Кружевная история попаданки (СИ) - Семина Дия - Страница 8

— Я?

— Кроме, нас здесь никого нет, видишь ли, Лев Максимович проникся к тебе, как к дочери, он уже трижды просил помочь тебе на родине с документами. Но я в замешательстве, если смотреть на документы, то это одна личность, если смотреть на тебя, пока ты молча стоишь передо мной, то ты серая, забитая крестьянка, почти рабыня своего лендлорда и паршивца мужа. Но стоит тебе открыть рот и заговорить, стоит тебе взять в руку ложечку и деликатно отломить кусочек бисквита, я начинаю теряться, потому что вижу перед собой изысканную леди. Поясни мне, что случилось? Ты такая же, как я?

— Как вы? — вздрагиваю от внезапного вопроса, суть которого даже не сразу поняла.

Он подошёл ближе, зачем-то обнял за плечи и прошептал на ухо:

— Ты шпионка? Твоя миссия провалилась, как и моя, схватила первые попавшие документы и без особого плана бежишь на родину, но зачем так опрометчиво себя выдавать, ведь будь у тебя манеры дикарки, ни у кого бы и вопросов не возникло.

Смотрю на него с ужасом, быть шпионкой, гораздо худшее преступление, чем незаконная эмиграция.

Что ему сказать?

— Я вроде бы была такой, как вы описывали, мне Григорий также сказал, но во время шторма упала, разбила голову. Ссадина до сих пор есть на затылке, но я стала вот такая, как вы говорите. Больше ничего не могу сказать, потому что не знаю. Я как бабочка, была гусеницей, и в какой-то момент расправила крылья.

— Но ты беременная? — снова он со своим вопросом.

— Да, и это усложняет моё положение, я не смогу найти работу, даже если кто-то из команды мне протянет руку, я всё равно стану обузой на некоторое время. Так что сейчас мои дела, можно ещё назвать сносными. Что будет потом, я даже подумать боюсь. Но я умею вязать кружева, надеюсь, что обеспечу себя и малыша. Вот, я честна перед вами, как чистое стекло, никаких секретов.

— И всё равно, ты остаёшься загадкой, а я люблю их разгадывать.

Он поднял моё лицо за подбородок и внимательно посмотрел в глаза, надеялся в них при тусклом свете фонаря рассмотреть мою истинную сущность?

— Если выберемся из этой переделки живыми, то я помогу тебе, за одну небольшую услугу.

— Какую?

— Скажу позже, но ты должна мне сказать «да» сейчас?

— Кого-то убить? Что-то украсть? Но я не такая?

— Хм! Для начала родить…

Ещё раз взглянул так, что меня проняло от ушей до пяток в разношенных башмаках. Ему нужен мой ребёнок? Но задать этот странный вопрос я не успела, он также бесшумно отошёл в тень, но прошептал:

— Становится прохладно, шла бы ты загадочная Элис в каюту спать, завтра у нас непростой день…

А то я не знаю…

© 2025 Дия Сёмина. Author.Today

Глава 8

Обыск

Собрала скудные пожитки ещё вечером. И немного поразмыслив, спать легла в платье, показалось, что побег может случиться в любой момент.

Но за ночь ничего не произошло. Утром на камбузе узнала последние новости, что выход в море назначен на следующее утро, у нас ещё одна непростая ночь в доке, а там…

В каюте душно, попыталась вязать, а перед глазами звёздочки искрятся. Собрала рукоделие и вышла на палубу, уселась на скрученный толстенный канат, вытянув ноги и начала работу. Светло, свежо, но тепло. И никому не мешаю.

Вязание спорится, на свежем-то воздухе намного лучше работать.

— Доброе утро, сударыня, а чем вы занимаетесь? Можно ли взглянуть? — я погрузилась в работу и даже не услышала, как ко мне кто-то подошёл. Поднимаю голову, а это сам капитан. Хотела было вскочить, да куда там, провалилась ещё глубже, канат меня поймал и не желает выпускать.

— Ой, здесь нельзя сидеть?

— Можно, но только вам. Так как это рукоделие называется?

— Кружево. Я только его и умею, в смысле вязать разные узоры, вот готовый воротник, сейчас делаю второй, надеюсь продать, если, конечно, меня выпустят из Германии в море.

