Верни нас, папа! Украденная семья (СИ) - Лесневская Вероника - Страница 10

— Зачем вы солгали? — уточняю, покосившись на взбесившиеся графики.

— Ты неправильно интерпретируешь показатели, практикантка, — отмахивается он игриво. Заметно успокаивается, будто отдал своему организму приказ, и тот послушался незамедлительно.

— Были ли у вас эпизоды, когда вы чувствовали, что теряете контроль?

— Сейчас, — произносит с хрипотцой.

Полиграф твердит, что это чистая правда. И мне становится не по себе.

Наши взгляды сталкиваются. Становится жарко и нечем дышать.

— Достаточно. Мне все понятно.

Я разрываю этот разрушительный зрительный контакт, сохраняю полиграмму и снимаю все датчики, стараясь не дотрагиваться до Богатырева. Но не получается. Он сам берет меня за руку, сплетает наши пальцы. Встает, чтобы мы оказались лицом к лицу.

Он выше меня, больше и массивнее, но мне не страшно находиться рядом с ним. Скорее, волнительно.

— Следующий! — выкрикиваю в сторону коридора, где должны ожидать своей очереди другие военнослужащие.

— Разрешите? — в кабинет заглядывает добродушный брюнет в форме. Видит меня, улыбается шире, чуть не роняет фуражку на пол. — Новенькая?

— Выйди, Лука, мы не закончили, — командует Данила, не оборачиваясь. И дверь тут же захлопывается.

— Что вы себе позволяете! — толкаю его в грудь.

Не двигается. Нависает надо мной, как скала над морем. Аккуратно подцепив пальцами мой подбородок, затыкает мне рот поцелуем. Жестким, властным, хозяйским.

Пришел, увидел, победил, но… В ответ я кусаю его со всей дури. До металлического привкуса на языке.

Он нехотя отстраняется, смотрит на меня с уважением и восхищением. Неадекватный мужчина! Начинаю сомневаться, что его можно допускать к службе.

— Дождись меня, Колючка, — усмехается он, небрежно смахивая кровь с губы. — Я вернусь из похода и женюсь на тебе, а ты мне сына родишь.

Пока я возмущенно хватаю ртом воздух, он целомудренно целует меня в щеку и уходит. Оборачивается на пороге и, перед тем как закрыть за собой дверь, припечатывает меня безапелляционным приговором:

— К свадьбе готовься. Ты будешь самой красивой невестой. Моей.

Глава 6

Наши дни

Николь

Мы стоим у свадебной арки. Я вся в белом и с букетом невесты в руках. На нем деловой костюм цвета моря, который очень ему идет. И только за то, что он все такой же идеально-брутальный, несмотря на прошедшие годы, хочется удавить его этим синим галстуком.

В очередной раз обволакивающе посмотрев на меня, он ослабляет узел на мощной шее.

Ему будто не хватает кислорода. Я тоже задыхаюсь. А ведь мы на открытой террасе ресторана у воды. Над нашими головами звучит свадебный марш, под ногами шумит и волнуется Нева, прохладный ветер треплет мои волосы, и уложенные локоны извиваются, как змеи.

Наверное, я сейчас похожа на ведьму. И чувствую себя так же.

Нервы на пределе. Пальцы впиваются в стебли цветов, руки предательски дрожат.

Он не сводит с меня серых глаз, которые в ярком свете софитов переливаются серебристой ртутью. Я пытаюсь избавиться от их отравляющего гипноза — и не могу. Я словно все та же молодая невинная практикантка, которая влюбилась в наглого офицера с первого взгляда. И до последнего вздоха.

Навсегда….

Не переболела. Не забыла. Не починилась.

За свою слабость я ненавижу его ещё сильнее.

Мы метаем друг в друга молнии. Вокруг нас искрит.

У меня короткое замыкание, умноженное на бесконечность. У него лишь праздный интерес и ленивый азарт.

Жертва и хищник. Точь-в-точь как в нашу первую встречу.

Он почти не изменился, только стало больше седины на пепельных волосах, а на высоком лбу залегли суровые борозды, которые становятся глубже, когда он многозначительно скашивает взгляд на голубую ковровую дорожку, ведущую к алтарю.

«Ника», — читаю по губам, которые когда-то целовали меня трепетно, нежно и неторопливо.

Я наивно думала, что он берег меня, видя мою неопытность, не спешил, потому что боялся испугать или обидеть, а он просто забавлялся со мной, как сытый кот с глупым мышонком.

