Княжна Тобольская 4 (СИ) - Смышляева Ольга - Страница 38

С первого удара не прошло и трёх секунд, а битва уже разразилась в полную силу.

Зверь и человек, словно два вихря, кружили в опасном танце на смерть, и человек проигрывал. Стихийная сталь клинков звенела и высекала искры при каждом столкновении с острыми когтями твари. Щиты лопались один за другим под бешеным натиском первозданной эссенции воды. Иеремия не атаковал, даже не пытался, все его силы уходили только на оборону.

Удар сердца, и в следующее мгновение я без всякой нежности отбросила обоих противников в разные стороны мощной силой псионики.

Йер пролетел метров пятнадцать, приземлился на снег и покатился по нему, пока не врезался спиной в камень. Волку повезло меньше. Тяжёлая туша с глухим треском проломила тощие деревья и рёбрами пересчитала все неровности здешнего рельефа.

Мир снова стих.

Глава 22

Медленно, будто в трансе, я шагнула на поле битвы. Ещё недавно аккуратно заснеженная поляна теперь напоминала инопланетный рисунок-круг. Морозный воздух пропитался острым запахом свежевспаханной земли и крови. Хорошо хоть, кровь не Йера.

Коротко глянула на него — парень не шевелился. Отлично, потому что волк никуда сбегать не собирался. Подволакивая заднюю лапу, огромный зверь вышел из подлеска и замер на границе круга, позволяя рассмотреть себя во всех подробностях. И насладиться ужасом перед неминуемой смертью.

Он был совершенен. В миллион раз прекраснее любых фотографий и архивных записей. Длинная белоснежная шерсть колыхалась живой водой, саблезубые клыки обнажились в жуткой пародии на улыбку, в ярко-голубых глазах, полных хищного интеллекта, горели плотоядные молнии. Зловещую красоту портил только стальной капкан на задней лапе, сквозь зубья которого сочилась тёмная кровь.

— У моего друга ужасные манеры, не спорю, но я не позволю откусить ему голову, — спокойно заговорила я.

Зверь прижал уши, из глотки раздался хриплый рык. Так понимаю, на моё мнение он чхать хотел.

— Да ты самка! Как насчёт имени? Не обидишься, если назову Морганой?

И без того зашкаливающее чувство опасности перешло в ультразвук. Эта красотка желала моей смерти едва ли не больше, чем избавиться от безвкусного «браслета» с лапы. Сталь капкана стихийная, другая бы не смогла пробить её шкуру. Надеюсь, хоть кость цела.

— Спокойно, — я выставила ладони вперёд, показывая, что они пусты. — Давай не будем доводить ситуацию до второго полёта. Мне совсем не сложно, но я не хочу причинять тебе новую боль. Мир?

Ага, щаз!

Волчица ответила «Водоворотом». Шерсть на её теле встопорщилась иглами, и тут же воздух рассекла дробящая эссенция воды. Вспаханная земля взметнулась вверх по часовой стрелке, пронизанная ударными искрами стихии, но я как стояла на месте, так и осталась. Целая и невредимая, только заляпанная грязью с ног до головы. Так-то. Стихийный иммунитет — шикарная вещь!

Уже через секунду Моргана пошла в штыковую атаку. Прыжок! И я прямо в полёте откинула её обратно к деревьям.

Волчица взвыла, но попытки сбежать не сделала. Поднявшись на лапы, снова вышла к кругу.

— Не вздумай повторить, — предупредила я властным голосом с мощным псионическим посылом.

Один на один я превосхожу её по силе, поэтому не скромничала — глядела прямо в глаза.

Волки — животные умные и учатся быстро. Из зубастой пасти Морганы раздался очередной рык, но второго прыжка не последовало. Мы обе застыли без движения и сверлили друг друга немигающим взглядом.

Секунды потянулись густой смолой. Наконец уши Морганы распрямились, она перестала скалиться и медленно отступила на полшага. Нет, она не сдалась — всего лишь поняла, что перед ней не добыча, а хищник, способный её покалечить. Лучше разойтись краями.

— Умница, — прошептала я. — Теперь не дёргайся…

Переведя взгляд на капкан, разжала зажимные челюсти и вывернула их в обратную сторону так, чтобы сломались.

Стоило «браслету» упасть, как Моргана шустро умчалась подальше отсюда.

— Пожалуйста, — бросила ей вслед.

Лишь теперь я позволила себе выдохнуть и, подобрав валяющиеся клинки, сразу же побежала к напарнику.

