Война песка (СИ) - Казаков Дмитрий Львович - Страница 51

— Я же говорю, ты молодец, — шепнула Гита мне в ухо.

— Только не зазнайся, — добавила Лана в другое.

Они как обычно, следили за мной, наблюдали, фиксировали малейшее изменение и движение. А я под их присмотром ощущал себя неполноценным, убогим мальчишкой с синдромом Дауна, которому соседи в лицо будут улыбаться, а за спиной показывать пальцем и шептать «Инвалид!».

Но сейчас это не имело значения.

Дрищи надвигались, и казалось, что они в конечном итоге упрутся прямо в нас.

Взводный похлопал по плечу двух бойцов с экранами, и выставил между ними автомат, нацелив его на патрульных. Через мгновение вся шеренга ощетинилась готовыми к стрельбе стволами, пальцы легли на спусковые крючки.

Да, эту тройку мы завалим, но вот что дальше?

Так что я облегченно вздохнул, когда обнаружил, что дрищи все же пройдут мимо, хоть и совсем близко. Отодвинул от себя восприятие чужих сознаний, в этот момент абсолютно ненужное, попытался целиком выключить его, чтобы не мешало, но не сумел.

Наше же прикрытие тем временем перемещалось, не нарушая строя, пытаясь остаться между чужаками и своими. Это выглядело диким, нелепым танцем, исполняемым толпой грязных и потных мужиков с оружием под черным звездным небом глухой пустыни на далекой планете.

И двигаться совсем уж бесшумно они не могли.

Командир патруля остановился, когда они оказались сбоку от нас, метрах в семи. Повернул к нам безглазое лицо, и то же самое сделали двое его подручных, напряглись их тонкие руки, быстрее побежали мысли.

Я сглотнул, боясь даже дышать, кто-то судорожно икнул.

Палки дрищей нацелились в нашу сторону, напряглись спины и руки прикрывавших нас парней.

— Фссссс… — произнес командир патруля после паузы, что показалась мне неделей. — Хашссс…

И трое нелюдей пошли дальше — к ближайшему бархану, на его гребень, и за него, дальше по маршруту.

Но не успели мы перевести дух после этого патруля, как с другого направления появился второй. И нам пришлось заново проделать весь маневр, прикрыться живым щитом из носителей экранов.

Второй патруль не обратил на нас внимания, он прошел от нас дальше, но затем вернулся первый.

— Вот разворошили осиное гнездо, — прошептала Лана, с ненавистью глядя на дрищей.

Троица проследовала мимо, исчезла из виду, и почти тут же заморгала огоньком рация на спине Хамида. Цзянь на мгновение прилип к ней, и на этот раз приложил наушник к уху, чтобы мы не слышали.

— Придется бежать, — сказал он, закончив сеанс связи. — Много времени потеряли. Окажемся зато в мертвой зоне.

— Он не шутит? — спросила Гита недоверчиво. — Бежать?

— Какие шутки, крошка? — влез Эрик, оказавшийся рядом. — Мы на чертовой войне. Чертовы солдатики. Ух, разомнемся.

Тело мое протестовало при одной мысли о том, что придется двигаться бегом, да еще по песку. Мускулы ног сводило судорогой, бронежилет, вроде бы идеально подогнанный, прыгал вверх-вниз на плечах, автомат казался неуклюжим, тяжелым и чужим, нелепой хреновиной, которую я тащу непонятно зачем.

А в голове крутилась мысль — зачем и куда мы так мчимся, ведь времени достаточно? Насколько я понимал, мы недалеко до цели, до поселка не больше десяти километров, два часа марша… а до дедлайна часов шесть, если не больше.

Или Цзянь хочет атаковать раньше назначенного срока?

— Вы трое — вперед! Со мной! — прокаркал взводный, обернувшись на бегу. — Поможете! Чтобы мы снова в ловушку не заскочили!

Он помнил едва не погубившую нас червоточину, надвигающиеся стены из света.

Нам ничего не осталось, как подчиниться, и мы чуть ли не впервые за всю операцию очутились в авангарде. Вскоре пришлось замедлить ход, поскольку ведьмы не смогли держать темп, они бежали наполовину без сознания, их мотало из стороны в сторону, глаза то и дело закрывались, а ноги подгибались.

Я очень сомневался, что в таком состоянии они смогут заметить излом.

