Черноземье. Король (СИ) - Белов Иннокентий - Страница 14

Первым делом посетил ювелиров, забрал монету и отдал ее под охрану. За две осьмицы они продали не слишком много сданного на реализацию добра, всего на триста золотых. Но в моем случае и так все получается весьма неплохо. Залежи драгоценностей в Кассе в моей личной комнате все равно понемногу уменьшаются. Еще продают весьма опытные люди незаурядные украшения довольно дорого. Так что за годик собираюсь всю драгоценную недвижимость перевести в звонкую монету, ибо сама по себе она мне не слишком нужна.

И еще всю монету тоже потратить думал, но теперь высокие доходы с хамамов, мастерских, кузниц Водера, промплощадки, конечно, с городского рынка пока заметно превосходят все расходы.

С агентства Орнии и цементного цеха больших доходов нет. С Орнии денег приходит вообще немного, а цемент только начинают распробовать местные строители. Продажи в лавке на рынке явно не отбивают расходы на производство и плату рабочим, поэтому здесь пока получается явный такой финансовый минус.

Но я уже подписал договор с городской казной на строительство дороги с помощью моего передового продукта. Еще хорошо продвинул идею использовать его же при постройке и ремонте городских улиц. Поэтому ожидаю в течении пары месяцев выход моего производства на хорошо прибыльный уровень.

«Распробуют здешние строители новую технологию и скоро только на цементе начнут класть камень. Все же то весомое обстоятельство, что он не боится воды, в отличии от той же извести и глины, определенно решает в пользу цемента. Особенно мощение городских улиц выходит гораздо долговечнее и крепче».

Хорошо все же служить в Асторе могущественным Капитаном! Легко получается договориться с городской казной и продать городу свои передовые для данной эпохи идеи.

Но теперь нужно переговорить с ювелирами, чтобы донести до них сложившееся положение:

— Скоро к вам пойдут сдавать драгоценные трофеи новые жители Черноземья. Которых я привел сюда через смерть их хозяев, астрийских и сатумских дворян. Кое-чего они так неплохо с них набрали, теперь попробуют трофеи поменять на деньги. И сегодня я сам порекомендую именно ваши лавки для сдачи всего, что имеется у них из трофейных драгоценностей. У них есть при себе дорогое оружие и прочие безделушки, немало колец, браслетов и цепочек. Под реализацию они отдавать свое добро побоятся, потому что совсем нездешние и долго здесь не проживут, поэтому берите сразу под наличные деньги. Дешево, но сразу. Если ваши средства исчерпаются, присылайте ко мне посыльного. Заеду и выдам несколько сотен тайлеров под скупку трофеев, — объясняю я по очереди ювелирам.

Дам возможность заработать своим реализаторам и крестьянам получить живые местные деньги на руки.

Чтобы первым делом присмотрелись к ценам на продукцию Водера, без своего топора и лопаты землю обрабатывать никак не начнешь, какая бы она не была бесплатная. И дом не восстановишь после стольких лет полной разрухи на бывших крестьянских наделах. Не говоря уже про грамотно сделанные плуги и прочую землеобрабатывающую технику, которую я понемногу внедряю в производство.

— И никаких проблем с контролем, как раньше с чертовым Данисом. Даже охрану для лавки не нужно держать ни днем, ни вечером, — напоминаю я себе прежние проблемы со своей лавкой. — Ну, шесть тысяч золота он мне выдал в очень быстром темпе, а дальше проворовался безнадежно. Как я, в принципе, и ожидал от не слишком стабильного парня с повышенными амбициями, которым он совсем не соответствовал. Надо же было додуматься — настолько ограбить своего благодетеля и потом еще нагло улыбаться мне в лицо! Так что все оказалось устроено вообще не зря, но все же подобные темы после использования нужно вовремя прекращать.

«Лучше все-таки работать через профессионалов. А не устраивать самодеятельность с проблемными амбициозными юнцами в настолько серьезных делах, — говорю себе. — Пусть медленнее, но без лишних проблем, которых мне и так все время хватает».

Я начинаю все более серьезно ценить свое спокойствие, поэтому делегирую мои полномочия своим приближенным людям.

«Пусть учатся и входят в курс дела».

