Княжна Тобольская 4 (СИ) - Смышляева Ольга - Страница 51

Удар лапы в голову увела клинком вниз. Когти скрежетнули по стихийной стали, наверняка оставив на ней отметины. Скользнула вправо, поймала ещё две атаки на блок, затем замкнула на лезвии линзу и провела предпоследнюю ступень из репертуара «Лестницы к Сапфировому Небу».

Волка подбросило высоко в воздух. Кувыркнувшись в полёте, он приземлился на четыре лапы и снова ринулся в бой, готовый продолжать схватку до тех пор, пока не выиграет.

Два «Водоворота» подряд смерчем закружили снег вперемешку с замёрзшей землёй и камнями. Я подхватила всю эту массу психокинезом и швырнула её в Рекса единым ударом. Волна грязи в момент перекрасила белоснежную шерсть зверя в нечто серо-буро-мерзкое и облепила морду плотной маской.

Волк пропустил по шкуре разряд, чтобы отряхнуться, и снова вперёд.

Время растянулось один к десяти. Какое же наслаждение двигаться на равных с водяным волком! Мы бились на предельных скоростях в полной тишине, только треск эссенции да лязг стали о когти. Боевое предвидение сделало меня почти недосягаемой. Я будто жила на секунду в будущем, читая каждое движение зверя ещё до того, как он его начинал.

Пьянящее чувство превосходства захлестнуло разум всего на мгновение, но его хватило, чтобы ошибиться.

Уходя от удара правой лапы, я проворонила левую и на собственном примере узнала, в чём прелесть полётов в небо. Уж был прав — она в паденье! Пять метров и жёсткое, очень жёсткое приземление. Из груди выбило весь воздух.

Силен, зверюга!

Сделать вдох удалось не сразу. Резким кашлем сняла спазм диафрагмы, и продолжаем.

Рекс прыгнул следом, но ещё на подлёте я отбросила его назад силой мысли — когти вспороли мёрзлую землю, оставляя глубокие борозды. Откуда-то из темноты донёсся тревожный вой Морганы. Переживает, красавица.

Я угостила неугомонного волчару серией глухих ударов и снова отбросила психокинезом. Больше никаких клинчей. Мне хватило одного пропущенного, чтобы дальше держать дистанцию.

Каким бы сильным Рекс ни был, он зверь и живёт инстинктами. В очередной раз получив по морде воздушным кулаком, волк наконец остановился. Побитый, уставший, проигравший. Голубой огонь ярости в его глазах поблёк, только искры статики ещё потрескивали в шерсти.

Чувство опасности схлынуло — моё главенство только что безоговорочно приняли.

Рекс подошел сам. Медленно, уже без агрессии, с опущенной головой и прижатыми ушами. Чёрный нос ткнулся в нагрудную пластину моего доспеха. Моргана шагнула следом и повторила манёвр пары. Две белые тени замерли, ожидая реакции.

Я не стала их альфой, нет. Волки не львы. Для них статус вожака — это не призовая должность для самого сильного, а естественная роль лидера, основанная на возрасте, опыте и родстве. Я стала для них… хм… авторитетом, назовём так. Чужаком, которого приняли в стаю на особых правах.

Рвано выдохнула, пытаясь унять дрожь. Адреналин размывал взор, мышцы ломило от напряжения. Впечатлений на всю жизнь, а ведь ночка только началась!

— Ну что, ребятки, — голос хрипел, пришлось откашляться. — Теперь мы с вами кое-куда сбегаем.

Я достала наплечник Яра. Металл ещё хранил его запах, едва уловимый, но, надеюсь, достаточный для волчьего чутья.

— Найдите хозяина этой вещи.

Несколько томительных минут Рекс с Морганой старательно втягивали носами воздух, а затем со всех лап сорвались в юго-восточном направлении. Правильно, ребятки, времени на отдых нет, потом синяки посчитаем.

Психокинезом я притянула к себе снегоход, будто собачку на поводке, прыгнула за руль и помчалась следом.

Через два десятка километров мы покинули зону отчуждения станции «Чанбайшань». Рельеф заметно изменился: крутые горные массивы уступили место извилистым ущельям, густо заросшим деревьями. Снегоходу становилось всё труднее преодолевать препятствия, и я уже подумала сменить его на клинок, когда волки замерли у подножия высокой скалы, наверху которой чернел проём. Дальнейший путь возможен только пешком.