— Ты как, Йер? Сильно зацепило?

Приподняв его, помогла сесть и спиной прислонила к поваленному дереву.

— Не знаю… — просипел он. — Голова трещит, в рёбра будто гвоздь сунули. Кажись, доспех пробило.

— Ну-ка покажи.

Иеремия отнял окровавленную ладонь от левого бока. Коготь волчицы угодил в незащищённое металлическими пластинами место и прорезал плоть. На вид рана неприятная, но внутренности не задеты. Выборгский практически сразу остановил кровь и отключил чувство боли. Скорее всего, запустить клеточную регенерацию тоже не забыл, не маленький.

— Дичь!

— А ты воспитанная, командир, — хрипло рассмеялся он. — Я бы выразился матом.

— Я тоже выражусь, но только в твой адрес, — прожгла его взглядом. — О чём думал, балбес? В одиночку без какого-либо опыта лезть на водяного волка девятого ранга — это стопроцентная гарантия стать закуской. Я уже не говорю о прямом нарушении инструкции: не приближаться к тварям выше шестого ранга, а к волкам — в принципе.

Парень виновато улыбнулся:

— Разве он не четвёртого был? Всё же по учебнику: серые стрелки у надбровных дуг, левый клык длиннее правого, когти чёрные. Как раз наш профиль! К тому же, он был ранен. Иначе б я не напал, не дурак ведь.

— Что-то не уверена.

Зря я убедила профессора Кунгурского поставить ему зачёт по ранговой идентификации стихийных тварей авансом. Теперь его кровь отчасти на моей совести.

Воткнув клинки Иеремии в землю, уселась рядом. Ближайшие полчаса парню лучше не шевелиться, пусть регенерация хотя бы немного закроет рану. Время пока терпит.

Минут пять мы сидели в полной тишине, пытаясь скрыть друг от друга своё истинное состояние. Он — рану, я — нервы. Стихийники привыкли к стрессу разной степени тяжести, но то в симуляторе, а в жизни, как правильно учил Таганрогский, всё по-другому. Здесь нельзя нажать кнопочку и начать сначала.

— Слушай, а ты правда с ним разговаривала?

— То есть?

— С волком тем, — Йер кивнул в сторону раскуроченной поляны. — Открываю я, значит, глаза и вижу, как вы оба стоите и не двигаетесь. Почти решил, что спятил.

— Так ты и спятил. Я выскочила, волк смылся. На всё ушло две секунды.

— Клянёшься?

— Княжнам верят на слово.

— Ага, как же, — недовольно простонал Йер. — Колись, Тобольская, почему он нас не добил?

Я пожала плечом и с тем же невозмутимым видом проворчала:

— Тебя не добил. На меня он не нападал. Испугался, наверное.

— Это тебя-то? Да ну… Ты слишком красивая, чтобы бояться. Ярослав счастливчик.

— Сильно головой приложился?

— Э-э… порядочно. — Выборгский пощупал затылок окровавленной рукой и сморщился. — Не помню, как очутился здесь. Вроде выставил щит, а потом — бац! — и ты уже с волком курлыкаешь. О, клинки! — Лишь сейчас он заметил своё оружие. — Гляди-ка, на них настоящие боевые царапины.

— Скажи спасибо, не на горле.

— Спасибо, — согласился он без тени иронии. Попытался сесть повыше и снова зашипел. — А у тебя, случайно, нет с собой заживляющей мази, Вась?

— Мазь тут не поможет, — я бросила на него хмурый взгляд. — По-хорошему, тебе нужен нормальный врач. Собственными силами ты ещё долго лечиться будешь.

Йер качнул головой:

— Врача нельзя. Иначе придётся объяснять, где я так напоролся.

— Конечно! Первый патруль и такой залёт! Красноярский мне голову отгрызёт почище волка, а Камышловский её пришьёт и снова с плеч, но уже по уставу.

— Меня Яр линчует первым, — скривился парень. — Это ж я должен был прикрывать тебя… — И тут его осенило: — А давай ему не скажем? Ритуальный рисунок на доспехе цел, а дыру я залью герметиком из ремкомплекта. Никто не просечёт.

— Себя ты тоже герметиком зальёшь?

— Завтра у нас выходной, отлежусь и как новенький. Пожалуйста, Вась, — он сложил ладони в умоляющем жесте. — Если тебе всего лишь отгрызут голову, то меня попрут из института.