Бомбочка-Незабудка (ЛП) - Пекхам Кэролайн - Страница 64

В груди у меня что-то перевернулось, когда я встретила его взгляд, мне пришла в голову мысль, что мы сидели здесь, ели вместе в пабе, в то время как я была одета, а он выглядел... ну, он выглядел достаточно хорошо, чтобы облизываться, и он, черт возьми, знал это. Но в любых других обстоятельствах, когда я не была замужем за человеком, которого он называл "боссом", это выглядело бы как... свидание.

Мои щеки слегка запылали, когда эта мысль пришла мне в голову, и я отвернулась от него, не желая, чтобы он видел. Я не легко смущалась и, конечно, перетрахалась с достаточным количеством парней, чтобы не стесняться, когда дело касалось желаний моей плоти, но в моем родном городе, с моими тремя ужасными, как ад, братьями и хорошо известным среди людей фактом, что я уже обрученная женщина, у меня не было ни единого шанса ходить на свидания.

На самом деле, я была уверена, что единственная причина, по которой я не приехала в Лондон с нетронутой девственной плевой, заключалась в том, что мои братья не хотели предоставить англичанам привилегию быть теми, кто ее нарушит. Мой брат Алексей как-то сказал мне об этом, напомнив, что женщина может использовать секс как оружие, если только не боится его, и я знала, что он хотел сказать мне это как совет, как вести себя с моим новым мужем. В то время я думала, что это было лишь краткосрочным делом, пока они не выполнили обещанный план и не помогли мне вырваться из брачных оков. Но теперь я понимала это лучше. Они просто хотели, чтобы я могла использовать свое тело как силу, если понадобится, как способ умерить гнев мужа, если он обратит его в мою сторону. А испуганной девственнице было бы гораздо труднее справиться с подобными манипуляциями. Не то чтобы я благодарила их за так называемую помощь. Учить меня драться и позволять трахаться с любым мужчиной, который попадался мне на глаза, было не слишком приятным утешением, когда Дэнни Батчер привязывал меня к своей кровати и заклеймил свое имя на моей плоти.

Я нахмурилась, подумав о доме. О своих братьях, которые сейчас привыкали к собственной мафиозной невесте. Мне было интересно, какой была моя новая невестка, девушка из ирландской мафии в Бостоне, которая теперь жила в моем старом доме и была окружена единственными мужчинами, которых я любила в этом мире. Не то чтобы я хоть на мгновение подумала, что ее судьба была лучше моей. Может быть, когда-то мои братья и были всем моим миром, но для всех остальных они были лишь бессердечными демонами, торгующими смертью.

Но даже когда я пыталась погрузиться в обиду и гнев, которые я испытывала на своих братьев, я не могла не скучать и по ним. Мне было интересно, разрешат ли мне позвонить им, если я попрошу. И есть ли у меня вообще желание делать это после их предательства. Возможно, мне было лучше оставить их в прошлом, так же как они с такой готовностью вычеркнули меня из своего будущего. Я отмахнулась от них, когда они пытались связаться со мной раньше, но каждый раз, когда я думала о них, я задавалась вопросом, правильно ли я поступила. Мне было интересно узнать о девушке, на которой они женились, как она себя чувствует в компании моих демонических братьев. Хорошо ли они с ней обращались? Или они показали ей, насколько развратными они были? Насколько темной может быть русская кровь. Надеюсь, ты надавала им по яйцам, девочка. Одно для меня и два для тебя.

— Что это за взгляд? — спросил Фрэнк, возвращая меня в момент и привлекая мое внимание к нему.

— Я просто думала о своих братьях, — сказала я, не видя причин лгать. — И о том, как сильно я их сейчас ненавижу. — Это была ложь, потому что, как бы я ни старалась, я действительно не могла ненавидеть этих мальчиков. Они были лучшим, что было в моей жизни так долго, что я даже не могла представить себе мир без них. Ну, не до этого момента.

Глаза Фрэнка загорелись яростным жаром при упоминании моей родни, и я чуть не вздрогнул от ненависти, которая заплясала в его зрачках. Но прежде чем я успела задать ему вопрос о внезапном изменении его настроения, нас прервал человек в велосипедном шлеме, который шел вперед, доставая из рюкзака бумажный пакет и называя имя Фрэнка.

— Держи, приятель, — сказал он, протягивая пакет с едой на вынос и заставляя меня нахмуриться в замешательстве.

— Зачем тебе еда на вынос? — спросил я, когда Фрэнк принял пакет, а парень поспешил прочь, на ходу застегивая рюкзак и прыгая на велосипед на улице, явно спеша доставить свой следующий заказ.

Фрэнк, казалось, на мгновение задумался, затем пожал плечами, вскинув подбородок в молчаливом повелении, затем поднялся и повел меня вокруг бара, кивнул Шайле, когда она отошла в сторону, чтобы пропустить нас, и прошел прямо на кухню, как будто он был хозяином этого проклятого места.

Я следовала за ним по пятам, любопытство не давало мне покоя, когда он пропустил меня через другую дверь в небольшой офис, открыв ее для меня.

Я шагнула под его руку, и тепло его тела омыло меня, когда я прошла мимо него, прежде чем он закрыл дверь с громким щелчком, и мы вместе оказались в темном помещении.

Прежде чем я успела задать вопрос, включился свет, и я увидела ряд тяжелых деревянных книжных полок и единственный маленький письменный стол в комнате без окон.

— Полагаю, у тебя есть куча вопросов о том, как мы тут все устроили? — спросил Фрэнк, обходя стол и садясь на единственный стул, бросив пакет с едой на поверхность перед собой, откинувшись назад и наблюдая за мной.

— Да, — признался я.

— Дэнни говорил, что тебе пора получить образование. По крайней мере, о больших вещах.

Я подняла брови, удивляясь, почему мой муж не говорит мне об этом, но не стала озвучивать этот вопрос, а задала тот, который так и вертелся у меня на языке с тех пор, как я увидела, как Черч убил человека в подворотне, и больше ничего из этого не вышло.

— Если Фирма управляет Лондоном, то почему по вашим улицам ползают другие банды? Почему бы просто не уничтожить их всех и не управлять всем самим? — спросила я, размышляя о том, действительно ли я могу получить здесь некоторую ясность.

Уголок рта Фрэнка приподнялся, и он наклонился вперед, пару раз похлопав рукой по столу прямо перед собой, что было несомненным приказом мне сесть.

Я закусила нижнюю губу, испытывая искушение отказать ему, не желая подчиняться его капризам, но ответ на этот вопрос был мне нужен гораздо больше, чем глупая игра с ним, поэтому я сдалась.

Фрэнк наблюдал за мной со скрытым выражением лица, пока я приближалась к нему, и маленькое платье, которое было на мне, казалось, прижималось к моему телу больше, чем раньше, подол был короче, чем я думала, а грудь ниже. Казалось, что он сдирает одежду с моей плоти, лишь пристально глядя на мое тело, но никто из нас не признавал этого.

Я двинулась перед ним, ступая между его раздвинутыми ногами, прежде чем занять место на краю стола, как он велел, сопротивляясь желанию расправить юбку на бедрах и не позволяя себе задаться вопросом, как далеко он может заглянуть под нее со своей точки обзора.

— Откройте пакет, — поощрил он, и я протянула руку, чтобы поднять бумажный пакет.

Он оказался тяжелее, чем я ожидала, запах еды отсутствовал, когда я положила его на колени и раскрыла верхнюю часть пакета, разглядывая коробки и обертки от бургеров и замечая, что там, где он лежал на моих бедрах, было холодно.

— Продолжай, — посоветовал Фрэнк, и я так и сделала.

Я взяла коробку из-под гамбургеров с самого верха кучи и открыла ее, втянув воздух, когда обнаружила внутри толстую пачку денег, закрепленную резинкой и достаточно тяжелую, чтобы утяжелить мою ладонь.

Там должны были быть тысячи фунтов, а это была всего одна коробка. Не дожидаясь другой команды, я вытаскивала коробку за коробкой, выхватывая из каждой из них наличные деньги, пока мои глаза не расширились, как блюдца, а губы не раздвинулись от огромного количества денег, сложенных у меня на коленях.

— А тот парень из ресторана знал, что это здесь? — спросила я, отвлекая свое внимание от денег и возвращая его к человеку, который держал в руках ответ на все мои вопросы.