Сердце космического дракона - Ёрш Ника "nikaersh" - Страница 8

От осознания своих отныне печальных перспектив Каэль хотелось сбежать отсюда. Спрятаться от всех этих безразличных людей и подумать. Или просто поплакать. Она пока не представляла, что ей нужно для обретения хоть какого-то подобия равновесия.

И вдруг мироздание в лице ректора академии дало совершенно неожиданную подсказку – ту самую сногсшибательную новость, которую Каэль не дослушала. От потрясения девушка немного – впрочем, зачем лукавить? Вполне! – отвлеклась от реальных проблем.

Ректор заговорил о драконах. Напомнил, как мало о них знают люди, но наслышаны и весьма интересуются их необычайными возможностями. И вот каждому студенту академии предоставился шанс…

«Потрясающий шанс!» – подумала Каэль, с трепетом наблюдая, как вперед выходит мужчина, который держался за спинами преподавателей, как бы в тени. Это оказался ОН. Тот самый мужчина с невероятным, будоражащим голосом и голубыми глазами, которого она встретила вчера у ворот академии.

Сердце Каэль, все это время суматошно барабанившее, на миг замерло, чтобы затем снова начать стучать. Сбивчиво, хаотично и нервно.

– Дракон! – восторженно прошептала соседка по боевому этажу общежития, коротко стриженная девушка. – Подумать только! Хотела бы я снять с него идеальный темно-серый костюм…

– Ма́риэт, тише, – ткнула ее в бок еще одна соседка-боевичка.

– А что? – поразилась Мариэт и с иронией добавила: – Просто мне интересно посмотреть, есть ли у драконов чешуя.

Обе болтушки тихонько прыснули. А Каэль слегка покраснела от того, что снова вынуждена была подслушивать, к тому же такие глупости! Хотя… Ее взгляд невольно скользнул по идеально облегающему идеальное мускулистое тело костюму дракона, по черному шейному платку с вышитой на нем золотистой монограммой. И мысленно – всего на один миг! – представила этого широкоплечего высокого брюнета с необыкновенными голубыми глазами без одежды.

Следом Каэль накрыла волна удушающе-жаркого стыда. Не из-за совершенного поступка, о нет. Дело еще хуже! Из-за разыгравшегося по глупости воображения девушка совершенно случайно воскресила воспоминания о неприличном сне, который видела этой ночью! Там был ОН!!!

– Итак, знакомьтесь, наш новый уважаемый преподаватель по важнейшим боевым дисциплинам и физической подготовке – мастер Даэро́н Марса́ер! – в унисон с мыслями Каэль, объявил ректор. – Прошу любить и жаловать.

– Уж это мы постараемся, – плотоядно пообещала бесстыжая Мариэт.

И в груди Каэль ощутила тягостный ком злости.

«Как можно быть настолько разнузданной?!» – подумала она, крепко сжимая кулаки.

Тем временем Даэро́н Марса́ер подошел к краю сцены и громко сообщил:

– Буду краток: всем, кто желает чему-либо научиться на моих занятиях, помогу. Если собираетесь тратить мое время напрасно – лучше не приходите.

В четком, низком, хорошо поставленным голосе Марса́ера не было угрозы, он не повышал тон. Был спокоен и вежлив. Но зал затих, студенты подобрались и, казалось, не дышали, слушая его. Или это Каэль не дышала? Льдистый взгляд мужчины скользнул по головам. Третий курс, второй, первый… Каэль почувствовала его взгляд на себе. Миг, другой, третий…

«Вдруг он запомнил, как я нерешительно топталась у ворот? – подумала Каэль, с трудом сглатывая ком в горле и еще сильнее расправив плечи. – Только бы не подумал, будто я ни на что не способна! А вообще, скорее всего, у меня просто разыгралось совершенно обезумевшее от нервов воображение, и все же…»

– Будем работать! – пообещал дракон, сдержанно кивнул и отступил на несколько шагов под громкие студенческие аплодисменты.

Ректор снова вышел вперед, тоже хлопая новому преподавателю. Он выглядел самым счастливым человеком в академии и не скрывал своего хорошего настроения, которым делился с «молодыми магами, надеждой и опорой королевства» во время последовавшей получасовой речи, пока напоминал о правилах поведения, дисциплинах, предстоящих зачетах и экзаменах, а также о необходимости всем стать лучшей версией себя.

