"Фантастика 2026-81". Компиляция. Книги 1-36 (СИ) - Шаравин Максим - Страница 31

Отряд перестроился и медленно двинулся вперёд.

Вскоре мы достигли первого ответвления от основного туннеля в тупиковую пещеру.

— Слон, Крепыш и Молчун — проверить. Княжич, тоже иди с ними. Если будут убитые монстры — заберёшь их силу и определишь время. В бой ни с кем не вступать, в случае опасности сразу отступайте к нам, — приказал Беркут, и мы устремились в пещеру.

Молчун шёл первым, обследуя все тёмные закоулки прохода. До пещеры добрались быстро.

— Крепыш, дуй налево, Слон — направо. Что-нибудь найдёте — зовите. Только не орите на всю пещеру. Рукой помашите. Я слежу за Крепышом, княжич — за Слоном, — сказал Молчун.

Через три минуты Слон замахал руками. Я махнул в ответ, что принял его сигнал. Дождавшись возвращения Крепыша, мы пошли к Слону.

— Что нашёл? — Молчун первым подошёл к Боре. — Ох, ё-моё…

Я обошёл Слона и увидел убитую «гориллу». Этого монстра я уже встречал пару раз. Монстр с третьего уровня разлома.

— Молчун, надо выяснить, как его убили, — сказал я, а сам уже схватил «гориллу» двумя руками за огромную лапу.

Поглощённой силы было примерно половина от того, что я получил с «гориллы» в прошлый раз. Значит, монстр был убит уже давно, раз часть его силы растворилась в разломе.

— Нашёл, идите сюда. Но рана тут какая-то странная, — позвал нас Слон.

Мы смотрели на рану. Ровное и круглое отверстие в черепушке монстра, как раз там, где находился мозг. Края обожжены, поэтому и крови нет. Она вся осталась в теле монстра.

— Пошли назад, смысла стоять тут нет никакого. Расскажем Беркуту и Егорычу. Может, они смогут определить, какой стихией был убит этот монстр, — произнёс я.

Вернувшись к основному отряду, я описал форму раны и сообщил, что смерть монстра третьего уровня произошла примерно часов двенадцать назад, а может, и больше. Я пока не научился точно определять скорость ухода силы из убитых монстров.

— Говоришь, рана ровная и круглая, с обугленными краями, и нанесена сверху прямо в голову? Удар, пробив череп, выжег мозг? — уточнил ещё раз Егорыч.

— Совершенно верно. Даже кровь не вытекла. Похоже, монстр сразу и помер, — ответил Молчун вместо меня. — Как будто его ударила молния с очень высоким разрядом.

— Очень похоже, а это значит, что тут поработал как минимум мастер, владеющий стихиями Огня и Воздуха, — произнёс я и посмотрел на Беркута.

— Я хоть и приближаюсь к уровню мастера, но смешивать стихии не умею, — пробормотал задумчиво Беркут. — Значит, тут орудует полноценный мастер, или даже магистр, если учесть смерть предыдущего монстра от стихии Земли.

— Или два мастера, — добавил Егорыч.

— А где те наёмники, которые были в лагере Степаныча? — спросил Лапа.

Беркут и Егорыч переглянулись.

— Думаешь, это они? Но через наш лагерь они не проходили. Если это они, тогда они должны были пройти через потерянные рубежи Степаныча и наш, чтобы добраться сюда. Но тогда почему они не пошли в наш лагерь? — Беркут смотрел то на Лапу, то на Егорыча, то на меня.

— Беркут, предлагаю вернуться в лагерь. Что-то не нравится мне вся эта возня с наёмниками… — начал говорить Егорыч, но Лапа резко толкнул его, и вовремя.

В то место, где только что стоял Егорыч, ударила молния.

— Упс, мимо! Ха-ха-ха, — из темноты туннеля раздался громкий смех.

Глава 16

В тусклом свете магических фонарей показались две фигуры. Первый — высокий, поджарый мужчина с бритой головой и шрамом на горле от уха до уха. Его движения были плавными и расчётливыми, словно он скользил, а не шёл. На нём — лёгкая, но прочная броня, украшенная рунами защиты; в руках он держал необычный меч с волнистым лезвием. На перевязи — два длинных кинжала и три амулета-накопители маны.

Второй выглядел иначе: коренастый, с густой бородой, закрывающей половину лица. На его предплечьях блестели магические браслеты — мощные и ёмкие накопители маны, а в руках он держал парные кинжалы с алыми камнями в рукоятях.

