Риелтор от бога (СИ) - Жуков Сергей - Страница 52

Ха, где-то я такое уже слышал. И было это словно в прошлой жизни. Впрочем, именно там я это и слышал — мой бывший начальник говорил почти то же самое.

— Полагаю, сейчас со мной говорит вовсе не хозяин тела? — наконец спросил я, не сводя пронзающего взгляда со стражника.

На его лице проступила хищная улыбка. Не та улыбка, которой улыбаются люди, а что-то чужое, натянутое на человеческое лицо, как маска, которая сидит почти идеально, но всё-таки не совсем. Какое-то время он так и смотрел на меня, не мигая, а затем сказал тоном, от которого застыл сам воздух:

— А ты мне нравишься. Мы с тобой ещё поговорим, но пока что у меня есть более неотложные дела.

Он развернулся и пошёл по коридору. Шаги звучали ровно, спокойно, и я уже начал было выдыхать, когда они вдруг стихли. Он остановился. Но не у выхода — дальше по коридору, у другой камеры.

Щёлкнул замок.

— Ну что, ваше высочество, — раздался его голос, и в нём звучало ленивое, почти скучающее любопытство. — Где король?

Я нахмурился. Какой король? Король мёртв, я сам очнулся рядом с его телом, и вся эта история началась именно потому, что меня обвинили в его убийстве. О каком короле он спрашивает?

— Даже если бы передо мной сейчас стояла прекрасная Богиня и предложила самую выгодную сделку, то я бы ничего не сказал тебе! — раздался молодой, громкий голос, полный того особенного пафоса, который бывает только у людей, абсолютно уверенных в величии произносимых слов.

Я моргнул. Он что, серьёзно? Это что сейчас было? Я думал, что Леон — непревзойдённый чемпион по пафосным речам, но этот парень только что побил все его рекорды и даже не вспотел.

— Мы в курсе, что король знал о заговоре и был убит его двойник, так что не делай из нас дураков, — голос стражника стал жёстче и холоднее.

Двойник? Я почувствовал, как внутри что-то сдвинулось — словно кусочек мозаики, о существовании которого я даже не подозревал, повернулся нужной стороной. Значит, король жив. Его не убили — убили двойника. И рекрут, или то, что сидит внутри рекрута, знает об этом и хочет найти настоящего короля.

— Как мыс в Серых землях разбивает могучие волны, ваши вопросы будут разбиваться о мою непоколебимость! — нарочито громко ответил наследник.

Я закрыл глаза и тихо выдохнул. Мыс в Серых землях. Могучие волны. Непоколебимость. Этот парень разговаривал так, будто зачитывал вслух рыцарский роман, причём самую плохую его часть. А ведь я обвинял Леона в излишнем пафосе — да Леон по сравнению с этим был образцом сдержанности и лаконичности.

Щёлкнул замок камеры наследника. Потом раздался звук, который я не спутаю ни с чем — короткий, глухой удар, за которым последовал крик. Не крик страха — крик боли, настоящей, физической, от которой сводит челюсть и темнеет в глазах.

Крики продолжались. Один, другой, третий, каждый тише предыдущего, каждый сдавленнее, но между ними, сквозь боль и хрипы, наследник продолжал что-то говорить — обрывками, задыхаясь, но всё с тем же безумным пафосом, про мыс в Серых землях, про волны, и мне даже стало жалко этого дуралея. Похоже, он был таким же наивным романтиком, как и Леон, только рангом повыше.

Потом крики стихли. Резко, как будто кто-то выключил звук. И в наступившей тишине я услышал голос рекрута — ледяной, ровный, без единой эмоции:

— Ладно. Мне нельзя тебя убивать. Скоро приедет лорд Дрейвен, и он не простит, если проделает весь этот путь ради трупа.

Снова раздались шаги. Снова размеренные и неторопливые. Рекрут прошёл мимо моей камеры и, не останавливаясь, бросил короткий, хищный взгляд сквозь решётку, и в этом взгляде недвусмысленно читалось «с тобой мы тоже ещё не закончили».

Его шаги затихли где-то в конце коридора, хлопнула дверь, и наступила тишина.

— Эй, — негромко позвал я в сторону соседней камеры. — Ты живой?

Тишина.

— Ваше пафосное величество, вы слышите меня?

Ничего. Ни стона, ни шороха, ни звука. Похоже, наследник потерял сознание после допроса, и винить его в этом было сложно.