— Позвольте?

— Пожалуйста, после надо накрахмалить и будет очень богато смотреться, а этот делаю сложнее с бисером, вот видите.

Капитан взял у меня готовый воротник, долго рассматривал. Наверное, просто поддержать, чтобы мой душевный шторм унять, мы все сейчас на взводе, это и на камбузе ощущалось, даже у матросов есть, что скрывать от таможни. А нам обещают тщательный досмотр.

— Я куплю у вас этот воротник и буду признателен, если добавите к нему манжеты. И этот второй куплю для дочери. Подарок моим любимым. Они очень любят красивые вещицы, но ваше мастерство превзойдёт всё, что они ранее видели и покупали.

— Правда? — я даже не сразу поняла, что передо мной стоит первый покупатель, и не простой, а оптовый.

— Конечно, это не шутка, и не способ вас поддержать, хотя и это тоже. Это будет изысканный подарок.

— Я не разбираюсь в деньгах и не понимаю, сколько это стоит.

— Я знаю расценки, как муж модницы и отец дочери-красавицы, как только завершите работу, принесёте, и я оплачу, было бы чудесно, получить комплект к концу нашего плавания, дней за десять-одиннадцать сделаете?

— Конечно! Спасибо вам огромное, вы вселили в меня уверенность. Я тогда продолжу?

— Сделайте милость. Но, пожалуйста, слушайте команды, если что-то начнётся, вам придётся следовать указаниям барона Вельго.

— Да, конечно, у меня всё готово, собрано.

— Вот и хорошо, — Анатолий Семёнович по-хозяйски осмотрелся, нет ли какой «грязи» на сияющей палубе, кхекнул в кулак и поспешил руководить своим внушительным хозяйством.

А я, если бы не сидела, то, наверное, запрыгала бы от счастья. Он не из жалости, это было видно, ему действительно понравилось кружево. Это мой первый заказ и такой большой.

Только бы пережить досмотр, и тогда меня уже ничего не остановит. Навяжу столько всего…

Полёт фантазии унёс меня в сияющее счастьем будущее.

«По вере воздастся вам», — любила приговаривать моя бабуля, вот и я теперь верю, что всё устроится, иначе зачем я здесь очутилась.

Моё вязание на свежем воздухе продолжалось ещё около часа, потом ветер усилился, налетели тучи и пришлось сворачиваться, поспешить в каюту.

— Элис! Полундра! Они уже приехали, окружили корабль, внезапно решили нас прошерстить.

Григорий, громко стуча набойками на ботинках, прибежал ко мне и выпалил страшную новость.

— Кто? Досмотр?

— Да. Кэп приказал вас срочно в кают-компанию проводить, пойдём, вещи бери, так, надо всё заправить — каюта нежилая.

В панике скидываю вязание в узел, поправляю кровать, ничего женского не осталось. Дядя Гриша схватил вещи, а меня за руку и потянул за собой.

— Через палубу уже нельзя, проведу низом, быстрее Элис, быстрее.

Я, кажется, от страха сейчас грохнусь в обморок. Мне же надо было волосы остричь? Я же юнга, или какой-то новый план?

— Что вы так долго. Давай вещи! Нам придётся здесь притаиться.

Феликс выхватил мои пожитки у Гриши и быстро засунул в какой-то проём в стене. Это шкаф со спиртным, но выглядит как широкая перегородка между диванной зоной и обеденной. По сути — гроб, по размеру такой же, но немного шире. В него барон закинул вещи и втолкнул меня, следом влез сам.

— Закрывай нас, дай бог не задохнёмся. Хорошо, что у вашего капитана тоже есть тайник для контрабанды.

Григорий осторожно вернул на место лакированную «стенку», замуровал нас в деревянном простенке и вышел. А я с этого момента перестала дышать.

— Элис, это ужасное испытание, если ты боишься замкнутого пространства, скажи мне сразу. Стоять, может, придётся и час, и два, и три. Но мы должны, ради ребёнка. Понимаешь? — он сам хрипит от волнения, и теперь крепко сжал мою руку, отчего я вообще чуть не заскулила.