Подснежники (СИ) - Шиляев Юрий - Страница 18

- Так какая, кто она здесь? - не унималсяя.

- Не могу объяснить вам этого, квирит Костян. Это надо видеть, но учтите, как сказал квирит Козлик,«развидеть» этопотом не получится. И он сказал, как называются такие фемины,но я не запомнил, тоже на букву «Ф».

Меня впервые подвело воображение, как ни пытался, даже не смог представить, как исковеркало пространство и время Екатерину Великую.

-Я вот что не пойму, - скорее подумал вслух, чемобратился к соседям по палате, - тело той силиконовой тетки, как я понимаю, попало сюда целиком из будущего. Как я, к примеру. Но как в этом теле вместо реальной хозяйки леопардовых лосин оказалась княжна Оболенская? Какое-то тройное сальто морталес попаданством.

- Квириты, я долго думал над этим, - Цезарь снял лавровый венок, расправил на нем листочки и осторожно положил на стол, потом стряхнул лавровую труху с простыни и снял ее; за всеми этими делами он не переставалрассуждать:

- Я вспомнил воронку в воде, когда переходил Рубикон. Она закручивала в себя повозки, легионеров, рабов… Рубикон — река небольшая, но очень коварная. Так вот, водоворот крутил так, что казалось, будто предметы и люди накладываются один на другой. Они то выстраивались в ровные ряды, то распадались и плыли по окружности воронки. Я рассказал об этом патрицию Сталину, и он распорядился, чтобы ученые — патриций Михайло, патриций шахматный композитор, и патриций Альберт — разобрались с этим. А квирит Жуков составил карту попаданий. И получилось, что центр этой воронки находится здесь, в этом самом месте.

- А воронка оттого, что где-то дыра, - продолжил его мысль и сел на кровать.

Телефон хотел поставить на зарядку, но передумал, лучше делать это, когда я рядом. Если его «конфискуют» повторно, Паша Молоток, конечно, найдет. Но вот вернет ли он мне его во второй раз — это вопрос большой.

Утренний обход, по теории, в больнице должен быть, но сегодня все встало с ног на голову из-за прибытия главного врача. Собрание, как я понимаю, будет, после того, как Гвиздало придет в себя после укола. А пока на завтрак. Мне кажется, что «фрументарии» уже донесли товарищу Сталину собранную информацию.

Я не ошибся. За столом Сталины тихо переговаривались. Сталин-рабочий сиделво главе столов, с трубкой во рту и внимательно слушал. Жуков-Папай за его спиной то бледнел, то краснел, иногда комментируя чью-то информацию. Леонид Ильич со своим верным телохранителем и капустным салатом сидел за этим же столом. И еще один стол пустовал, но был придвинут вплотную к остальным, и рядом — три стула.

Цезарь, не ожидая приглашения, направился за этот стол. Мы с Пашей тоже. К Молотку тут же подбежал впечатлительный повар и быстро наметал тарелки с Пашиным «здоровым питанием» для всех, сидевших за столом.

- Итак, слюшаю, товарищи, - произнес Сталин-рабочий, сунув трубку в рот.

- Товарищ Сталин, согласно поступившим сведениям, - тут же доложил Жуков, - полковник Гвиздало Роман Альфонсович до этого занимал должность начальника политотдела центрального окружного госпиталя. На должность главного врача НИИ «Подснежники» его выдвинули, чтобы отправить на пенсию генералом. Так как считается, что «Подснежники» - это объект повышенной секретности, то генеральские звезды вполне обеспечены. С другой стороны, тут ничего особого не происходит, как считает руководство, и испортить Гвиздало ничего не сможет. Обычный бюрократический ход. Подполковнику Приходько даже не пришлось лететь в Москву за согласованиями и утверждениями.Решили все на местном уровне. В медицине,как впрочем, и в науке, полковник Гвиздало полный ноль. Ондослужилсядо звания полковника благодаря следованию всем правилам и канонам бюрократии: сдавал вовремя отчеты, писал правильные рапорты и докладные, правильно разговаривал с начальством. С подчиненными тоже, в меру суров был, но палку не перегибал. Ну, а то что дурак — это на службу не влияет, до определенного уровня власти.

- Спасибо, товарищ Жюков. Что еще можете добавить? - и он указал трубкой в нашу сторону.

- Патриций Иосиф, - тут же, улыбнувшись самой лучезарной своей улыбкой, начал «отчет» Цезарь, - плебеи Махно и Правда отказались от нашего предложения и выдвинули свой план. Встречный. Предлагают бежать всем и сразу. Готовить групповой побег, как только разберемся с местоположением нашего узилища.

-Товарищь Жюков, что говорят астрономы о координатах этого места? - трубка качнулась в сторону маршала.

- Составляют карту, - лаконично ответил Жуков.

- Такую, в натуре? - и Паша Молоток вытащил из кармана свернутую гармошкой карту. - Не, че, все равно подполковник Приходько рядом сегодня стоял, - он пожал могучими плечами и продолжил есть.

- Вот, учитесь, товарищ Жюков, - похвалил Пашу Сталин, при этом ненавязчиво поставив на вид Жукову. - Что у нас со списком товарищя Эйнштейна? - и трубка повернулась в мою сторону.

- Уже дал задание всем, сегодня ночью собираемся проверить склады, - отрапортовал я, невольно включаясь в местную «игру».

- Уважаемый контингент гостей НИИ «Подснежники», - раздалось из динамиков под потолком. - После завтрака в актовом зале на третьем этаже состоится общее собрание персонала и контингента гостей для знакомства с новым главным врачом НИИ «Подснежники» Гвиздало Романом Альфонсовичем. Явка строго обязательна, - и тут же противный писк, какой бывает в заглючившем микрофоне.

Мы с Пашей не торопились, спокойно доели завтрак, перекинулись парой слов с подавальщицей, и последними пошли к лестнице на третий этаж.

Навстречу нам кто-то спускался, но, поскольку Барбос шел первым, рассмотреть, кто именно, не было никакой возможности. Паша Молоток вдруг резко встал, так внезапно, что я врезался ему в спину. Пашина рука молотом выстрелила вперед. Что-то упало. Паша оглянулся и растерянно сообщил:

- Костян, брателло, я кажется рептилоида завалил...

Глава 10

Я протиснулся между стеной и Барбосом. Посмотрел на его «добычу», присвистнув. Ничего себе, экземплярчик!

— Кажется, я знаю, как называется фемина на букву «Ф», про которую рассказывал Цезарь, — сообщил Паше Молотку. — Фрик!

Тело, лежащее на ступенях с открытым ртом, из которого вывалился раздвоенный язык, было покрыто татуировками сплошь: вытатуированная на лице, на лысой голове, на руках и ногах чешуя казалась очень реалистичной. На голове, под кожей, ряд рогов — металлических, блестящих, кажется, из титана. В ушах тоннели, в носу, бровях, губах — металлические кольца. Из одежды — обтягивающий латексный комбинезон, шорты и топ, соединенные переплетенными в косичку шнурками.

— Ой, тетю Катю-то зачем уронили? — навстречу, перепрыгивая через две ступеньки, спускалась Тинка. — Это, к вашему сведению, Екатерина Великая, — сообщила девчонка, присаживаясь у татуированного тела и проверяя пульс.

— В натуре?! — опешив, воскликнул Паша Молоток. — Типа, телка Петра Первого?! Ни фига он извращенец! Маньячина, в натуре! — возмущался Барбос. — На такую нечисть запал! Я типа это, картинки видел — ну где помните, она говорит такая: «Звезду Суворову Александру Васильевичу», типа банк Империал, в натуре. Так она там под нормальную бабу закосила, рога под париком спрятала.

— Это другая Екатерина, — вздохнул я, подумав, что восполнять пробелы в исторических познаниях нового русского, который, похоже, учил «предмет» по рекламным роликам, бесполезно.

Нести Екатерину Великую в палату или в процедурный Паша Молоток отказался наотрез.

— Я это убоище даже перешагивать не стану, — заявил он.

— Тинка, беги за санитарами. Пусть оказывают первую помощь, — скомандовал я и присел возле тела.

Екатерина Великая застонала, села на ступеньке и мутным взглядом посмотрела на нас. Паша Молоток попятился.

— Ну ее на хрен, укусит, потом хрен знает, от какого яда лечиться, в натуре, — проворчал он.

— Все санитары на собрании, — радостно сообщила Тинка, появившись на площадке третьего этажа. — И медсестры тоже. И врачи.