Последний Паладин. Том 16 (СИ) - Саваровский Роман - Страница 2

— Перебить? — повеселел еще сильнее Глен и развел руками, подставляя грудь, — ну попробуй, железяка, у тебя осталось еще тридцать секунд на попытки. У остальных твоих ребят, кстати тоже, — добавил красноглазый.

И в этот момент все поваленные на землю верзилы начали вставать. Несмотря на все попытки им помешать со стороны цельнометаллических, те вставали спокойно, а на их телах не было ни единой царапины.

— Крепкие у тебя люди, — похвалил Князь Металла, — но не все здесь такие, верно? — усмехнулся он и хлопнул в ладоши.

Сигнальный звон лязгнувшего доспеха разнесся по пространству, и внутрь периметра вывели два десятка схваченных людей.

Степаныч дернулся при виде своих подчиненных, но ничего не смог сделать, а при попытке издать звук, из его раздираемого стальными частицами горла вырвался лишь сгусток крови.

— Если хоть один из работяг умрет, ты пожалеешь, что на свет родился, — перестав улыбаться, холодно произнес Глен, — двадцать секунд, и никто из вас не уйдет отсюда живым.

— Возможно, — согласился Князь Металла, — но ты же понимаешь, что если атакуешь, мы начнем защищаться в полную силу. Все работяги умрут, и не только они. Мы находимся в центре города. Сколько от него останется целых зданий? Сколько будет жертв? По головке тебя за такой «этикет» не поглядят, верно? Но не парься, крепыш. Я тебе не враг и не хочу этого. Пока что никто не пострадал, и в наших силах сделать так, чтобы так и оставалось. Я хочу лишь поговорить. И никто не пострадает. Даю слово Князя.

— Ладно, князь, — брезгливо выплюнул Глен это слово, — я тебя слушаю, говори.

— Не с тобой, крепыш, — холодно ответил ему Князь Металла, и от него во все стороны разошлась подавляющая аура сильнейшего одаренного металла в Империи, — мне нужна Марта.

Глава 1

Рука Октавии быстро скользнула внутрь каменной гробницы, и также быстро вернулась обратно. Поначалу я не заметил, что изменилось, но потом обратил внимание на какой-то старый перстень. Судя по совпадающему с местной табличкой изображению герба, принадлежал перстень именно тому, с кого Октавия его и сняла.

Основателю рода владельцев местного борделя.

Ни внешне, ни энергетически, в перстне не было ничего особенного или примечательного, а сама черноволосая девица не спешила ничего мне пояснять. Просто мило улыбалась, крутила этой безделушкой на пальчике, и не произносила ни слова.

Похоже, ее все это забавляло.

Октавия искренне наслаждалась происходящим, и больше никуда не спешила. Подтянув внутрь усыпальницы энергию загробного мира, она фактически сделала это место его частью. И теперь практически не тратила энергии на поддержание формы своего призрака, коих тут теперь витала целая куча.

Как стайка рыбешек, неупокоенные и теперь вполне видимые души местных земель плавали вокруг Октавии по воздуху, а одну из таких душ она и использовала как некий аватар, изменив его облик под себя.

Правда энергии на призыв сюда части загробного мира Октавия потратила знатно, что красноречиво показывало какими объемами сил она теперь располагает. Макс ощутил это на себе особенно явно, едва не померев тут за пару секунд.

Да я и бы без поддержки Тьмы давно отбросил бы коньки.

— Могла парню сразу сказать, что хотела поговорить со мной наедине, — первым нарушил я тишину.

— Могла, но разве это было бы весело? — усмехнулась она, — Да и он сам увязался, — беззаботно пожала Октавия плечами, — крайне настырный, хоть и зеленый мальчишка совсем. Зачем ты с ним вообще возишься, Маркус?

— А зачем Мордин возится с тобой? — спокойно парировал я.

— О… о… ого! Так ты планируешь из него сделать Паладина⁈ — повеселела девица еще больше.

— Нет. Паладином нельзя сделать, — покачал я головой, — я все лишь дам ему шанс.

— Ах да… «шанс»! — карикатурно подняла палец вверх Октавия, — говоришь так по-паладински! Точно, как этот скряга Мордин! «Я даю тебе шанс, Октавия». «Ты сама должна сделать выбор, Октавия»! — передразнила девица голос Паладина Смерти, — но в каком месте это вообще был выбор, а⁈ Я ж в итоге ничего не решала!

С этими словами разошедшаяся Октавия закатила глаза, и в сердцах стукнула ладонью по гробнице, подняв этим столб пыли. Ее грудь часто вздымалась, призрачный облик раскраснелся, а негодование на лице только росло. Девицу словно плотиной прорвало, и она никак не могла остановиться и вываливала на меня все, что накопилось внутри.

И это было явно веселее, чем наблюдать за ее пафосным молчанием.

— Ты вообще знаешь, Маркус, где я была⁈ — в продолжение всплеснула руками Октавия, и хмуро посмотрела на меня, — хотя, ты же чертов Паладин! Конечно, ты знаешь! — потрепала она по голове пролетающего рядом призрака и вздохнула, — хотя, там было даже мило. Жители загробного мира не из болтливых, но умеют слушать получше многих живых. Уж точно лучше этого Мордина! А еще загробники любят тепло. Особенно женское, — усмехнулась она и игриво провела рукой по собственной груди, — ты знал, Маркус, что призрак, которого я использую сейчас как аватар, перебил десяток своих собратьев за это право? Они не умерли еще раз, конечно, но посмертие он им подпортил! — с горящими легким восторгом глазами добавила Октавия.

— Так ты о мертвецах пришла поболтать или просто похвастаться новой силой? — поймав одну из немногих пауз в тираде девицы, спросил я.

— Нет и нет, — обиженно надула губки Октавия, — но ты ради приличия мог и восхититься моими успехами! Или ты каждый день видишь смертного, который вернулся из загробного мира живым и подчинил его без потери рассудка?

— Насчет рассудка еще вопросики, — хмыкнул я, — но ты права, далеко не каждый кандидат в Паладины Смерти на такое способен. Но сложно назвать тебя обычной смертной, и обычным кандидатом, знаешь ли. Уверен с такими проводниками, посещение загробного мира оказалось легкой прогулкой.

— Ты про мою верную упряжку бешеных лошадей? — ничуть не смутилась веселая Октавия, — да, с ними вышло быстро, но ты не хуже меня знаешь, на что я пошла, чтобы их подчинить. И даже сейчас я не до конца уверена, что мне удалось. В отличие от жителей загробного мира, эти ублюдки болтливые и настырные. Держать их в узде непросто… вот знаешь ли ты Паладин, что это такое, когда тебя постоянно, каждую секунду твоей жизни пытаются сожрать изнутри?

То, что она выговаривает все это мне, а не Мордину, немного утомляло, но признаю, поведение и нападки девицы меня забавляли. Глядя на ее искреннее возмущение и азарт, я видел часть прошлого себя. И это заставляло меня улыбаться.

— Тебе напомнить, как работает Тьма? — с улыбкой спросил я.

После слова «Тьма», Октавию передернуло от воспоминаний. На мгновение она впала в ступор, а красивое личико исказилось гримасой ужаса, но она быстро вернула самообладание и отогнала неприятные воспоминания куда подальше.

— Поняла, ты знаешь, — прокашлявшись, признала черноволосая девица, и ее взгляд стал чуть более серьезным, — ладно, Маркус, я на самом деле пришла не силами меряться, и не хвастаться.

— А зачем тогда?

— Мордин прислал меня, — ответила Октавия прямо в лоб.

— Привет передать просил? — усмехнулся я.

— Передать да, — кивнула девица, — но не привет, а вот это, — зажала она между пальцами и вытянула перед собой перстень, который крутила все это время в руках.

— Передать безделушку мертвого рода владельцев борделя? — удивленно поднял я бровь.

— А? — недоуменно качнула головой Октавия, после чего глянула на предмет в руках и засмеялась, — упс, прости, — стукнула она себя по лбу, после чего зажала его в кулаке, потрясла, и с улыбкой до ушей, вытянула вперед раскрытые ладони, в которых лежал совершенно другой предмет.

Это все еще был перстень, но совершенно другой. Его форма, герб на печатке и структура полностью изменились. И его стихийный ответ теперь не был нулевым.

Мягко говоря.

Ведь его стихийный ответ под стать этому месту равнялся ста процентам.