Античный Чароплет. Том 5 (СИ) - "Аллесий" - Страница 1

Античный Чароплет. Том 5

Глава 1

— Ты не посмеешь, колдун.

— Еще раз назовешь меня колдуном, и я тебя превращу во что-нибудь.

— Во что? В жабу? — мужчина насмешливо смотрел на меня.

— В кучку пепла, — я сделал лишь небольшое мысленное усилие, но этого хватило, чтобы по моему телу прокатились несколько молний. Собеседника они явно покоробили и заставили смутиться своей первозданной уверенности.

Надо отметить, что в Шумере все же не так уж много магов. Из тех, которые есть, очень многие попросту слабы. Я все равно бы предпочел быть подмастерьем великого Искусства любому другому ремеслу, но не могу не признать, что как минимум до уровня магистра сильные и опытные воины часто поопаснее чародеев. Случались случаи, когда хорошо слаженные отряды и магов четвертого ранга — то бишь тех же магистров — убивали. Что уж говорить про учеников или подмастерьев. Мастера уже туда-сюда, но далеко не все из них боевых направлений. Или хотя бы умеют сражаться, хотя постоять за себя почти любой маг в состоянии, конечно.

Так или иначе, на весь Шумер даже во времена величайших рассветов магического искусства бывало не больше трех десятков магистров и никогда не было больше девяти архимагов одновременно. С учетом огромного населения Империи большинство людей с волшебством не всегда и за всю жизнь сталкиваются. А среди более высокопоставленной части общества — воинов, дворян, управленцев — нередко мнение о том, что маги далеко не так могущественны, как про них рассказывают. И, как ни странно, это правда. Но это не относится ко внутреннему кругу Гильдии, куда я, будучи магистром, вхожу.

И именно такие размышления, пусть и куда как примитивнее, вероятнее всего, сейчас мелькали в голове у моего визави. А еще его испугало, с какой легкостью я проявил потустороннее таинство. Он наверняка привык, что для волшебства нужно много ингредиентов, оно слабое, нужно начитывать длинные заклинания… Что-то такое наверняка только и видел. И пробежавшие по телу электрические разряды его испугали той легкостью и скоростью, с которой я оперировал маной. Впрочем, это вообще моя особенность: я слишком быстро творю чары, я всегда полагаюсь на скорость. Пусть я создам слабое ветряное лезвие, а оппонент — Огненное Копье. Только вот я сделаю это втрое быстрее. И вполне себе выиграю. Так что глупо ждать от меня другого.

— Ладно… Абгаль… Но приказ эна остается в силе.

— Я не подчиняюсь эну. Я уже тебе об этом сказал.

— Зато эну подчиняется городской маг…

— Который не станет сражаться с товарищем по Гильдии. Особенно с тем, которого не может победить, — пожал я плечами. — Послушай… лугаль, — я устало вздохнул. — Император даровал мне всю землю залива. Проще говоря, я могу построить дворец, где пожелаю. И взять себе вокруг столько земли, сколько смогу держать. У меня двенадцать рабов, которые уже начали сажать сад, так что я в своем праве. Ну вот чего не хватает вашему эну, а? Моего визита для испрошения дозволения? Он считает, что его слово важно после слова, произнесенного Императором?

— Слово эна всегда важно, — дипломатично покачал головой лугаль, сбавивший обороты. — Ты можешь занимать любые земли, но не эти — они принадлежат городу. Эн — не просто человек. За ним вся Гуаба, все её жители, воины, купцы и мудрецы. Ты хочешь пойти против города? Города, в котором живут восемнадцать великих чародеев?

Я устало махнул рукой. Дело было даже не в месте, которое мне, конечно, приглянулось. Дело было в ситуации в целом.

