Третий. Том 6 (СИ) - "INDIGO" - Страница 9

— Может, потом новая корпорация придёт, купит, снесёт и построит, что-то под свои нужды?

— Новые корпорации обычно покупают незастроенный кусок земли и уже на нём строят. Не хотят они тратить время и креды на снос старого. Всегда выгоднее строить на свободной земле, чем возиться со сносом. Меньше разных юридических проблем.

Место на карте мне не нравилось. Здесь, всё открыто, а вокруг одни заброшенные здания с тёмными провалами окон. Удобно устроить засаду в каком-то из них.

— Там дроны не летают, наверное, из-за этого место и выбрали? — предположил я.

— Наверное, — согласился Ори. — Или там помехи для электроники. Что-то металлическое в строениях.

Багги майора Рикса, идущая впереди, свернула к комплексу бывшей текстильной фабрики. Издалека виднелись невысокие трубы и длинные приземистые корпуса производственных цехов. Некогда — предприятие, кормившее целый район. Теперь только пустые остовы цехов.

— Прибыли, — констатировал Ори, бросив взгляд на показания приборов.

Майор Рикс остановил свою машину у разрушенных ворот — одна створка была выломана полностью, другая держалась на одной петле и покачивалась на ветру с тихим металлическим скрежетом. Вокруг царила зловещая тишина

— Так, — сказал Рикс, дождавшись, когда мы подъедем. — Всё как планировали. Вы занимаете позицию вон на той трубе. Оттуда весь комплекс как на ладони.

— А где именно должна произойти встреча? — спросил у него.

— Центральная площадка между корпусами, — он указал на открытое пространство.

Я посмотрел туда, потом на трубу. Потом обратно на площадку.

— Тогда нет. Туда я не полезу.

— Почему? — Рикс слегка прищурился.

— Во-первых, я всегда сам выбираю позицию. Во-вторых, труба — это открытая мишень. Нас засекут раньше, чем мы успеем настроить аппаратуру. Мы займём позицию вон на том чердаке в той полуразрушенной трёхэтажке.

Про себя я ещё подумал: Ори с его громоздкой аппаратурой будет долго карабкаться наверх по открытой наружной лестнице, а потом также долго слезать. Это значит — две отличные мишени на фоне неба.

— Да там, может, чердака нет, сгнило всё.

— Не переживай. Мы лёгкие — доберёмся.

— Когда ожидаются гости? — поинтересовался Ори, уже прикидывая маршрут.

— Через полчаса должны подъехать первые. Время у нас есть.

Мы быстро выгрузились и направились к зданию. Внутри пахло сыростью и прелым деревом. Лестница оказалась частично разрушенной, как и предупреждал майор: несколько ступеней провалились, перила отсутствовали на целом пролёте, доски жалобно скрипели под ногами. Но пройти оказалось можно.

— Отличный обзор, — одобрил я, добравшись до чердака и заняв позицию у слухового окна.

Сквозь пыльное стекло — точнее, сквозь то, что от него осталось, — открывался вид на центральную площадку. Не идеально, но достаточно. Ори устроился рядом и начал настраивать микрофон дальнего действия: разложил штатив, закрепил направленную антенну, надел маленький наушник.

— Проверяю дальность, — сообщил он, направляя устройство на площадку. — Есть сигнал. Отлично, всё работает.

По рации голос майора Рикса прозвучал коротко:

— Все позиции заняты. Ждём гостей.

— Мы тоже на позиции, — ответил ему. — К встрече готовы.

Первыми, как и ожидалось, появились падальщики. Две багги въехали на территорию фабрики медленно, без огней. Остановились у эстакады. Из машин вышло пятеро в пустынной экипировке, лица скрыты под очками и козырьками шлемов.

— Узнаёшь кого-нибудь? — спросил Ори, настраивая бинокль.

— Пока нет, — ответил я вглядываясь. — Это точно не братья Сапфиро. Слишком маленькие по габаритам.

— А записывать уже начинать?

— Начинай. Мало ли что услышим.

Через микрофон до нас доносились обрывки переговоров — негромкие, отрывистые, с паузами:

«…не нравится мне это место…»

«…слишком много укрытий вокруг…»

«…если что, сразу к багги…»

— Они чего-то опасаются, — заметил Ори, не отрываясь от своего устройства.

