Неудержимый. Книга XLVII (СИ) - Боярский Андрей - Страница 36

— Сейчас мы с вами устроим, что-то вроде блиц-опроса. — я протянул руку. — Я буду задавать вам вопросы, а вы, думать и быстро отвечать. Дайте мне свою руку.

— Попытаетесь поймать меня на лжи? — Джулия вновь усмехнулась. — Предупреждаю, я честный журналист. Так что у вас ничего не получится.

— Не сомневаюсь. — я посмотрел девушке прямо в глаза и задал первый вопрос, который касался непосредственно её семьи.

Девушка моментально вспыхнула, сначала удивлением, потом смущением, а потом, справившись со своими чувствами, начала говорить. Особенно после того, как я напомнил про начало статьи, где описывались мои параметры, личная жизнь и прочие детали, которые нормальный человек не хотел бы разглашать на всю империю. Фактически она меня подсветила на всю империю, указав, к тому же, что я с вероятностью пятьдесят процентов, божественная сущность. Офигеть!

Я в очередной раз усмехнулся про себя. Вероятность не маленькая и ровняется любой катастрофе, которая сотрёт с лица земли человечества. Как говорится, может наступить, а может и не наступить! Зато какой эффект должно вызвать подобное высказывание. Божественная сущность, твою мать…

Оказалось, что наша журналистка родом из Лондона. Кто бы мог подумать, что мир настолько тесен. Вернее, там находились её родственники, а родители перебрались к нам на постоянное место жительства. Отец занимался бизнесом, мать преподавала, а дочь, как это обычно бывает, пала жертвой амбиций собственных родителей.

Идеальный ребёнок, который должен был разбираться абсолютно во всём. Я усмехнулся, когда понял, что она и на фортепьяно умеет играть, и на скрипке. Ей бы ещё лютню в ноги и гармошку в губы для полного счастья. На этом заслуги девушки не заканчивались. Она была настоящим полиглотом и знала несколько языков, в то время как нормальные люди просто пользовались артефактами-переводчиками. Да, дорого, но это гораздо лучше, чем тратить время на всякую фигню. А ещё она хорошо разбиралась в философии, русской и зарубежной литературе, психологии и других гуманитарных науках. Оно и понятно, она ведь журналист. Другой вопрос, почему же она тогда не смогла выявить ложь? У меня уже были мысли по этому поводу, но я не спешил их озвучивать.

Девушка явно мне не доверяла и отвечала весьма уклончиво, вот только дар «ментального касания», работал совершенно по-другому. Каждый раз, слыша вопрос, она прокручивала информацию по нему у себя в голове, после чего все мыслеобразы перетекали в мой разум. Вот так легко и просто, я восстановил всю цепочку событий, которая произошла за эти дни.

Она и правда задумала раздобыть сенсацию. Больше того, у неё это получилось сделать. Цесаревич с Дандевилем поспособствовали, взяв её на борт… Там же многие генералы узнали, кем она являлась.

Зато мои девчонки поступили правильно. Сначала они приняли её за подругу Николая, а когда узнали, кем она являлась, сразу же выгнали наглую засранку на мороз. В нашем случае это была отдельная комната. Больше они с ней общаться не захотели, да и из комнаты её выпускать не собирались.

Вот только девушка там скучала недолго. Из комнаты её не выпускали слуги, поэтому она, недолго думая, сбежала через окно. Это уже потом, когда началась настоящая жара и нашу усадьбу разнесли в щепки, она поняла, что нужно действовать. К несчастью, на следующее утро появился и указал генералам на дверь.

Собственно, так она и попала к ним в лапы. Одного из них я узнал. Именно он руководил несчастными жертвами ночного насилия. Хотя меня, если так подумать, там даже не было. Он же притащил к ней нескольких японцев. По докладам Глухова я уже знал, что среди них было много недовольных, вот эти проходимцы и воспользовались моментом.

Ну а сегодня ночью, Джулия получила приличный гонорар за статью и намеревалась продолжить серию публикаций, но уже в Красноярске. За это ей тоже заплатили добрые работодатели.

— Слушай, а тебя действительно не смущает, всё, что произошло? — я задал ещё один вопрос.

— Почему меня должно, что-то смущать? — удивилась она.