Я, согласно слову Императора, мог построить дворец в любом месте у залива. И взять себе любую землю, какую только мог держать — ухаживать. Именно это означал его дар земель, разумеется. Никаких кадастров или участков, поделенных по сотке отмеренных квадратов, на земле Шумера не существовало. Теоретически я и так мог построить дворец в любом пустом месте, но на практике, пусть формально права собственности земель и не было, везде можно было натолкнуться на то, что конкретно вот та роща — традиционное место охоты какого-то дворянского рода одного из членов Совета Старейшин, а там вот что-то священное для какого-то из храмов богов. Какие-то земли являлись торговыми маршрутами, а заблокировав один из них, вполне можно было получить проблемы сразу с двумя городами как минимум. Чего бы очень не хотелось. Отдельный человек мало что стоит против мага. Но город — это уже не человек. Это коллективное лицо, сила которого в руках эна. Это и маги, и воины, и люди, и деньги, и огромные связи. В Шумере не больше сотни городов. И каждый глава города сам есть Император в пределах своей земли. Когда-то всего два древних поселения, Ур и Урук, объединились под рукой одного человека, основавшего нынешнюю династию. Какие-то города могущественны, какие-то не очень. Но каждый из них — это сила, с которой считается и сам повелитель Шумера. Нет смысла ни с кем из них враждовать. Особенно из-за того, что ты решил разместить свое жилье на пахотных или пастбищных землях, которые используются раз в несколько лет и совсем не выглядят таковыми. Но слово Императора — это уже совсем другое дело. Тут с тебя словно бы снимаются все запреты. Из наглого вторженца ты превращаешься в хозяина, а все остальные — в тех, кто пользовался твоими угодьями некоторое время.

Теоретически.

На практике я столкнулся с проблемами довольно быстро. Я не хотел селиться в городе: Кусы хватило с лихвой. Но я хотел быть неподалеку от цивилизации. И выбрал для себя территорию поблизости от южных морских ворот Шумера, Гуабы. Главные торговые пути у нас шли через Тигр и Евфрат. Великий Атральмери развернул одну из рек несколько сотен лет назад по приказу Императора. Могущество архимага было таково, что огромный и неукротимый Евфрат до сих времен тек с юга на север — против естественного порядка вещей. Тигр же спускался с севера на юг. Это дало Империи невиданное могущество. Шутка ли — находиться между двумя мощнейшими артериями, имеющими естественное движение в обе стороны света?

Мощь этих рек обеспечивала богатство и власть городов, стоящих по ним. Ларса, Урук, Вавилон, Ларак, Акшак, Шадиппум, Рапикум… Но Гуаба — случай особый. Если бы не Вавилон, она вполне могла бы стать столицей Шумера. Гуаба не просто стояла на Тигре, как Вавилон стоит на Евфрате. О нет. Гуаба стояла в устье Тигра. Через нее шел не только торговый маршрут по Тигру — с севера на юг, из земель Аккадии, Арарата, Скифии и Та-Кемет к югу Шумера и к долженствующему быть устьем началу Евфрата, которое позволяло подниматься ко всем юго-западным городам, но помимо того Гуаба стояла на берегу южного залива, являясь крупнейшим портом, через который торговали с Хараппой и далеким Чин. Если бы не Гильдия и то, что Вавилон являлся этакими крупнейшими воротами из Шумера, который сам по себе центр ремесел и производства, если бы не необходимость везти в обратную сторону — к подданными фараона и диким скифам — все товары из Гуабы через Вавилон, еще неизвестно, где бы сидел Император и какой из городов был бы богаче.

Так что, опрометчиво выбрав себе место всего в паре километров от городского посада перед стенами на холмах, откуда открывался замечательный вид на побережье, я внезапно столкнулся с тем, что правитель самого могущественного города Империи после Вавилона не особо то и жалует мое решение. И если в случае кого-то менее могущественного вроде эна Кид-Нуна или Хурсанг-Каламы я еще мог бы просто наплевать, ведь они по сути своей сделать мне мало что могли, то вот воевать со всей Гуабой, пусть и не напрямую, мне бы не хотелось. Однако и уходить с начавшего осваиваться побережья я уже не мог. Разве что куда-нибудь подальше. Да и то — это урон репутации. Это еще больше уважения в копилку эна Гуабы. Просто отселиться куда-то недалеко значило пусть косвенно, но признать его власть и силу. И что он дальше попросит или потребует? Тут один раз уступишь — всю жизнь пресмыкаться будешь.

Самое неприятное, что у эна не только политические рычаги давления были. Он мог послать городскую стражу резать моих рабов. Не меня самого, но приятного мало. Порча имущества, конечно, каралась законом. Штрафы там… Но, во-первых, не ясно, кто еще будет судить. Не сам эн ли? Во-вторых, какие то будут штрафы и как быстро их заплатят. И, в-третьих, мне пусть с деньгами, но без людей все равно землю не освоить.