Замененная невеста дракона (СИ) - Кашмир Ивина - Страница 23

— Ещё чего, — фыркаю, отодвигаясь.

— Обними. Иначе все поймут, что ты не сохнешь по мне.

— Все уже и так поняли. Я ведь не умею притворяться, — со вздохом говорю.

Сартар усмехается, а затем пальцами оттягивает ворот рубашки, показывая след на шее.

— Что это, если не след страсти?

Ощущая, как к щекам приливает кровь, мотаю головой.

— Не понимаю, о чём ты.

Синие глаза заблестели.

— Ты хочешь меня.

Давлюсь воздухом.

— Ты больной?

Хватает меня за руку и кладёт на свою грудь.

— Что ты… — бормочу, пытаясь вырвать руку.

— Правда в том, милая, — шепчет, улыбаясь, — что я без тебя, кажется, уже жить не могу.

И взгляд такой преданный, преданный.

Непонимающе хмурюсь.

Да что он несёт?

А потом взглядом цепляюсь за массивную фигуру императора, стоящую неподалёку, и до меня доходит.

— Подыграй, — одними губами говорит Сартар, дёргая меня за руку.

Кладу ладони на его плечи, делаю губы уточкой и наклоняюсь к нему.

Смеётся. Жук.

— Вкусная моя девочка, — смачно чмокает в губы.

У меня дёргается левый глаз.

— Пошли потанцуем.

Начинаю протестующе мычать, но этот наглец уже хватает меня за талию и дёргает на себя.

— Я тебе не кукла, — яростно шепчу, упираясь ногами в песок.

— Знаю, — спокойно отвечает.

Музыканты как раз берут первые ноты. Песок под ногами прохладный, влажный, и я бы с радостью осталась стоять столбом, но этот наглец уже притягивает меня ближе.

— Я танцевать не умею, — выдавливаю, упираясь руками в его грудь.

— Не страшно, — зарывается носом в мои волосы. — Будем стоять в обнимку, а я буду покачивать нас.

— Ну и какой же это танец? — фыркаю, скосив взгляд на шатёр.

На нас смотрят все, кому не лень. И его родители, и дядя, и свита дяди. Прям хмуро пялятся, вгоняя в краску.

— Танец безумно влюблённой пары.

Кладёт ладонь мне на затылок, надавливает, и вот уже моя голова покоится на его груди.

Его запах наполняет лёгкие, и я делаю глубокий, жадный вдох.

Музыка тянется медленнее. Шаг. Ещё шаг. Его пальцы едва заметно гладят ткань у меня на талии.

Сердце почему-то начинает биться быстрее.

Поднимаю голову и попадаю в плен его синих глаз. Смотрит хмуро. На лбу проступает пульсирующая венка.

Перевожу взгляд на шею.

Он обхватывает ладонями моё лицо, прикрывает глаза и утыкается лбом в мой.

— Вася.

— М-м?

В момент, когда его губы сминают мои в жадном поцелуе, земля уходит из-под ног.

Я таю, теряя способность соображать, впиваюсь пальцами в его плечи, чтобы не упасть. Обнимаю его за шею, жмурюсь от удовольствия. В голове ни единой мысли. Позволяю себе просто жить в моменте.

И стыд, и страх куда-то улетучиваются.

Впиваюсь пальцами в его предплечье и разрываю поцелуй.

Сартар непонимающе хмурится, снова пытаясь меня поцеловать. И я позволю, вот только…

— Давай… уйдём? — из моего рта вырывается сдавленный писк.

Смоляные брови ползут вверх.

Господи… дойдёт ли до него?

— Ты хочешь уйти?

— Да.

Кончиками пальцев провожу по его скулам, и его взгляд темнеет.

— Ну давай уйдём, — хрипло шепчет, ловя мои пальцы и целуя их.

Сегодня ночью всё случится.

Глава 27

— Странная ты, Вася, — хмуро проговаривает Сартар, обхватывая моё лицо ладонями.

— Почему? — сиплю.

Прищуривается, скользит по моему лицу подозрительным взглядом.

— Потому что ты меня терпеть не можешь. Но… — красноречиво хмыкает, переведя взгляд на мои пальцы, сжимающие его плечо. — Что ты задумала?

Кусаю губу.

Вот же жук. Прям чует, что здесь что-то неладно. Если бы не дурацкий ритуал, я бы к нему и на пушечный выстрел не подошла, и он прекрасно это понимает. Но проблема в том, что на кону моя жизнь, и он единственный, кто может мне помочь.

Не отводя взгляда от его синих глаз, привстаю на цыпочки и дотрагиваюсь губами до его губ.