Бой за горизонтом тем временем продолжался, грохали пушки танков, вздымалось и опадало над песками алое зарево. Теперь было ясно, что столкновение происходит в нескольких точках, и я мог боле-менее, исходя из предыдущего опыта, воссоздать картину происходящего.

Наши имитировали атаку с нескольких направлений, вынуждая дрищей распылять силы. Нападали сначала в одном месте, потом в другом, затем в третьем, чтобы противник точно верил, что вот он, главный удар, и что пора выдергивать из загашников последний резерв.

А на острие этого самого удара тем временем движется наша группа.

В один момент нам пришлось остановиться и залечь, поскольку мимо с ворчанием проползла колонна боевых машин. Мы увидели кработанки и самоходные живые минометы, потомнезнакомые машины, похожие на огромный ком водорослей на гусеничной платформе: установки РЭБ, зенитно-ракетные комплексы, что-то вообще не имеющее аналогов в человеческой цивилизации?

От дрищей можно было ожидать чего угодно.

Живые машины укатили на поле боя, а мы побежали дальше, и вскоре из-за горизонта вылезла знакомая стена из камня, черная и отвесная. Начали попадаться скалы, и мне показалось, что я узнаю местность — вроде бы тут мы прошли каких-то пять дней назад, когда прибыли на вертолете и верили, что все обернется легкой прогулкой.

— Стоим, отдыхаем, — велел Цзянь.

Я согнулся, уперся руками в колени, пытаясь восстановить дыхание, барышни из подразделения М и вовсе рухнули наземь. Взводный отошел на пару метров, затем я услышал хруст песка под множеством ног, краем глаза уловил движение, но сделать ничего просто не успел.

Чужие руки вцепились мне в запястья, кто-то навалился на спину, пригибая к земле.

— Что вы делаете? — слабым голосом воскликнула Гита.

— Э, он наш вообще-то! Только мы можем его мучить! — встряла Лана.

Автомат сдернули у меня с плеча, и я обнаружил себя лежащим мордой в колючий песок с завернутыми за спину руками. Гита успела встать, но ее точно так же повалили, Лана заорала возмущенно, но тоже сделать ничего не смогла, тоже оказалась на земле — скрученной и беспомощной.

— Что, попался, ублюдок? — прошептали мне в ухо, и я узнал Хулио.

— Заткнись, — одернул его Цзянь.

— Я превращу твой разум в банку с кошмарами! — пообещала Лана. — Ты рехнулся? Котик, башкой перегрелся?

— Так преврати, — взводный улыбался. — Ну, не можешь? Ты же ни на что не годишься. Выдохлась, устала.

Он был прав, сил у ведьм не оставалось совсем, даже на самое маленькое колдовство. Ну а я… я тоже мало на что годился, ощущал себя выжатым досуха, да и талантами своими толком пользоваться не умел.

— Что ты хочешь? — спросила Лана. — Убить нас?

— Не просто убить, — Цзянь улыбнулся, и я вспомнил, где видел точно такую же улыбку: в разрушенной башне на территории «Инферно», где заживо резали людей.

Только тут я сообразил, что атаковали нас не все, часть взвода осталась в стороне от происходящего. Вот и выдали себя поклонники священной плоти, показали, кто есть кто, совершили каннибальский каминг-аут.

Хотя чего им бояться?

— Не просто убить, — повторил жрец каннибальской секты. — Нам нужен ритуал. Обретение силы, без которой в этой безнадежной ситуации не победить! Вкус открыт нам!

— Вкус открыт нам, — хором откликнулись его приспешники.

Среди них были Фернандо, Хулио и Бадр, и с первыми двумя мы не так давно стояли лицом к лицу, а взводный очень разумно объяснял нам, почему конфликты перед лицом врага не нужны. А теперь он готовится разделать меня и парочку ведьм на мясо — видимо безо всякого конфликта.

— Выжигая нечистоту, оставляя священное, изгоняя грязь, разогревая благое! — Цзянь говорил все громче и громче, и глаза его во мраке светились двумя алыми точками. — Превращая обычную плоть в измененную, благословенную!

— Пожирание и извержение создает этот мир! — поддерживали его.

И еще этот прекрасный человек, любящий поминать Конфуция, обещал не враждовать с нашей компанией, не предпринимать никаких агрессивных шагов в обмен на молчание. Было это чуть больше недели назад, а кажется, что очень-очень давно, в другой жизни.