У обоих за спиной были закреплены небольшие рюкзаки, которые никак не стесняли движений и не мешали в бою. Их позы были расслабленными, но в каждом движении читалась готовность к атаке. Они словно были частью тени, лишь на мгновение вышедшей на свет, чтобы затем снова раствориться во мраке туннеля.

— Лысый, говорил тебе — бей сначала Лапу, у него развито предчувствие опасности, — в тишине раздался грубый голос бородатого.

— Ой, всё. Хватит ныть, Гном, — огрызнулся Лысый.

— Беркут, отдай нам княжича, и валите в свой лагерь, тогда нам не придётся убивать вас, — прорычал Гном.

— Лысый и Гном, собственной персоной, — усмехнулся Беркут. — Кто вас нанял и откуда узнали про княжича?

— Беркут, ты вообще берега попутал? Ты нас тут что, допрашивать собрался? — вокруг Лысого пошли всполохи огня.

— Успокойся, Лысый. Не видишь, что ли, Беркут решил поиграть в героя, — засмеялся Гном, похрюкивая.

— Ну сделайте милость, удовлетворите моё любопытство. Кто вас нанял? — снова спросил Беркут.

— Князь Зарацкий. Заплатил нам тысячу золотых, чтобы мы принесли ему голову последнего княжича Драгомирова, — соизволил ответить Гном. — А уж откуда он узнал, что княжич тут, мне он не докладывал.

— Понятно. Ты же понимаешь, Гном, что я тебе княжича не отдам? — на Беркуте полыхнула кольчуга в полную мощь.

Это послужило сигналом, и на всём нашем отряде полыхнули кольчуги.

— Ха-ха-ха, — засмеялся Лысый. — Беркут, мы с Гномом уже мастера стихий. Ты действительно хочешь сдохнуть?

— Лучше умереть в бою, чем стать предателем рода, — и Беркут атаковал, бросив на наёмников огненную стену.

— И это всё? — огненная стена разошлась в стороны, огибая воздушный щит, установленный Лысым, он улыбался, довольный собой.

— Уже становится скучно, — бородатый чуть вышел вперёд, поигрывая своими кинжалами. Алые камни на них ярко засветились, и он воткнул кинжалы в каменный пол. Они вошли в камень, как в масло.

Я почувствовал вибрацию, исходящую от кинжалов, и увидел, как от них стала расти трещина в нашу сторону. Егорыч и Беркут тут же встали на одно колено и приложили руки к полу, начиная сдерживать растущую трещину, которая могла поглотить нас всех.

— Лапа, на вас Лысый, — произнёс хриплым голосом Беркут.

Я чувствовал, как Егорыч и Беркут вливают ману, пытаясь не только сдержать магию Гнома, но и атаковать его.

— Крепыш, Слон, Молчун, атакуем Лысого! — скомандовал Лапа, и в Лысого полетели огненные шары.

А он лишь отмахивался от них, заливаясь безумным смехом, и не пытаясь атаковать.

Я сместился к стене туннеля, укрывшись в темноте от глаз Лысого и Гнома. В этом месте по стене туннеля стекала вода, образуя небольшую лужу, которая потом через щели уходила глубже. Я формировал водные хлысты, но требовалось время, чтобы набрать достаточно воды. Параллельно я аккуратно, медленно, чтобы не выдать себя, формировал под ногами Гнома и Лысого две небольшие «каменные мухоловки».

Гном усилил нажим, его магические браслеты на предплечьях замерцали, накачивая его маной, а расщелина стала расширяться.

— Мирон, накопители! — крикнул Егорыч, и Мишка, схватив у Мирона накопители, кинулся к нему.

Лысый тоже перешёл в атаку. Выставив перед собой воздушный щит, который не могли пробить огненные шары солдат, он сформировал в своей руке воздушное копьё, по которому бегали электрические разряды.

— Гном, смотри, я похож на Зевса! — заорал Лысый и метнул копьё.

Я успел поднять перед Крепышом каменную стену, но она была слишком тонкая, чтобы сдержать электрическое копьё Лысого. Пробив стену, оно вошло в грудь Крепышу, которого тут же затрясло от мощного электрического разряда. Мирон кинулся к нему, пытаясь исцелить рану, но было уже поздно. Электрический разряд сжёг всё внутри Крепыша.

Я вышел из темноты, держа в руках два больших водных хлыста. Кольчуга на мне мерцала яркими красками.

— Мирон, закрепи на мне два накопителя, — спокойно произнёс я, отрывая Мирона от созерцания раны Крепыша. — Ему уже не помочь.