Бомбочка-Незабудка (ЛП) - Пекхам Кэролайн - Страница 141

— Думаю, Черч тоже должен это увидеть, — сказала я, и Бэнни кивнул, поднимаясь с кровати, слегка застонал, проведя рукой по лицу, оставив меня с очередной волной вины, разбивающейся о мое сердце из-за того, что я сделала с ним прошлой ночью.

Мы оделись и вскоре уже спускались вниз, моя любимая футболка “Битлз” была заправлена в рваные джинсы с высокой талией, а на ногах были байкерские ботинки.

Черч был в гостиной, он лежал на диване, положив руку на лицо, его голубая рубашка задралась, обнажив пресс. Я придвинулась к нему, провела пальцами по его руке, и он рывком проснулся, резко сел и глубоко вдохнул.

— Это Дэнни? Он вернулся? Это Фрэнк? Мне что, нужно стукнуть его головой об стену?

— Здесь никого нет. Но я кое-что нашла некоторое время назад, и я думаю, что вам обоим нужно это увидеть, — сказала я, опускаясь рядом с ним и прикусив язык от проклятия, так как мои раны жгло. Бэнни сел с другой стороны от меня, я открыла ноутбук, стоящий на коленях, Черч и Бэнни наклонились поближе, чтобы посмотреть.

Я перешла к папке, где было спрятано видео с Олли, которое я видела, и мой живот сжался, когда я осознала весь ужас этих кадров. Это был их друг, брат Фрэнка. И я не хотела причинять им боль, проигрывая это, но это нужно было сделать.

Я нажала кнопку play, и они увидели, как Олли зарезали, оба задыхались от ужаса, когда Дэнни пустил кровь и оставил его умирать.

— Нет, блядь, о боже, Олли. — Черч сжал волосы в кулак, встал и начал шагать, а Бэнни спрятал лицо в ладонях, качая головой в ужасе от того, что он видел.

— Мне жаль, — сказала я, ненавидя то, что мне пришлось показать им это. Я видела, как сильно они любили своего друга, и не знала, что делать, когда плечи Бэнни начали дрожать. Я подползла ближе к мужу, обхватила его и глазами умоляла Черча присоединиться к нам. Он уступил моему требованию, опустился рядом со мной, и мы втроем тесно прижались друг к другу, разделяя их горе.

— Блядь, — прошипел Бэнни, и я почувствовала, как внезапно изменились они с Черчем, когда их печаль переросла в ярость.

— Этот гребаный урод, — шипел Черч, вскочив на ноги и ударив кулаком в ближайшую стену. Я вскочила, поймала его руку, прежде чем он смог сделать это снова, заставив его посмотреть на меня, и в его глазах отразился целый мир боли.

— Он был одним из моих парней, — сетовал Черч, расчесывая волосы с выражением страдания. — А Дэнни, блядь, забрал его у нас.

Я подалась вперед, обхватив его руками, не имея ничего другого, что можно было бы предложить.

— Мне жаль.

Его руки сомкнулись вокруг меня, и он положил свой подбородок на мою голову, когда борьба угасла в нем.

— Никогда не проси прощения за то, в чем нет твоей вины, дорогая.

Бэнни подошел ближе, и я подняла на него глаза, когда он положил руку на плечо Черча.

— Ты можешь показать это Фирме, чтобы очистить свое имя? — спросила я Бэнни, но он покачал головой.

— Этого будет недостаточно. Они ненавидят меня из-за всех тех, кого я посадил в тюрьму. Они считают меня гребаным стукачом, несмотря на это.

Черч сжал челюсти, его глаза немного просветлели.

— Не волнуйся, мы найдем способ восстановить твою корону, приятель.

— Есть кое—кто, кто должен увидеть это, прежде чем мы сделаем что-нибудь еще, — мрачно сказал Бэнни.

— Фрэнк, — вздохнул я, и они оба кивнули, когда Черч крепко обнял меня.

— Он был в чертовски плохом настроении прошлой ночью, — заметил Черч. — И зная его, он всю ночь устраивал драки и пускал кровь, чтобы подпитать эту ярость в себе. Но ничто не насытит его так, как твоя кровь. Аня и я должны отправиться к нему, может быть, мы сможем заставить его посмотреть это видео, заставить его увидеть правду о том, куда он должен был направить эту ненависть все эти годы.

— Нет, — сказал Бэнни, в его глазах появились тени. — У нас с ним есть счеты, которые мы должны свести, поэтому я пойду с тобой на охоту.

— Какой счет? — спросил Черч в замешательстве, и взгляд Бэнни остановился на мне.

