые и после смерти продолжали висеть на прозрачной шее.

— Вижу, — кивнул в ответ.

— Хм-м, что-то новенькое, — хмыкнул грузный мужчина с пивным брюшком и одутловатыми чертами лица, — Всегда считал, что медиумы — обычные шарлатаны.

— Я не медиум, — хмыкнул в ответ, но представляться не стал, да и говорить, что Кромешник, тоже не посчитал нужным.

Вряд ли призраки знали, кто это такой.

Молоденький парень с обгоревшей половиной лица, которая продолжала дымиться даже после смерти, посмотрел на меня с надеждой.

— Мне без разницы, кто вы, но прошу, пожалуйста, найдите того, кто поджёг сарай и запер дверь с внешней стороны, чтобы я не смог выбраться.

— Пф-ф, никого он искать не будет. Плевать ему на нас. Сразу ведь сказал, что хочет что-то поспрошать, а не выслушивать чужое нытьё, — прошамкал старик в больничной сорочке, зло поджимая губы.

Голицына смотрела на всё происходящее со снисходительной усмешкой, не спеша вмешиваться в мой разговор с призраками.

— Ну, так пускай спрашивает, — тряхнула головой дородная женщина, и её призрачный подбородок затрясся, как полупрозрачное желе, — Я, вообще, не понимаю, что тут делаю? Моего муженька уже посадили за убийство. Ублюдок думал, грохнет меня и захапает квартиру, загородный дом и счёт в банке, а в итоге, получил пятнадцать лет строгого режима. Ха-ха, обломался, собака сутулая. Давай, парень, чего мнёшься, говори, что надо? Помогу, если смогу, но уж и ты в ответ подскажи, как мне в рай попасть?

М-да, запросы у тётки, однако. Сомневаюсь, что при жизни она была божьим одуванчиком, скорее уж, злобной акулой, терроризирующей всех подряд.

Я видел суть Навьи и ничуть не обманывался. Она ни за что не помогла бы мне просто так, лишь за соответствующую плату. Скажи я сейчас, что не знаю, как отправить её на ту сторону, и из неё не получилось бы вытянуть ни слова.

Впрочем, вопрос у меня имелся всего один.

— Душа этой девочки, — указал на тело, лежащее на металлическом столе, — Была здесь, когда её привезли?

Вместо призрачной тётки ответил мужик с пивным животом:

— Нет, не было.

— Точно?

— Да, чем хочешь могу поклясться, — ответил призрак и закашлялся, а я заметил у него на шее чётко выраженную странгуляционную борозду.

— Ты чего вперёд меня лезешь, пузырь? — уперев руки в призрачные бока выдала женщина и начала наступать на мужчину, который инстинктивно от неё попятился, но затем ещё больше надулся, рванул вперёд и взорвался прозрачными брызгами, чтобы в следующую секунду оказаться позади своей оппонентки.

— Так стоп, успокоились оба! — произнёс грозно, — Уважаемая, вы подтверждаете, что души рядом с телом не было?

— Может и не было, а может — была, — протянула Навья, — Пока не пообещаете отправить меня в рай, информации не получите.

— Глупо выдвигать требования, когда я могу всё узнать от ваших товарищей по несчастью.

— Не было никакой души, — подтвердил слова толстяка молодой парень.

Старик промолчал, сверля меня оценивающим взглядом.

— Спасибо.

— Так вы поможете найти моего убийцу? — ещё раз спросил обгоревший.

— Я уверен, что расследование сейчас идёт полным ходом. Не переживай, следователь найдёт того, кто повинен в твоей смерти. Если будет время, я уточню детали, но ничего обещать не могу.

— Ну ладно, хотя бы так.

— Тряпка, — бросила в его сторону призрачная тётка.

— Вот что, скажите мне, кто хочет уйти из Мира живых за грань?

— Я, но только в рай, — первой выдала женщина, в очередной раз тряхнув тройным подбородком.

— Я бы тоже ушел. Меня ничего тут не держит, но в рай я точно не попаду, — хмыкнул толстяк.

— Так много нагрешил? — поинтересовался я.

— Не сказал бы, просто… Устал, друзей нет, жены нет, детей тоже не нажил…

— Ещё бы, кому ты такой нужен, — съязвила Навья.

— Цыц, быдло неразумное! — рявкнула княгиня, — Молчи, когда Кромешник разговаривает.

— Что? Ты кто ещё такая? Припёрлась сюда и права качаешь. Да знаешь ли ты, старуха, с кем разговариваешь?

— Ага, — насмешливо протянула Голицына, — С зарвавшимся призраком, который до сих пор не может оторваться от земной жизни и мнит себя пупом земли. Не удивительно, что тебя прикончил собственный муж.

— Ната-а-лья Петро-о-овна, — протянул я.

— Молчу-молчу, не хотела вмешиваться, просто невмоготу стало. Что за люди…

Я укоризненно посмотрел на княгиню, и она, замерцав в ярком свете покойницкой, растворилась в пространстве. Видимо пошла понаблюдать, как судмедэксперт пьёт чай или же играет в танки.

Призрачная грудь тётки увеличилась в размерах, словно она сделал глубокий вздох, приготовившись к грозной отповеди, правда высказывать претензии было уже некому.

— Вот что, уважаемая, не знаю, как вас зовут…

— Свиридова Клавдия Михайловна, — просветила меня Навья.

— Так вот, Клавдия Михайловна, если вы хотите уйти за грань, ведите себя прилично.

— Так вы, всё-таки можете проводить меня в РАЙ? — последнее слово она произнесла с придыханием.

Я чуть не заржал от её наивности или даже, скорее всего, от наглости.

— Увы, в Рай я отправить вас не смогу, но и в Ад тоже.

— Тогда куда? — растерялась тётка.

— В Навь.

— Это ещё что такое? Хватит морочить мне мозги, парень.

— Навь — мир мёртвых… — начал я объяснять женщине, как неразумному ребёнку.

— Я не знаю никакой Нави, мы люди православные…

— Заткнись, дура, — прокашлял старик, — Ты же неверующая. Какой тебе Рай?

— Не имеет значения верующая или нет, все люди попадают или туда, или в Ад.

— Вы не правы, — набираясь терпения, ответил я, — Впрочем, если не хотите в Навь, можете и дальше куковать в морге, а затем, на кладбище. Незавидная участь, должен сказать.

— Почем ну кладбище? — икнула тётка.

Перспектива провести вечность на погосте, её не прельщала.

— А где ещё? Вашего мужа уже осудили, значит, умерли вы давно. Тело похоронили, а ваша душа продолжает обитать в морге. Я так понимаю, вы привязаны к какой-то вещи, которая находится где-то здесь, — я задумчиво постучал пальцем по подбородку, — Дайте угадаю. Ожерелье.