Олигарх 7 (СИ) - Шерр Михаил - Страница 32

В этом конечно было большая натяжка, вверх по Амуру мы еще ни разу не ходили, но я был уверен, что это совершенно не проблема. И более вполне реально будет уложиться даже в три месяца. По крайней мере за два, а то и полтора оказаться на Бирюсиском мосту.

Конечно уже вполне можно до Петербурга добраться и через Калифорнию и Техас. Но пока уложиться в полтора месяца от Сан-Диего до Николаева в Техасе удается немногим. Дорога конечно уже проложена и по ней движение возможно круглый год, но пока никто кроме наших фельдъегерей-казаков не может по ней дать более тридцати километров за сутки.

Просто такого не выдерживают лошади. Если их менять на участке Сан-Диего — Сьюдад–Хуарес например километров через пятнадцать, а лучше через десять, то вполне реально может быть проехтьи за месяц. Но у нас просто нет такого количества лошадей, да и людей, чтобы поставить необходимое количество почтовых станций.

Вдобавок ко всему, чтобы свести к минимуму риски, приходится для поездок собирать караваны. Одиночные поездки опасны не только из-за тяжелых природных условий, но еще и из-за риска бандитских нападений.

Такого, что было еще не так давно, конечно, уже нет. Наши казаки популярно всем объяснили, что вести себя надо хорошо. Но банды еще есть и осторожность необходимо соблюдать.

Лет через -цать, когда удастся благоустроить дорогу и её окрестности или проложить железную дорогу, которую уже начали строить со стороны Техаса, конечно этот путь будет предпочтительнее и безопаснее. Как ни крути, но морем от Аляски до Амура намного дальше, чем до Калифорнии. И конечно безопаснее. Север Тихого океана место очень беспокойное и опасное.

То, что я увидел на Аляске было выше всех похвал. Михайлов и Николаев настоящие города без каких-либо натяжек, аккуратные и ладненькие. Я бы даже поставил их впереди нашего Забайкалья. Уголь у них свой, а вот продовольствие, всякое железо и прочее необходимое для жизни и работы, в достатке доставляется морем из Калифорнии и Мексики.

За все наша компания расплачивается золотом, мехами и ворванью. Леонов железной рукой навел порядок в окрестных водах, у него теперь для этого достаточно людей и есть такой мощный аргумент как военные корабли компании.

Поэтому хищнический промысел каланов и китов, можно уже смело говорить, прекращен. Но нашакомпанейская добыча в результате всего этого увеличилась.И компания теперь в избыткеимеет меха и для своих нужд. Как и ворвань, которой еще не оченьдавно нам с трудом хватало на свои нужды.

Намеченные мною исследовательские экспедиции состоялись, и проложены все намеченные дороги. Конечно дорогами в понимании двадцать первого века это назвать трудно. Но для нынешней Аляски это действительно дороги.

Кроме недель весеннего половодья, они проходимы круглый год, летом на лошадях и пешком, зимой на собаках и лыжах.

По договоренности с бароном Врангелем я в своей деятельности сосредоточился на трех отделах компании: Курильском, Северном или Михайловском и материковой части Кадьякского, то есть на Алеутских островах, большей части полуострова Аляска, на Кадьяке и южнее залива Якутат. Тридцать лет назад здесь была крепость и русский пост. Они были уничтожены тлинкитами в 1805 году. С тех пор этатерритория не заселялась.

Леонов восстановил здесь русский пост, построив укрепленый редут. Он стал как бы южной границей его личной ответственности на Аляске. В дела на Кадьяке и южнее Якутата было решено пока вмешиваться как можно меньше.

У нашей компании сейчас достаточно сложные отношения с английской Компанией Гудзонова Залива.

Мы вечные коммерческие соперники в во всех делах южнее Якутата. Помимо этого до недавнего времени англичане почти всегда находились в более привилегированном положении и часто даже могли диктовать свои условия.

До моего появления на Аляске и в Калифорнии русские корабли из Европы сюда приходили не каждый год и многие проблемы жизнеобеспечения нашей компании приходилось решать с помощью англичан.