Секунда. Вторая… И мои губы сминают ответным поцелуем.

Жук он или не жук, но против моего обаяния ему не устоять.

— Вася… — предупреждающе выдыхает, но сам же углубляет поцелуй.

Он обхватывает меня за талию и тащит куда-то.

Мы почти не видим, куда идём, исступлённо целуясь. Его ладони жадно скользят по моей спине. Я цепляюсь за его плечи, чувствую, как под пальцами перекатываются напряжённые мышцы.

— Что ты задумала… — хрипло повторяет он, но голос уже не звучит уверенно.

— А если ничего? — шепчу в его губы. — Просто хочу жить в моменте.

Он тихо усмехается.

Его спина упирается в дверь. Он на секунду отрывается, находит ручку, не глядя, нажимает. Дверь поддаётся.

Мы вваливаемся внутрь, почти теряя равновесие. Он перехватывает меня за талию, захлопывает дверь ногой — глухой щелчок замка отрезает нас от коридора.

В комнате царит полумрак.

Он смотрит на меня сверху вниз потемневшими глазами.

— Последний шанс сказать правду, — шепчет.

Я медленно провожу рукой по его груди, ощущая, как сердце колотится с бешеной скоростью.

— Не понимаю, о чём ты, — выдавливаю с улыбкой, пальцами гладя его предплечье.

— Я почти уверен, что ты что-то задумала, — хрипло говорит, зарываясь носом в мои волосы. — На девяносто девять процентов уверен.

Его пальцы вжимаются в мои бёдра.

Сердце сбивается с ритма. Ноги становятся ватными.

— Что ты задумала? Говори.

Если он сейчас отступит, план полетит к чертям. Почти уверена, что скажи я лишнего, и он отступит. Свежа в памяти ситуация с Лимой. Как она за ним бегала, унижалась, цеплялась, а он её отвергал. Со мной может случиться то же самое.

Вот только я не влюблённая дурочка. Он нужен мне. Для одного конкретного, очень важного дела.

— Ничего, — тяжело вздыхаю и закатываю глаза.

— Хочешь усыпить мою бдительность и сбежать?

— Куда? — из моего рта вырывается нервный смешок. — Да и потом, хотела бы сбежать, сбежала. Ты забыл о том милом колечке?

Вместо ответа он резко прижимает меня к стене и впивается поцелуями в шею.

Горячо. Слишком близко.

Кусаю губу, пытаясь скрыть дрожь. Сердце колотится так, будто сейчас выскочит наружу.

Спокойно.

Надо расслабиться. Перестать трястись, как загнанный зверёк. Иначе он почувствует. Поймёт. И отступит.

А этого допустить нельзя.

В конце концов, в этом мире нравы не такие уж строгие. Почти как у нас. Нет ничего преступного в том, что мужчина и женщина решили уединиться.

Повторяю это себе, как заклинание.

Но когда он резко подхватывает меня на руку и направляется к кровати, из груди всё равно вырывается короткий, предательский вскрик.

— Что такое? — хмурится.

— Ничего, — бурчу, обнимая ногами его талию.

Усмехается, зарывается пальцами в мои волосы и целует.

Прикрываю глаза.

И в этот самый момент раздаётся громкий стук в дверь.

Вздрагиваю.

Чёрт.

Как же не вовремя…

— Спокойно, — шепчет Сартар, опуская меня на пол. — Я узнаю, кто там, и вернусь.

— Хорошо.

Иду к кровати и сажусь на её краешек. Ощущая, как пылают щёки, зажмуриваюсь. Скоро он придёт, и мы продолжим. Нельзя останавливаться.

Сартар возвращается через минуту.

— Прости, — трёт переносицу. — Мой дядя хочет срочно меня видеть.

— А потом нельзя? — пищу.

— Нельзя, — закатывает глаза. — Но я недолго. Жди.

С этими словами его поглощает тёмное марево портала.

Обхватываю себя за плечи.

Ощущаю себя какой-то преступницей. И от этого липкого ощущения так просто не избавиться. Умом я понимаю, что пытаюсь спасти себя, но внутреннее чутьё вопит о несправедливости.

Наверное, стоит сказать Сартару, зачем мне так отчаянно нужна эта близость.

Возможно, он брезгливо наморщит нос. А возможно — скажет, что готов помочь.

Почему-то я больше верю в первый вариант.

Сартар возвращается через два часа — хмурый и злой. На скулах желваки, взгляд бешеный. А ещё он успел переодеться. На нём сейчас тёмная рубашка и брюки.