— Опытные, и не зря опасаются, я бы на их месте тоже опасался, — ответил ему тихо.

Через десять минут появилась вторая сторона. Один гравицикл — аккуратный, дорогой, с тёмным матовым корпусом без маркировки. Из него вышли трое разумных. Один был одет в безупречный деловой костюм тёмно-синего цвета, явно пошитом на заказ, двое других, чуть позади его, явно его охрана.

— Корпораты какие-то, — предположил я.

— Может, из Мидланда? — Ори произнёс это имя почти шёпотом.

— Непохожи. У мидландовцев стиль другой. Они предпочитают показывать силу, а не прятать её.

Представители двух сторон встретились в центре площадки. Пожали сдержанно руки и начались переговоры. Ори, максимально увеличил чувствительность микрофона.

— «Груз готов к передаче?» — доносился голос корпората — ровный, без интонаций.

— «Готов. А оплата?»

— «Как договаривались. Но сначала хотим убедиться в качестве».

— «Показывать здесь не будем. Слишком открыто».

— «Тогда где?»

— Груз? — негромко переспросил я у Ори. — Какой ещё груз?

— Понятия не имею. Но явно не пленные, за которыми нас послали в прошлый раз.

Переговоры продолжались. Падальщики настаивали на проверке товара, корпорат упирал на предоплату. Шла обычная торговля.

— «У нас есть покупатель на весь объём», — говорил корпорат. — «Но качество должно быть безупречным».

— «Качество проверенное. Мы не первый год в этом деле».

— «Тем не менее наш заказчик очень требовательный».

— О чём они, как думаешь? — тихо спросил я у Ори, когда разговор снова свернул в ту же колею.

— Не могу понять. Слишком обтекаемо говорят, — Ори слегка покачал головой, не отрываясь от наушника.

Переговоры тянулись долго. Они педантично уточняли мелкие, на первый взгляд совершенно незначительные детали: сроки, упаковку, условия хранения при транспортировке. Ни разу не прозвучало ничего об оружии, о заложниках, о технике. Они обсуждали, что-то, что в их жаргоне называлось «партией» и «продуктом», упоминали «леденцы» и «шоколадки» с таким видом, словно речь действительно шла о сладостях.

Мы с Ори несколько раз непонимающе переглядывались. Если бы не место встречи, не экипировка участников, не напряжённые позы охраны, можно было бы и вправду решить, что наблюдаешь за деловой встречей кондитерских дистрибьюторов. Планета производила сладости в избытке, и это было бы даже логично. Но не здесь явно что-то не так.

Наконец, они всё обсудили. Вновь пожали руки, на этот раз чуть теплее, что ли. Начали расходиться. Первыми уехали падальщики. Быстро не оглядываясь. Потом трое в костюмах погрузились в гравицикл, и он плавно начал набирать высоту.

— Ори, вызови базу, спроси, что нам дальше делать?

— Сейчас.

Но это уже и не требовалось. Финир сам вышел на связь — голос в рации прозвучал отрывисто и без предисловий:

— Всем командам: следовать за гравициклом.

Удивленно уставился на рацию. Ведь я искренне полагал, что наша цель падальщики.

— Ори, он, похоже, точно кукухой двинулся, — сказал ему. — Сообщи ему, что у нас багги, а они летать не умеют.

Ори, без улыбки на лице, передал это дословно — за исключением «кукухой».

На что нам было приказано немедленно двигаться к машинам и следовать за майором и его командой.

Пришлось ускориться. В этот раз мы учли предыдущий опыт и спрятали багги прямо внутри здания, так что потеряли на это минимум времени. Запрыгнув в машину, мы помчались следом за двумя багги Рикса и быстро их нагнали.

Вскоре я понял, в чём прикол: майор отправил следом за гравициклом дрон-невидимку. Маленький, быстрый, работающий в режиме радиомолчания, передающий картинку только на терминал Рикса. Мы двигались следом за дроном, ориентируясь по его сигналу.

Ехать пришлось недалеко. Гравицикл пошёл на снижение и сел рядом с двумя багги, уже стоявшими в тени какого-то приземистого строения. После чего картинка с дрона пропала — либо Рикс его отключил, либо сработала глушилка. Мы остановились.