Каэль на несколько мгновений отвлеклась, а дракон пропал из виду, словно растворился за спинами преподавательского состава. Наверное, ушел, не дожидаясь окончания собрания. Надо полагать, действительно ценит свое время и решил не тратить его, бестолку красуясь перед студентами.

«Даэрон Марсаер», – повторила про себя Каэль. Ей понравилось, как звучало его имя, как прокатилось по языку и отозвалось в душе. И серьезное отношение к будущей работе порадовало. Но не только поэтому Каэль продолжала думать о нем. Она складывала воедино кусочки своего сна, в котором этот загадочный мужчина был не настолько одет, как сегодня…

Еще герой ее сновидений… отлично целовался! Это Каэль помнила точно, хоть и не понимала, откуда бы ей знать подобное? Ведь поцелуев в ее жизни случилось ровно два. И оба в девятнадцать лет, после первого бала, когда семья представила ее ко двору, их величествам. Тогда за ней ухаживал невероятно красивый офицер, и именно он поцеловал ее сначала в уголок губ… а после – через пару дней – прямо в губы! Тогда Каэль залепила офицеру пощечину, обозвала наглецом и недостойным ее внимания.

Знала бы она тогда, какие сны о незнакомых драконах ей будут сниться в двадцать два! Впрочем, нет, об этом лучше забыть. Навсегда. И сосредоточиться исключительно на учебе. Чем Каэль и занялась.

Учиться оказалось немного легче, чем она предполагала.

Теория давалась легко. Тем более, много чего Каэль узнала во время обучения в магической школе. Что касается стихии огня – управляться с ней их с братом учили едва не с пеленок. Сила, заложенная внутри будущих королевских фениксов, требовала постоянного самообладания, контроля и терпения. С той разницей, что брата учили пользоваться огнем для нападения или защиты, а Каэль как женщина лишь приручала стихию.

Ей представили огонь как опасного дикого зверя, которого нельзя одомашнить, но можно и нужно с ним сотрудничать на своих условиях. И соблюдать несколько важных правил. К примеру, не перекармливать «зверя» гневом, обидой и болью. Но и не оставлять «голодным» надолго. К стихии следовало обращаться в спокойном состоянии хотя бы раз в неделю. Контроль помогает оставаться главной в магическом тандеме.

Каэль еще в шестилетнем возрасте нашла идеальный способ сотрудничества со стихией рода. Тогда приехавший в гости двоюродный дядя показал малышке эффект плавления песка. Он же научил ее осторожно выжигать рисунки на дереве и камне. Позже, приехав на четырнадцатый день рождения племянницы, дядя привез из северного королевства подробнейшее руководство по созданию чудных витражей, которые покорили ее сердце.

Интерес Каэль к творчеству поощряли все. К двадцати двум годам она добилась больших успехов в витражной живописи и продолжала совершенствовать мастерство, обращаясь к родной стихии. В будущем Каэль мечтала выйти замуж и родить супругу не только наследников, но и дочерей, которым собиралась передать умения художника по стеклу. Она часто представляла, как будет учить своих детей видеть в огне не только средство нападения, но и красоту, которую можно создавать с его помощью.

Но ее мечты сгорели после первых же теоретических занятий.

Боевым магам следовало учить огромное количество формул для создания огненных колец, кругов, шаров, куполов защиты… Эти знания Каэль нужно будет осваивать максимально быстро и к концу первого года довести до совершенства навык их использования на практике. Про творческий подход, витражи и стеклянные фигуры в академии лучше надолго забыть – на увлечения ей попросту не хватит времени.

Кроме работы со стихиями, Каэль предстояло научиться мастерству идеальных чертежей и схем, познать топографию, повторить древние языки, на которых озвучивали все основные известные заклинания и многое другое. Но теория ее не пугала. Каэль готова была учиться днем и ночью, полагаясь на собственную дисциплину, усидчивость и отличную память. Но… В расписании первого курса, кроме теоретических, были практические занятия. И их оказалось не меньше первых.