Дальше заезжаю к Орнии, у нее денег забираю немного, всего сорок тайлеров прибыли за три месяца работы. Спрашиваю про пару комнат для новых сатумцев и астрийской прислуги, прошу найти что-нибудь подходящее.

— За них буду сам платить, именно за аренду, но нужны кровати, стол и стулья с табуретами, пара вешалок, умывальник и горшок для начала жизни. Тех шестеро и тех тоже, хватит им по одной комнате на каждую компанию.

Прислугу дворянскую должны будут разобрать по семьям Капитанов, только, когда еще такое случится, мне не известно.

Орния обещает выделить свои личные комнаты. Видно, что вся в работе, занята все время, нужно принимать отремонтированное жилье, заказывать новые ремонты и постоянно обучать своих новых работниц делать тоже самое.

Из хамамов все получаю совсем по-разному, из дорогого сотню тайлеров чистого дохода, из дешевого всего пятнадцать, слушаю отчет управляющего теперь обоими банями.

— С дешовым хлопот больше, чем доходов, — какое-то время ворчит он. — Народ ходит туда совсем бедный, много астрийцев, а они все еще слишком дикие для Астора. Подрались две компании просто из-за очереди в парилку, явно из-за каких-то своих старых проблем. Поломали скамейки и пару ведер разбили, все друг об друга.

— Может снова какие-то зачатки тех старых астрийских бандитов проявились? — спрашиваю у него я.

Мне еще нужно не забывать про пятую колонну астрийских дворян в Асторе, хотя проверить с моими способностями несколько тысяч астрийцев довольно сложное дело.

«С другой стороны, все они скоро встретят спасенных мной крестьян, узнают про перебитых поголовно своих хозяев. Поймут, что никакого нападения на город больше не будет с той стороны. И что бывшие хозяева теперь тоже навсегда пропали. Поэтому просто станут жить в Асторе, радуясь про себя, что не придется жизнями рисковать», — так кажется мне сейчас.

— Не сказал бы, чтобы настоящие бандиты, не так отпето себя ведут, но какая-то сплоченность у них имеется, — подумав, отвечает управляющий.

— Апис, хорошо бы присмотреться к этим астрийцам. Может среди них есть нужные нам люди. Скажи нашим Стоцу и Алиму, чтобы обратили внимание, — отойдя в сторону, негромко приказываю я помощнику.

Апис кивает, что все будет сделано.

Все же влиятельные среди астрийцев люди мне тоже нужны, у них свои темы и терки в сообществе имеются. Хорошо бы понимать, какие именно и в чью пользу. Подобное сообщество теперь навсегда останется самим по себе по отношению к местным жителям, такова специфика жизни в средневековье.

Я уже давно знаю, что любая информация может невероятно сильно помочь, даже простое наблюдение из окна.

— Понятно, придется в дешевом хамаме на вход охрану поставить и выписать кое-кому черную карточку! — отвечаю я и обращаюсь к Дроперу. — Поставь там пару наших, примерно на пару осьмиц. Пусть посортируют народ, скандалистов жестко предупредят. Если будут дальше хамить — вызвать наших со Стражей и без разговоров отправить отлежаться. С драчливой голытьбой иначе нельзя, она только силу понимает. Если попадутся особо наглые, корчащие из себя авторитетов, таких ко мне доставить, я их на строительство дороги отправлю.

С негражданами города, коими являются пока почти все беглецы из Астрии, вполне хватит моей власти так поступить. Раз я сам лично отвечаю за постройку, то могу многое решать помимо асторских законов, касающихся только уважаемых жителей города с определенным имущественным цензом.

После чего отправляюсь на рынок, где слушаю старшего над охраной и, правильно вникнув в увеличение количества продавцов и покупателей на моей торговой площади, разрешаю набрать еще четверых сборщиков платы и налогов.

Рынок уже реально забит продавцами, стал местным мега-моллом, новые лавки строятся постоянно. Придется скоро границы рынка переносить на несколько метров в разные стороны, хорошо, что подобный запас есть с двух сторон. Можно еще к дороге вплотную прижаться, благо до нее тут целых десять метров заранее осталось и в сторону кладбища еще на двадцать метров площадь расширить, а то и на все пятьдесят. Рынок все расползается, даже не вижу пока, когда процесс остановится.