"Фантастика 2026-86". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Юркина Женя - Страница 146

Дарт выложил перед ним лист, добытый в почтовой конторе, и объяснил, что нужно сделать. Слушая его, Дес несколько раз менялся в лице, а потом выразил мысли, не стесняясь в выражениях. Он подхватил журнальный лист и потряс им в воздухе:

– Здесь около сотни пунктов. Хочешь, чтобы я проверил всех отправителей? Да ты спятил.

– Только отправления в южные города. Чем ты слушал?

В ответ друг цокнул языком, выражая недовольство.

– На это уйдут сутки, если я начну прямо сейчас.

– Вот и займись делом.

– Сегодня не могу. Труппа Чармэйн согласилась сыграть здесь вечером.

– Ты видел их выступление раз двадцать. Ничего не случится, если пропустишь одно.

– Нет, – категорично заявил Дес и сложил руки на груди. – Только не сейчас, когда Чармэйн, наконец, ответила мне взаимностью.

– После того, как встретила тебя в «Сан-Порте»? Какая молодец. – Дарт усмехнулся и заметил, как в глазах Деса вспыхнул мрачный огонь.

– Зато Фло ничего от тебя не надо.

– Не смей говорить о ней! – выпалил Дарт, уже жалея о том, что позволил себе комментарий в адрес Чармэйн.

– Ладно. – Дес пожал плечами. – Но ты как-то не вовремя о правилах вспомнил. Из-за этого я не могу сообщить о письме, которое прислала тебе та-чье-священное-имя-нельзя-произносить-своим-поганым-ртом.

– Отдай его.

– И не подумаю. Ведь я тебе ничего не говорил, как ты мне велел.

– Отдай – иначе силой отберу.

– Да когда меня пугал твой кулак? Просто попроси. Скажи «пожалуйста».

Он дразнил его, как лающего пса за забором.

– Лучше скажу, чтобы ты шел к демонам.

– Что ж. Уйду – прихвачу письмо. Ищи-свищи меня потом.

– Отдай, – закипая от злости, повторил Дарт. Личность хмельного, которую он подавлял в течение дня, все отчетливее проступала в его сознании.

– Ты в шаге от письма…

– Пожалуйста, – сдался он.

Дес самодовольно усмехнулся и вытащил из-за пазухи синий конверт. Почта Делмара! Если бы Дарт знал, что все это время друг держал послание при себе, точно бы не стал церемониться и вытряхнул бы его, как кошелек с монетами.

Он в нетерпении разорвал конверт, пытаясь унять дрожь в руках, удивляясь, что хмельной при своей неотесанности может быть таким сентиментальным.

Письмо оказалось коротким – намного меньше того, что Дарт писал уже две недели. Оно начиналось с нескольких сдержанных строк об архитектуре Делмара, его погоде и климате. Неизвестно, на кой демон сдалась метеосводка ему – жителю Пьер-э-Металя. Путевые заметки выглядели как насмешка, учитывая, что лютены были привязаны к безлюдю и не могли покидать город. Потом Флориана как бы невзначай упомянула о практике у столичного домографа и призналась, что пока работа дается ей непросто, а обстоятельства вынуждают задержаться на неделю, а то и больше. Но хуже всего, писала она, дела обстоят с местной кухней, где умудряются делать из рыбы даже десерты. «Как же я скучаю…» – многообещающе начиналось следующее предложение, обрываясь в конце страницы. Дарт в нетерпении перевернул лист и прочитал: «…по рогаликам и сырным пирогам». Проклятие, да она издевается! Он с такой силой сжал клочок бумажки, что смял его по краям. Порвал бы в клочья, если бы любопытство не пересилило.

Дарт продолжил читать, сцепив зубы. Еще оставалось несколько предложений, способных все исправить. Или окончательно испортить. После ностальгии по выпечке Флориана вспомнила о сестре и призналась, что беспокоится о ней. Это было прелюдией к тому, чтобы попросить его, Дарта, навестить Офелию в Хоттоне и приглядеть за ней.

Конец.

Он растерянно уставился на последнюю точку, за которой начиналась пустота неисписанной страницы, заскользил взглядом по невидимым строчкам, будто всерьез верил, что сейчас буквы проявятся и сложатся в тайное послание – слишком личное, чтобы стать частью формального письма.

Конечно же, ничего подобного не случилось.

Это было все, что хотела сказать ему Флориана.

Он не сразу расслышал, что кто-то зовет его по имени. Голос этот был размытым, далеким и гулким. Дарт оторвал взгляд от письма и увидел перед собой обеспокоенное лицо Деса.

– Эй, дружище? – повторил он и, когда Дарт кивнул, спросил: – Что пишет Фло? Все в порядке?

Вероятно, вид у него был такой, что Дес успел представить ужасные новости. Разве мог Дарт признаться, что столь глупо отреагировал на сообщение о булочках и дождике в Делмаре. Ладонь сама сжалась в кулак, превратив письмо в комок бумаги.

– Мне нужно выпить, – прохрипел Дарт, позволив личности хмельного воспользоваться случаем. – Что-нибудь покрепче.

Без лишних вопросов друг организовал графин орехового ликера. Сола, эта симпатичная белокурая стаканщица, с которой недавно развлекался Дес, взгромоздила поднос на стол и задержалась, рассчитывая, что ее личность еще кому-то интересна. Она покрутилась перед ними, не зная, что сказать или сделать, дабы привлечь внимание, а после так и ушла ни с чем.

Это всего лишь письмо, думал он. Тогда почему ему так больно от того, что от каждой строчки сквозит холодным безразличием? Она могла бы написать что-то личное, трогательное или хотя бы спросить, как он поживает… А вместо этого прислала сводку новостей и очередное поручение.

В раздумьях Дарт опустошал одну рюмку за другой. Он не остановился, пока рот не свело от сладкого привкуса ликера, а хмель не шибанул по голове, точно деревянная дубина. Незаметно стол опустел, а потом Дарта подхватили под руки и куда-то повели.

Позже он обнаружил себя лежащим на бархатной софе в комнате для важных персон. Уличных окон здесь не было, отчего Дарт не понимал, как долго проспал. Судя по тому, что голова по-прежнему казалась набитой ватой, прошло немного времени.

В помещении было тихо и прохладно, если не сказать уютно. Он не торопился уходить, а позволил себе поваляться, пока к нему не пришла внезапная идея. Ему стоило поговорить с Рэйлин: в красках описать, чем обернулись поиски Доу, предупредить, как опасно связываться с Общиной, и объяснить, что без господина домографа им не справиться. Одним словом, он задумал руками Рэйлин вернуть в Пьер-э-Металь Рина, а вместе с ним и Флориану.

Этим вечером Рэйлин была чуточку дружелюбнее, чем обычно, – хотя бы чаю предложила. Дарт оценил сей широкий жест, но все равно отказался. Он пытался сосредоточиться на мыслях и не упустить ничего важного. Хмельная голова соображала с трудом и требовала крепкого сна, а он вместо этого уже битый час разглагольствовал о поисках Аластора Доу.

В гостиной, где они сидели, стоял свежий букет красных лилий, которые, по мнению Дарта, были созданы природой для пыток. Тяжелый, пряный запах цветов затопил всю комнату, и с каждой секундой дышать становилось сложнее. Хотелось схватить это сосредоточение зла и выкинуть в окно.

Рэйлин, напротив, держалась совершенно расслабленно. Завернутая в кипенно-белый шелк, она напоминала заснеженную скалу: сидела не шелохнувшись, не говоря ни слова, точно язык примерз к нёбу. Рэйлин не спешила паниковать и звать на помощь Рина. При каждом упоминании его имени она почему-то все больше каменела.

– Мы не справимся одни, – напрямую заявил Дарт, потеряв терпение. Как оказалось, плести интриги он не умел. Оставалось надеяться на силу убеждения. – Нужно, чтобы Рин вернулся. Как можно скорее.

– Он не вернется, – отрезала Рэйлин. Ее уверенность пугала.

– Почему ты так думаешь?

– Он говорил, что уезжает на несколько дней. Потом обещал приехать через неделю. А теперь написал, что останется в Делмаре на неопределенный срок. – В голосе Рэйлин слышалась обида, злость, разочарование. Все то, что он уже испытал сегодня, читая послание от Флорианы.

– Возможно, планы поменялись, – предположил он, успокаивая заодно и самого себя. – Дела такая вещь, что…

– Брось, Дарт. Мы оба знаем, какие у него дела.