Беглянка (СИ) - Негодяева Любовь - Страница 24

Вытаскиваем отложенные для продажи Артану поделки из резной кости: зеркала с крышечками, гребни, заколки для волос, броши, статуэтки, миниатюрные шкатулки. Придумываем им новое применение. Наполняем орнаменты гелеобразной жидкостью из чаш. В результате инкрустации получаем изделия невероятной красоты и мощи.

Берем струнные музыкальные инструменты и относим в святилище. Каждый корпус любовно украшаем мелкими каплями. Диковинки обретают потрясающее качество звучания и ласкают слух проникновенными лирическими мелодиями, заставляющими душу распахиваться и млеть от восторга.

С удивлением узнаю, что братишка прекрасно играет. Для его личного пользования совершенствуем найденную в сундуке гитару, называемую в этом мире манолой.

Свирели и охотничий рог, обнаруженный в одной из седельных сумок, сбрызгиваем смелостью и доблестью, чтобы воспроизводимые звуки вдохновляли сильный пол на ратные подвиги.

Милыми сердцу вещицами наполняем четвертую повозку. Оцениваем результат и растерянно замираем. Понимаем, что переборщили и можем напугать будущих партнеров объемом предстоящих трудов. С тяжелым вздохом достаем писчие принадлежности и скрупулезно составляем опись имущества с указанием качеств, приобретенных после доработки. Постараемся передать груз на ответственное хранение эльфийской королевской семье, закрепив это условие отдельным пунктом договора. Не хочется таскать с собой сокровища по небезопасным дорогам разных стран.

Остается придумать, куда сплавить пять повозок с модернизированным колюще-режущим оружием. Желательно оптом. Но пока светлые мысли не приходят в голову.

- Закончил, - выдыхает Мигель и откидывается на плед, откладывая бумаги в сторону. – Зачем делали за ушастых их работу?

- Деньги любят счет, а тайны – тишину. Мы заключим долгосрочный контракт, который увидят высшие руководители кредитной организации. О секретном приложении будут знать лишь представители правящей династии. Думаешь, Аллариэль станет собственноручно его составлять? Сомневаюсь. А нам утечка информации может стоить жизни.

- Чем теперь займемся?

- Предлагаю дописать дневник Аннетты, - задумчиво кручу в руках тетрадь.

- Зачем? – напрягается братишка.

- Купцы – народ общительный. Уверена, история об истинной паре уже разошлась по столице и в несколько искаженном виде достигла ушей Стефана.

- Он догадается, что речь идет о княжне.

- На это и рассчитывала, запуская волну слухов. Мы снизили риск до минимума. Парики с прямыми черными волосами изготовили. Брови с ресницами покрасили. Охотничью одежду из сундуков, прикрученных к карете, вытащили. Никто здесь не видел гостью в тунике и узких брюках, потому что король не приглашал ее на верховые прогулки.

- Считаешь, этого достаточно? – тянет с сомнением.

- Мое лицо сильно изменилось и приблизилось к земному варианту. Вряд ли Тиронский узнает нареченную в самоуверенной, загорелой и физически окрепшей брюнетке.

- Ты забываешь о главном, - укоризненно качает головой. – Клеймо не погасло. Золотой дракон знает о существовании суженой и чует примерное направление поисков. Наверняка будет загонять дичь, пока не надоест. А тебе через восемь месяцев рожать.

- Найдем способ переправить черную книжицу огненным ящерам. Ничто так не радует, как неурядицы в жизни давнего соперника. Они не упустят возможности потрепать ему нервы, отвлекая от важных дел. В крайнем случае попросим политического убежища.

- Плохой вариант. Если раскроешься, то поставишь под угрозу судьбу Гектора. Малыша сделают разменной монетой в политических играх.

- Признаю, что ты прав. Однако настаиваю на дополнении повествования Аннетты и использовании при необходимости.

- Согласен. Но ни в коем случае не указывай, где на самом деле располагается метка, - предостерегает братишка.

- Хорошо, - Задумчиво почесываю лоб. – Подробно опишу подслушанные диалоги. Изложу так, чтобы виновность злопыхателей не вызывала сомнений.