Моё появление полностью изменило правила игры. Конечно мне это влетает с хорошую копеечку, но теперь русским на Дальнем Востоке, на Аляске и в Калифорнии грех жаловаться на проблемы со снабжением.

Раньше главной и ежегодной головной болью всех русских начальников на Тихом океане был хлебный вопрос и в Америке он бывало решался только с помощью Компании Гудзонова Залива. Теперь все не так.

Кроме постоянного снабженческого канала с Европой бесперебойно идет торговля с Мексикой и русской Калифорнией, где той же пшеницы уже выращивается в избытке.

На мой взгляд соперничество двух компаний уже яйца выеденного не стоит. Во-первых, наша компания ориентировалась на Россию и Китай, англичане преимущественно на Западную Европу и на США. Во-вторых, русские промысловые артели добывали в основном котиков и каланов, в то время как британские трапперы преимущественно бобров.

А в третьих, уже скоро вся эта меховая торговля станет совершенно не интересной. Конечно останутся люди и компании, которые будут по-прежнему добывать и торговать пушниной, и эта «дикая» пушнина по-прежнему будет цениться определенными богатыми и знатными «буратинами», но крупные воротилы к этому бизнесу потеряют всякий интерес. Им важен и нужен стабильный доход, который дают массовые продажи.

Сейчас не первый год идет междуусобчик на юге владений нашей компании, в основном вокруг реки Стикин. Там всё серьезно ипочти по взрослому.

В устье Стикина был основан русский редутСвятого Дионисия. Туда направлен гарнизон, больше двадцати человек с пушками. Англичане в ответ у самой русской границы заложили свой торговый пост, Форт-Симпсон.

У нашейкомпании достаточно приличный чисто парусный флот и он оказывает постоянную поддержку своему редуту.

На мой взгляд это все детский сад, но отдавать даже пядь родной аляскинской земли, да еще англичанам не гоже. Поэтому барон Врангель и его помощники продолжают прежнюю политику, а я как бы в стороне.

При необходимости Леонов готов в любую минуту вмешаться и направить в Ново-Архангельск наши пароходы, которые сейчас севернее экватора главная военная сила на Тихом океане.

Конечно если те же англичане, французы или американцы пришлют сюда серьёзную военную эскадру, то нам придется отступить, но во-первых не пришлют, а во-вторых, еще раз, НЕ ПРИ-ШЛЮТ.

У всех сейчас хватает других дел и какие-то терки на мировых задворках пока не повод вмешиваться.

Приятным следствия такого положения дел была успешность Гавайской операции, в результате которой наш друг стал на Гаваях новым королем.

Ни кто не пытается совать свои нос в наши предприятия и утечек информации о золотых делах Аляски очень и очень мало. А введение ограничений на промыслы китов и пушного зверя на удивление прошли безболезненно и быстро. И все желающие безропотно обращаются за лицензиями в Гонолулу, Ново-Архангельске и Сан-Франциско.

В эту затею я лично верил меньше всего, но господин Леонов человек решительный и три месяца спустя после моего отъезда без раздумий потопил две браконьерские шхуны, пытавшиеся вести промысел без наших лицензий.

С одной шхуны не спаслось ни одного человека. С другой подобрали пять человек. Двое оказались американцами, а трое в том числе и капитан, канадцами. Поэтому Леонов выдал их англичанам.

Он отлично знает, что нам скоро придется схлестнуться со Штатами в Техасе и Калифорнии и поэтому Великобритания будет нашим ситуационным союзником в Северной Америке.

Британцы по аналогичной причине не собираются портить отношения с нами, им скоро предстоит окончательно делить с США северо-западные земли, которые они называют Округом Колумбия, а американцы Орегонской землей. И нас желательно сейчас иметь в союзниках в этом вопросе.

В компанейских отделах, где всем заправляет Леонов, все развивается отлично. Чисто русских уже больше десяти тысяч мужчин старше восемнадцати лет. На Кенае и в долине реки Тишлина, впадающей в Кенайскую губу, появились первые крепкие крестьянские хозяйства. Они уже уверенно заявляют, что здесь можно будет в товарных масштабах выращивать капусту, картофель и морковь, а также разводить КРС.