«Ты дождалась меня, Колючка, а теперь я подожду, пока ты будешь готова ко мне. Беги домой, маленькая, пока я тебя не съел», — врывается в сознание вспышка из прошлого.

Тогда я не хотела уходить от него, но сейчас хочу сбежать без оглядки. С каждой секундой это желание все сильнее.

— Дорогие гости, встречайте жениха и невесту! — объявляет ведущая патетическим тоном.

Музыка становится громче. Я поворачиваюсь к дорожке, на которую знаками указывает мне Данила, и отключаюсь от боли. Улыбка растекается по моему лицу, когда я вижу своих очаровательных племянниц, которые неловко топают впереди родителей и рассыпают лепестки белых роз. За ними следом идут Настя и Миша, немного взволнованные, но безгранично счастливые. Моя сестра всё-таки дождалась этого дня, и сегодня она самая красивая невеста.

— Поздравляю, Настюша, — ласково шепчу ей, когда они останавливаются у алтаря, и отдаю букет.

Растрогавшись, я украдкой смахиваю слёзы с покрасневших щек, но полностью расслабиться на свадьбе любимой сестренки мне мешает… чертов свидетель. Боковым зрением замечаю, как Данила пожимает руку Мише, а сам буравит меня взглядом. Все это время он смотрел только на меня. И сейчас продолжает изучать меня, препарировать, выворачивать наизнанку.

Не-на-ви-жу.

Но терплю ради сестры. Сегодня ее день — и он должен пройти безупречно.

С трудом выстаиваю церемонию, стараясь сосредоточиться на молодоженах и игнорировать прожигающий взгляд серебристых глаз, неотрывно направленных на меня. Когда торжественная часть заканчивается, а к Насте и Мише вереницей идут родственники и друзья, чтобы поздравить, я вдруг чувствую горячую хватку на талии. Меня тянет назад. Мимо арки к парапету, где Данила берет меня за руку и разворачивает лицом к себе. В нос бьет его горьковатый, смолистый запах с легкой примесью алкогольных паров.

— Вот и встретились. Ещё раз, — говорит негромко, лаская меня тягучим взглядом. Щекочет большим пальцем запястье, заставляя пульс зашкаливать. — Не скажу, что для меня это сюрприз. Я ожидал, что ты здесь будешь. Ты, наверное, тоже была в курсе… Послушай, Ника…

— Послушай, Богатырев, — перебиваю его резко, — если ты не хочешь испортить свадьбу лучшего друга, будь добр, не трогай меня, не говори со мной и сделай вид, что мы не знакомы, — цежу сквозь зубы.

— Мы свидетели, Колючка, — рокочет тихо. — Нам так или иначе придется взаимодействовать.

— Не зови меня так, — шиплю, вырывая руку из его теплой хватки. И тут же цепляюсь за парапет, будто потеряв точку опоры. — Не смей.

— Извини, не буду, — хмурится он, спрятав ладони в карманы брюк. — Почему ты не с Лукой?

— А где твой Матвей? — парирую я, напоминая ему о семье. — Надеюсь, у него все в порядке?

— Он дома с матерью, — невозмутимо сообщает.

Вспоминаю о проблемах в семье, о которых Данила не стал распространяться. Они в разводе или только на грани? С ней он тоже поигрался и бросил? А ведь она исполнила его волю — родила сына. Что не так? Чего не хватает этим гребаным мужикам?

Впрочем, меня это не касается. Он давно для меня никто. Ошибка прошлого. Как и его товарищ.

— Лука тоже… дома, — закусываю губу и сжимаю руку без кольца. — Ещё вопросы?

Не дожидаясь ответа, возвращаюсь в зал. Ищу взглядом маму среди толпы гостей. Этим вечером она присматривает за внуками, чтобы мы с Настей спокойно отметили свадьбу. Вижу Макса, взмахиваю рукой, а он важно кивает мне, будто говорит: "Мама, все в порядке. Отдыхай, я уже взрослый и сам смогу о себе позаботиться" — и улыбается, до боли знакомо сощурив серые глаза. В сердце необъяснимо покалывает. Убедившись, что все дети вместе с бабушкой заняли столик, я переключаюсь на сестру. Моя задача — поддерживать ее, а не препираться с мужчиной, который не имеет значения.

Но Данила нагоняет меня, как зверь добычу, и снова оказывается рядом, уложив лапу мне на поясницу. Сбрасываю ее. Стискиваю кулаки, едва сдерживаясь, чтобы не влепить ему пощечину при всех.