- Целителя не выдавай, хороший мужик. Лучше поведай об отце, приучившем отпрысков к смертельным дозам яда. Якобы это позволило переболеть и выжить, несмотря на то, что монарх собственноручно уничтожил антидот.

- Что насчет зелья бесплодия?

- Соври, что после ухода Альмы открылась рвота. Ничего не подтверждай и не опровергай. Нагони побольше жути и розового тумана, как и положено восемнадцатилетней романтичной глупышке.

- Мудро, - вспоминаю недавние события и нервно передергиваю плечами. – Затем расскажу о неприятном опыте общения с фавориткой. Обязательно упомяну о перекочевавших в чужие руки драгоценностях.

- Не стоит, - хмурится братишка.

- Нужно оставить ниточку, связывающую тебя с Гардарией, вдруг вырастешь и захочешь побороться за власть. Пусть Костас понервничает. Неизвестно, является ли ребенок Лилианы его сыном.

- Через год узнаем, - обхватывает себя руками и с грустью устремляет взгляд вдаль, вспоминая предательство родителя. – Зачем натравила на князя наемников?

- Древняя пословица гласит: «Враг моего врага – мой друг». По окончании траура правитель выведет Рикардо на площадь и представит народу. Уверена, гильдийцы явятся и постараются насолить. Мы сможем использовать ситуацию в свою пользу.

Нежно целую расстроенного мальчика в макушку, беру магическую палочку и принимаюсь за написание плаксивой истории. Вживаюсь в роль и изливаю столько боли, тоски и разочарования в любимом мужчине, что не могу сдержать горьких слез, капающих на бумагу. С особым смаком расписываю все пережитые унижения. Собственную безвольность и мягкотелость прикрываю полным бессилием из-за действия отравы.

Добавляю побольше трагизма и отчаяния, чтобы аристократы невольно представляли на месте жертвы собственных дочерей и безоговорочно вставали на мою сторону.

Красочно расписываю двух немощных детей, брошенных на произвол судьбы в темном лесу. Злодейский смех Беатрис. Виднеющуюся за кустами карету Гардарийских с продажным кучером на козлах. Летящие прямо в живот метательные ножи, запущенные чересчур профессиональной рукой.

Прокалываю палец. Роняю на лист алую кровь. Смешиваю с чернилами и повествую об уходящих силах. Признаюсь, что чувства к истинной паре корчатся в адских муках и умирают вместе растерзанным сердцем и изуродованным юным телом.

В последней строке заявляю, что отрекаюсь от предначертанного, ибо Стефан морально и физически меня уничтожил. Упоминаю о черном обруче, проявляющемся вокруг метки… Резко опускаю кисть вниз и провожу дрожащую линию. Намеренно не заканчиваю предложение, создавая видимость того, что жизнь иссякла.

- Ну как? – интересуюсь мнением Мигеля.

- Душевно. Золотой дракон – чудовище. Первый советник – редкостная сволочь. Альма – бездушная ведьма. Фаворитка – стерва с навыками наемного убийцы. Сестра – нежный невинный ангел, отправленный суровым родителем на заклание, - шмыгает носом и растирает влагу по лицу. – Красиво ввернула историю о том, как плебейка Беатрис распознала в наследнице княжества суженую короля, выхватила кинжал и прилюдно рассекла сопернице платье на груди, нанося глубокую незаживающую рану. Но на этом не успокоилась: выставила на обозрение многочисленных мужчин обнаженные девичьи прелести и предложила поразвлечься с беспомощной бедняжкой.

- Я потеряла сознание от невыносимого стыда и не знаю, что было дальше, - декламирую пафосно. – Намек бросила, но отвлекла внимание и не подтвердила место расположения клейма.

- Молодец! После такого опуса никто не поддержит Тиронского. Даже он сам, если прочтет. Акценты расставлены. Паутина сплетена. Каждое слово можно трактовать по-разному и думать что угодно. Шедеврально! Отошлем огненным драконам, пусть изгаляются.

Глава 26

Ровно через три недели переодеваемся в охотничьи костюмы, прощаемся со Штормом, укладываем Молнию на телегу и покидаем уютный Холм Божественных слез, возвращаясь на суровый и неприветливый Миртон. Разбиваем лагерь на поляне, ставим шатер и с комфортом обустраиваемся в ожидании старых знакомых.