Лёгкое беспокойство, охватившее меня ещё на подходе, стремительно переросло в особый вид тревоги. Её ни с чем не спутать — где-то здесь находится его крутейшество Зэд. А вместе с ним Ярослав. Живой, иначе я бы его не почувствовала.

Пока что живой. Его не на чаепитие пригласили.

— Спасибо, клыкастые, не подвели.

Я потрепала шёрстку на загривке Рекса и потянулась за рацией. Пора вызывать подкрепление. Доложу капитану, что нашла следы пропавших, пусть гонят сюда на всех парах с клинками наперевес. Код красный!

— Приём, меня слышно?

Эфир неестественно молчал. Ни помех, ни щелчка, даже технического. Я постучала рацией о рукоять снегохода и повторила попытку.

— Кто-нибудь, эй?

Ноль.

Недоброе предчувствие кольнуло под ребрами. Я проверила аккумуляторный отсек и тихо выругалась: слот был пуст. Машинально нырнула под приборную панель — сигнального маячка тоже нет. Что за саботаж?

— Алёна, ну конечно.

Кто ж ещё? Это она предложила взять свой снегоход. «Полностью готов к поездке», — сказала. Ну да, готов. Заряда топливного стержня надолго хватит, но на помощь в случае чэпэ я позвать не смогу. Хотелось бы верить, что Владивостокская тут ни при чём, да не получалось.

На что рассчитывала, спрашивается? Что на нас нападут волки, я в панике потеряюсь, как те охотники, и со мной «что-нибудь произойдёт»? Как глупо.

Глупо, но объяснимо. Отчаяние никому не прибавляет ума.

Мирон, скорее всего, уже погиб, и её статус княжны рухнет со дня на день. Сохранить хоть какие-то привилегии поможет только замужество. Но есть загвоздка: на первого встречного Аля не согласна, а её любимый планирует жениться на мне. Так почему не устранить препятствие? Хотя бы попытаться. Она ж не знает, какие грандиозные планы Игрека может поломать её самодеятельность.

Остались сигнальные ракеты, но запускать их бесполезно. Группа капитана сейчас на противоположном, северном склоне, между нами большое расстояние и перепад высоты. Не увидят.

Ничего, справлюсь своими силами. Я уже не тот практик-неуч, каким была в Юганском заповеднике. В моём арсенале хвалёная «Ревущая кара» и сразу два мощных союзника, в сравнении с которыми солнечный вепрь — поросёнок Фунтик. За мной воздух, за волками вода — против двух стихий сразу псионический иммунитет не сработает. Кто-то из нас точно достанет Зэда!

— Рекс, Моргана, — я обернулась к волкам. — Нужна ваша помощь ещё в одном деле. Убить двуногого в чёрном плаще и отгрызть ноги его товарищу. Согласны?

Волки не ответили, просто нет необходимости. Для них любое моё намерение — приказ действовать.

— Тогда вперёд! Оболванить Ярослава с Рихардом я им не позволю.

К проёму наверху вела цепочка символических ступеней, давно уже стёртых временем и беспощадным климатом до состояния едва заметных выступов. Наслышана об этом месте от парней Камышловского. Согласно военным картам, внутри прячется «муравейник» — лабиринт просторных пещер естественного происхождения.

Когда-то здесь жили люди, кто не боялся соседства со стихийными тварями. Может, монахи, искавшие уединения, а может, отшельники, собиравшие женьшень или пытавшиеся обрести просветление. Теперь не узнать. В глазах генералов эти пещеры не представляли ни малейшей культурно-исторической ценности, а потому давно и благополучно пустовали.

Над гребнями Чанбайшаня взошла луна. Всего четвертинка, но её бледно-голубого света вполне хватало, чтобы не навернуться. Было бы обидно сломать стратегически важную конечность ещё до начала представления.

— Внутрь, внутрь карабкается Василиса Отважная, прямо в опасную неизвестность, — вполголоса ворчала я, цепляясь за выступы. — Самоотверженно рискует шеей, как последний герой третьесортного боевика. Но с ней водяные волки, а с ними не страшно даже в ад спуститься.

Справедливости ради, я бы полезла сюда ради кого угодно, не только за друзьями. Людей убивать нельзя, особенно на кровавых ритуалах.

Узкий проём скрывал за собой длинный свободный коридор. Его истинные размеры и дизайн интерьеров надёжно окутывала могильная тьма. Судя по гудящему ветру и разнообразному эху, здесь много укромных уголков. Внушает ужас, задаёт тон. Идеальное место, чтобы нарваться на проблемы.