— Ну, сама посуди, незнакомые вежливые люди, с радостью и наперебой жалуются тебе на губернатора… — продолжил я. — Неужели они не показались тебе странными? Хоть капельку? — я показал двумя пальцами расстояние, примерно в сантиметр. — Хотя бы на донышке…

— Поначалу мысли такие и правда были, но потом я им поверила… — Джулия удивилась и сразу же задумчиво ушла в себя.

— А чтобы ты сказала, если среди твоих анонимных источников оказались бы некоторые личности, которых мы выперли из форта? — я не отступал. — Как вариант, они могли добиться твоего согласия и другими методами, например, магией.

— Магией? — она удивилась ещё больше. — Впервые о таком слышу.

— Понятное дело, ведь подобные дары на каждом углу не валяются. — я покопался в сумке и выудил оттуда пластину с даром «подавления» и «очищения», которые достались мне от советника. — Возьми. Сначала используй на себе дар «очищения», а после, взгляни на второй и ответь мне на один вопрос. Занимался бы я подобным, имея такой дар?

Между нами возникла пауза. Я наблюдал, как глаза Джулии начали расширяться от шока. Кажется, она поняла, что её банально одурачили. И ведь как ловко всё провернули. Залётная журналистка, готовая типография, которая случайно оказалась в рабочем состоянии во время войны со скверной.

Кажется, среди моих недругов объявился кто-то весьма влиятельный и богатый, раз действовал так уверенно и дерзко. Очень сомневаюсь, что это тот самый генерал, который засветился в мыслеобразах, но, ниточка всё же у меня имелась. Осталось лишь разузнать, где эти мерзавцы обитали…

— Кажется, я допустила большую ошибку… — прошептала она, глядя на две костяных пластины. — Они и правда меня околдовали?

— Вероятнее всего… — я развёл руками, — Если тебе станет от этого легче, то я не считаю тебя виновной. Другой вопрос, поверят ли тебе остальные… Фактически своими нелепыми расследованиями ты подорвала не только мою репутацию, бог бы с ней, но и репутацию всех остальных. В особенности моей жены. Ты ведь знаешь, кто её отец?

— Знаю… — поникшим голосом ответила она. — И что же мне теперь делать?

— Как, что? — я улыбнулся своей фирменной улыбкой. — Будем налаживать контакт.

— Контакт? — она посмотрела на меня с подозрением.

— Контакт. — подтвердил я. — Будешь работать на меня и шаг за шагом восстанавливать справедливость. — добавил я, вдоволь насладившись смущением девушки.

— Я втопчу этих мерзавцев в грязь! — внезапно выдала она, стиснув кулаки. — Они пожалеют, что появились на свет и решили меня обмануть!

— Вот! Хороший настрой, но для начала, мы должны разработать план, а для этого… — осадив девушку, я начал рассказывать о том, как мы всё это провернём…

Смысла устранять этих уродов не было. Вернее, не так, стоит тронуть это дерьмо, как вонь распространится на всю Российскую Империю и за её пределы. Генералы ведь там были непростые, о них мне и Глухов говорили Дандевиль, а значит, действовать нужно было зеркально, через те же газеты.

А что? Народ всегда любил скандалы, интриги и расследования. Так почему бы не уважить их новыми разоблачениями? Со мной и так всё понятно, будем обелять меня постепенно, чтобы это выглядело естественно. А вот с нашими товарищами, предстоит крайне интересная работа…

Первыми, кого я пригласил, были Глухов и Дандевиль. Кого же ещё я должен был позвать. Они этих гадов знали пофамильно. Более того, у Глухова даже списки имелись, кто на чём прилетел, у кого сколько подчинённых, слуг. Даже кто с кем дружбу водил.

— А это-то вам зачем? — удивился я, отвлёкшись от бумаг.

— Дмитрий, это же самое важно, что может быть! — Глухов удивился не меньше меня. — Начальство всегда должно выступать громоотводом в разборках между аристократами. Приведу простой пример: как вы думаете, что случиться, если я размещу Севухина, в апартаментах рядом с Квакиным? — спросил он меня.

— Не знаю, — я помотал головой. — Может, прикончат друг друга? — я ткнул пальцем в небо.