Я откинул голову к стене и уставился в потолок. Итак, что мы имеем. Наследник — в соседней камере, живой, но в отключке. Рекрут с пустыми глазами и чужой тварью внутри скоро вернётся. Лорд Дрейвен на подходе. Я — с дыркой в боку и без оружия.

И ещё — король жив. Эта мысль пульсировала в голове, как зубная боль, требуя внимания.

— Так, надо быстрее отсюда выбираться, — пробормотал я, осторожно ощупывая бок. — Надеюсь, Леон не напился и не забыл все детали нашего плана.

Глава 25

Несколькими часами ранее. Тоннель под таверной

— Откуда ты знаешь, что его схватили? — нахмурился Леон, когда мы стояли в конце тоннеля у лестницы, поднимающейся наверх.

— Он бы не смог уйти от толпы стражников. Кто-то предал их, они пришли в ловушку, — хмуро сказал я.

Меня уже давно беспокоила эта мысль. Кто, кроме нас троих, знал о том, где должен был быть наследник с тавернщиком? Варус подумал, что именно мы предали их, именно поэтому он попытался убить меня и назвал предателем.

Я посмотрел на своих спутников чуть иначе. Я не мог поверить, что кто-то из них мог с самого начала быть засланным агентом… Леон, его наивность, бравада, его искренние эмоции после смерти Изабеллы… такое невозможно подделать. Ари — совсем другое дело: скрытная, холодная, отстранённая. Но она спасла меня, за всей этой маской ненависти и отстранённости проступали искренние переживания за меня и… забота?

— Значит, мы дадим бой! — внезапно воскликнул Леон, и его голос эхом разнёсся по тоннелю. — Пока бьются наши сердца…

— Побереги своё бьющееся сердце, рыцарь с бумажкой, — язвительно осадила его Ари.

Я кивнул, соглашаясь с ней:

— Нас убьют ещё на подходе.

— И что ты предлагаешь? Сдаться? — возмутился бравый парень, который всё больше походил на свою первоначальную версию.

— Нет, я предлагаю рискнуть, — сказал я. — Но сделать так, чтобы у нас был шанс на успех.

Ари внимательно посмотрела на меня. Она уже поняла, что у меня созрел план. План, который им обоим не понравится.

— Ты спятил? Я думала, что у нас только Леон страдает крайней формой идиотизма! — воскликнула Ари, когда я рассказал им, что задумал.

— Да! — поддержал её Леон. — Ну, в смысле… она права, что твой план — форменное безумие. Даже по моим меркам.

— Другого варианта добраться до наследника у нас нет, — строго сказал я, пресекая всякие споры. — И действовать надо немедленно, уже скоро прибудут золотые доспехи из столицы.

Моя задумка заключалась в том, чтобы дать страже поймать себя. Да, звучит как чистейшее безумие, но если наследника схватили и он сейчас в местной тюрьме, то другого способа проникнуть внутрь, кроме как в виде заключённого, у нас нет.

— Леон, неси верёвки, кажется, теперь будем связывать Максимуса, чтобы он не наделал глупостей, — холодно сказала Ари.

Но я посмотрел ей в глаза и спокойно сказал:

— Ты знаешь, что я прав.

— Ну хорошо, найдёшь ты наследника, а дальше что? Как вы выберетесь оттуда? — скрестила руки на груди она.

— Да! Как вы выберетесь оттуда? — встал рядом в такую же позу Леон.

— Мы делаем как я сказал и это не обсуждается, — грубо прервал я споры, на которые у нас не было времени, потому что мы стояли рядом с лестницей, ведущей наверх, и судя по количеству следов — именно туда нам и надо.

Мы все посмотрели наверх, где виднелся деревянный люк, за которым таилась неизвестность. Хотя, скорее наоборот — очень даже известность. Там наверняка дежурило множество стражников.

— А теперь слушайте, что необходимо будет делать вам, — строго сказал я и начал давать указания, от которых зависел не только успех всей затеи, но и моя жизнь.

Леон шагал по улице Виндхольма с видом человека, у которого всё идёт по плану, хотя план этот ему решительно не нравился. Доспех, который он уже считал своим по праву, был щедро вымазан сажей и грязью — золотистый отблеск, который мог бы выдать его, теперь выглядел как тусклый серый металл, побывавший в десятке передряг. Что, в общем-то, было не так уж далеко от истины.