Система SSS: Наследник Забытых Богов (СИ) - "Мэрроу" - Страница 146

— Потому что прятать его под кроватью оказалось менее надёжно, — ответил Алексей, понимая, как нелепо это звучит.

— Я всё слышу! — тут же возмутился Глим.

Мать перевела взгляд с него на сына, потом обратно.

— Я сейчас либо кричу, либо сажусь, — сообщила она с пугающим спокойствием.

— Лучше сядь, — посоветовал Алексей.

— Поддерживаю, — важно кивнул Глим. — Новая информация обычно усваивается сидя.

Через десять минут они уже сидели на кухне.

Мать держала чашку двумя руками, словно та помогала ей сохранять связь с реальностью. Глим устроился на табуретке, едва доставая лапами до края стола, и старался выглядеть прилично. Получалось плохо — слишком уж любопытно бегали его глаза.

— То есть… — медленно произнесла мать, переводя взгляд с сына на существо. — Это пришло с тобой из подземелья?

— Да, — ответил Алексей.

— И теперь живёт у нас? — уточнила она.

— Да, — повторил он.

— И разговаривает? — спросила она, всё ещё не до конца веря собственным глазам.

Алексей устало вздохнул.

— Очень много, — мрачно добавил он.

— Неправда, — немедленно оскорбился Глим. — Я разговариваю в уместных объёмах.

Мать вдруг закрыла лицо ладонью.

Алексей напрягся.

Но через секунду понял — она не плачет.

Она смеётся.

Тихо.

Невесело.

С облегчением.

Почти истерично.

— Господи, — выдохнула она, убирая ладонь. — А я думала, ты просто влез в секту, связался с плохой компанией или тайно женился.

Алексей моргнул.

Глим тоже моргнул.

Потом очень серьёзно сказал:

— Секту, если что, пока не планируем.

Мать посмотрела на сына уже иначе.

Не легче.

Но честнее.

— Ладно, — сказала она после паузы и выпрямилась. — Раз уж в моём доме живёт говорящий… кто ты вообще?

Глим тут же приосанился.

— Глим, — представился он с достоинством. — Проводник, питомец, стратегический консультант и очень храброе существо.

Мать невольно улыбнулась.

— Последнее точно правда, — неожиданно мягко сказала она.

Алексей поймал этот момент и запомнил.

Такие вещи были важны.

Если мать приняла Глима хотя бы наполовину, значит, дом перестанет быть зоной постоянного скрытного напряжения.

А это уже роскошь.

К вечеру последнего дня перед отъездом всё стало как-то особенно тихо.

Та самая тишина, которая бывает перед переменой.

Вещи были собраны.

Форма проверена.

Коммуникатор заряжен.

Кулон на шее.

Глим официально признан домашними в качестве существа из категории «не задавай мне лишних вопросов, я сама не понимаю, как это работает».

Алексей сидел на крыльце, опершись локтями о колени.

Солнце медленно уходило за линию деревьев.

Глим устроился рядом.

— Завтра, — тихо сказал он, глядя на закат.

— Завтра, — повторил Алексей.

— Боишься? — спросил Глим, искоса глядя на него.

Алексей немного подумал.

— Нет, — ответил он.

Глим фыркнул.

— Врёшь, — заявил он.

Алексей слабо усмехнулся.

— Немного, — признал он.

— Чего именно? — спросил Глим уже серьёзнее.

Алексей долго молчал.

Потом всё же ответил:

— Что спокойствие слишком быстро закончится.

Глим дёрнул ухом.

— А оно должно было длиться вечно? — спросил он.

— Нет, — сказал Алексей.

— Тогда зачем грустить? — не понял Глим.

Алексей посмотрел на него краем глаза.

— Потому что иногда даже три тихих дня кажутся чем-то слишком дорогим, — тихо ответил он.

Глим помолчал, а потом прижался к его боку.

— Значит, потом добудем ещё, — просто сказал он.

Это было сказано так легко, что Алексей невольно усмехнулся.

Словно речь шла не о мире, которого у него никогда толком не было, а о чём-то вроде хлеба или сухих дров.

Но, может быть, именно так и надо было.

Не ждать покоя как подарка.

А добывать.

Кусками.

Зубами.

Для себя.

Для тех, кто рядом.

Из дома вышла мать.

Постояла на пороге, глядя на них обоих.

— Не сиди до ночи, — сказала она. — Завтра рано вставать.

— Хорошо, мам, — ответил Алексей.

Она кивнула и уже хотела уйти, но вдруг остановилась.

— Лёша, — позвала она.

— Да? — сразу отозвался он.

Мать запнулась, подбирая слова.

— Что бы ни происходило в этой вашей Академии… — тихо начала она. — Постарайся вернуться не только живым. Постарайся вернуться собой.

Алексей смотрел на неё несколько секунд.

Очень спокойно.

Очень внимательно.

А потом кивнул.

— Постараюсь, — ответил он.

Она ушла в дом.

Глим некоторое время молчал, а потом тихо спросил: