Зодчий. Книга VII (СИ) - Погуляй Юрий Александрович - Страница 14

Архип промолчал. Посмотрел на часы. Машины-то все на треккерах, отследить их пара пустяков. Да и севернее начинается Конструкт уже.

— Архип? Много, да? — не успокоился напарник. — Может это… Валить надо? Нас же закопают самих…

— Зачем закопают. Мы же сопротивлялись как львы, Коля, — буркнул Архип. — Придурков этих повяжут в течение суток, вот увидишь. Давай лучше посмотрим, что там с Психом.

Волгин, Ларионов, Якимов и Киселёв загнали фургоны на просёлок метров в семистах от места ограбления, где перекинули мешки в кузов ожидающих вездеходов. Маршрут удалось проложить без засвета в чужих Конструктах, а на параллельной трассе на стоянке ждал грузовик, с Костиным за рулём.

— Что ты собираешься делать с этим? — спросил я у Олега, когда Черномор подготовил необходимый массив данных для передачи хрономанту. Случилось это на следующий день после перехвата наличности Мухиных. Гвардейцы успешно провели операцию, в которой почти никто не пострадал, и сумели вывезти астрономическую сумму. Кроме простой выручки там оказались ещё «зарплатные» деньги, как для рядовых бойцов, так и для замазанных в «дотациях» представителях власти. Удар получился несколько серьёзнее, чем я планировал. Разумеется, в тот же день я попросил Паулину закинуть слухи о том, что деньги эти у брата перехватил Артём Мухин. Пусть грызутся.

— Честно, Миша, ничего не хотел с этим делать, — сокрушённо вздохнул Кожин. Мы шли по дорожке моего парка, приближаясь к месту, где со дня на день должна была быть завершена скульптурная композиция с гигантским Кристаллом. Я уже запитал энергию в общий контур, и вклад был весомый даже в текущем состоянии.

Чуть позади нас шагал Капелюш, всё равно внимательный, несмотря на наличие хрономанта. Водник очень уважал эксцентричного «американца». Ну и правильно делал.

— Но энергия твоих людей меня немного всколыхнула, — смущённо сообщил Кожин. — Я даже на миг подумал, что можно что-нибудь изменить.

— Всё можно изменить, Олег, — покачал головой я. — Если приложить достаточно сил.

— Его Императорское Величество тоже так считает, — хмыкнул хрономант. — Также, как считал его отец. И как отец его отца, Александр Гневливый. Это, если вспомнишь, тот, который ввёл смертную казнь за коррупцию. Что вообще не помогло. Пока есть деньги и власть — находятся те, кто хочет заработать.

— Я уже спрашивал, но повторюсь. Сколько тебе лет?

— Много, — не стал юлить Кожин. — Не так много, как твоему Люцию, но много. Дар Хрономанта может открыть тебе тайны времени, Миша. Если повезёт. Мне повезло. Однако позволь с высоты прожитых лет отметить: вся эта возня вокруг изменения людей заканчивается большим разочарованием. Всегда. Однако, чем чёрт не шутит. Может, у тебя получится. Я пойду к Его Императорскому Величеству, покажу, чем живут люди. Его это очень опечалит, уверяю, но и без ответа такой позор не оставит.

— Не должен всё решать один человек. Такая система весьма ненадёжна, — посетовал я.

— Так у людей заведено. Рано или поздно всё сводится к какому-нибудь начальнику. Будет служба — в конце концов, решать будет глава службы. Может быть, не сразу, но с годами. Этот зверь непобедим. Даже те, кто кричали про власть народа после обретения могущества начинали вить из этого народа верёвки, а неугодных карали похлеще тиранов. Это люди, Миша.

Он встрепенулся:

— Ты делаешь меня грустным. А я отпросился к тебе в командировку, потому что здесь можно разжечь сердце заново. Может, закончим?

— Не спеши с этим списком, Олег, — попросил я. — Не надо.

Хрономант нахмурился:

— Ну я был уверен, что именно это ты от меня хочешь! Расставлять твои маячки в арендованных халупах — задачка, с которой справится любой.

— Сначала нужно понять, на кого свалится всё это удовольствие, — мы прошли рядом с навесом, из-за которого бил талант. И в этот миг наружу выскочил скульптор. Глаза безумные, лицо бледное.

— Это отвратительно. Отвратительно! — пробормотал он, уставился на меня.

— Добрый вечер, господин Астахов, — улыбнулся ему я.