— Ты хочешь рассказать ему, секс-бомба, или я должен? — В его голосе чувствовалась бритвенная острота, и я видела, что он все еще не пришел в себя от того, что узнал.

— Мы с Фрэнком вроде как... переспали, — призналась я, и Черч отпустил меня, подняв брови.

— Где?

— Это твой вопрос? — зашипел Бэнни. — Неважно где, важно сколько раз, пока я не обращал внимания.

— За один сеанс или… — Черч нахмурился, и Бэнни ударил его в плечо.

— Это был один раз. Прошлой ночью, после того, как мы забрали Юрия, — твердо сказала я. — И я не сожалею, — добавила я, потому что, черт возьми, вчерашний день мог быть дерьмовым шоу массового масштаба, но Фрэнк зажег мою душу так, что я не могла отрицать. Он отличался от Черча, от Бэнни, но все трое каким-то образом были созданы для того, чтобы я чувствовала себя живой. А я так долго чувствовала себя приглушенной, оцепеневшей, что было невозможно отказать этим мужчинам в сердце и теле, мне было легче остановить кровь, текущую по венам.

Бэнни нахмурился.

— У меня от тебя начнется комплекс, если ты будешь продолжать добавлять мужчин в эту ситуацию, секс-бомба. Есть ли кто-то еще, о ком я должен знать, ты впускала Джона Боя в свой черный вход? Микки Шиньон трахал пальцами мою благоверную?

— Нет, — прорычала я, переводя взгляд с него на Черча и позволяя им увидеть во мне честность. — Это вы трое. Вот и все. И этого достаточно, поверь мне. Я не пытаюсь усложнить свою жизнь, просто это происходит потому, что что-то в вас, ребята, продолжает действовать мне на нервы. То, что я чувствую, находясь с каждым из вас, — это то, что я мечтала чувствовать всю свою жизнь. Это живая музыка, бьющаяся в моих венах, и я не сплю, пока она играет. Я чувствую, как она вибрирует в моих костях, и я не хочу, чтобы она прекращалась, потому что я снова исчезну, исчезну так же, как исчезала столько лет. А я хочу остаться, Бэнни. — Я прижалась к нему. — Не забирай их у меня. Ни одного из них. Я требую этого.

Бэнни наблюдал за мной, его руки были сложены, он смотрел на меня свысока, между его глаз появилась складка.

— Я ни в чем тебе не отказываю, любимая. Но с этой секунды никто из нас не лжет друг другу, даже если правда разрежет нас на части и оставит гнить. Я лучше буду гнить в правде, чем умру с пеленой на глазах.

Я кивнула в знак согласия, протягивая ему руку, и он провел ладонью по моей, крепко сжимая ее, пока мы заключали сделку. Черч положил свою руку поверх нашей, и я смотрела на него с замиранием сердца, чувствуя в воздухе какую-то силу, словно это обещание было глубже, чем просто слова.

-— Больше никакой лжи, — сказал Бэнни.

Мы с Черчем согласились и отпустили друг друга, мои пальцы покалывало от прикосновения.

— А теперь пойдем поймаем сердитого маленького Фрэнка. — Бэнни направился к двери, а я, подхватив ноутбук, пошла за ним, Черч пристроился рядом со мной.

Вскоре мы уже сидели в Ягуаре Бэнни, я сидела сзади рядом с Черчем, а Бэнни вел машину, направляясь в сторону квартиры Фрэнка.

Я открыла ноутбук, просматривая новые файлы Дэнни, и Черч постучал по экрану, когда заметил папку под названием “Выигрыши Дэнни”.

— Что это? — пробормотал он, и я щелкнула по ней, обнаружив внутри кучу видеоклипов.

Я нахмурилась, увидев запись того, что выглядело как чья—то спальня. Дэнни держал телефон, который записывал это, пока он прижимал парня к кровати, отрезая его пальцы от руки, и заставил меня сморщить нос, когда я кликнула на другое видео.

На всех видео Дэнни калечил людей, записывал себя, как он вонзает ножи в груди и животы, и я скривилась, когда нашла видео, на котором он вырезает слово “шлюха“ на груди женщины, а она кричит и умоляет о пощаде. Видео продолжалось, и я смотрела, как он ворвался в дом старика, терроризируя его и охотясь на него в его собственном доме.

Осознание пронзило меня, когда все больше и больше нападений происходило на моих глазах. Дэнни не просил у них информации, они, похоже, вообще его не знали. И это оставляло меня с мучительным чувством, что все это не связано с бандой. Это была жестокость ради жестокости, и от этого мне стало плохо.