— Точно! — ахнул гений и нырнул обратно под укрытие шатра. — Точно! Вечер! Вечер! Добрый!

— Что значит «свалится удовольствие»? — спросил Кожин, проводив взглядом Астахова.

— Если мы срежем всех провинившихся представителей власти и деловых кругов, то кто встанет на их место? Или несколько городов превратятся в бегающих по двору обезглавленных куриц?

— Ты недооцениваешь бюрократическую машину, — усмехнулся хрономант, продолжая прогулку. Нам навстречу попалась парочка женщин лет тридцати, и Кожин моментально вцепился в них взглядом, а затем чуть приподнял шляпу, приветствуя незнакомок.

— Прекрасный вечер, леди! Вы просто бьюти, ю ноу?

— Спасибо, — немного опешили дамы. Одна попыталась остановиться, но подруга потянула её за собой.

— За время странствий я видеть много красота, но ваша просто шокед! Молю, называйте мне свой имя!

Он обращался к обеим.

— Не знакомимся, — подруга победила, увлекая за собой товарку, тихо добавив. — Это же иностранец, Ира, о чём ты думаешь?

Та что-то неуверенно ответила, обернувшись по дороге.

— Женщины и драки — всё, что мне осталось, — мечтательно улыбнулся Кожин.

— А творчество?

— Живущий творчеством постоянно несчастен, — поделился Олег. — Это как нарыв. Он зреет, зреет и не даёт спокойно жить, а потом, когда всё оказалось на бумаге — хочется уже чего попроще. От букв, что рвались сами, начинает тошнить. А вот от ласки, любви и чувств — нет. Но не будем об этом. Значит, пока не спешу с компроматами?

Я помотал головой.

— Пока не нужно. Необходимо больше информации. Больше перехватчиков в Конструктах. Я ещё не до конца изучил структуру Мухиных.

— Как знаешь, Миша. Прикажешь поставить прослушку кому-то ещё? — с кислым видом спросил Олег.

— Думаю, что надо отправить кого-то другого, а то ты слишком примелькаешься.

— Очень мудрое решение! — он не стал скрывать облегчение. — Микроскопом не забивают саморезы.

— Гвозди, — задумчиво поправил я.

— Тем более, — философски проговорил Олег. — Слушай, я ещё кое-что хотел тебе сказать. Вот эта прослушка, которую ты ставишь… Откуда ты взял её?

— Придумал.

Кожин остановился и тихо произнёс:

— Миша. Клянусь, ты мне нравишься. Но твои познания в технике вызывают вопросы. Я же часто рядом, ты не похож на книжного червя. Твои изобретения появляются между делом. Большая часть из них настоящая революция в науке. Сейчас же ты получил доступы к искусственным интеллектам других Конструктов. Это ведь, если не ошибаюсь, в принципе было невозможно. Что дальше, ты сумеешь ими управлять?

Я пожал плечами. Такой вариант рассматривался. Не открыто, конечно. Но какие-то ресурсы потом использовать смогу, где-нибудь пять процентов вычислительной мощности с каждого. Правда наступит этот момент лишь когда прокачаю уровень Модуля Синтеза.

Нескоро.

— Я намекал тебе, Миша, что ты привлекаешь внимание. Не только Императора, но и среди могущественных родов. Вполне обоснованное внимание. Тебе следует быть осторожным.

— Я очень осторожен. Про мои возможности знают только те люди, которые достойны моего доверия, — со значением сказал я. ­

— Польщён. Но секреты хороши в меру. Уже есть слухи, Миша, что ты связан с Перуанским Протекторатом. Проект наших «партнёров» по созданию витрины, для смущения разума простых людей. Дворянин новой волны, призванный снести старую власть. Выходец из народа. Символ уже достаточно яркий, чтобы вдохновлять и вести за собой. Собиратель Земель!

— Ты же не считаешь меня чьим-то проектом, надеюсь? — прищурился я.

— Я знаю, что это не так, Миша. Такие технологии, будь они известны, давно бы появились за лужей, однако мы далеко впереди их по уровню Зодчества. Для меня большая загадка откуда в такой голове такие знания. Конечно, русский Да Винчи — это прекрасно. Почему бы и не поверить в такую красивую легенду. Но ведь каждому в уши это не занести, уж поверь, — вздохнул он. — А на руку слухам о твоей «засланности» играет то, что ты собрал у себя на землях немыслимое количество неблагонадёжных людей. Здесь и раньше было тесно от сомнительных личностей, а сейчас половина всех известных представителей!