Пепельная Пустошь: Новая земля (СИ) - "Токацин" - Страница 19

- Яма, - буркнул Гедимин. – Вода в неё всё сносит, и оно копится. Растаскивает большое пятно на мелкие. Лучше скажи – до вас не добивает?

- В канале связи – триста, но чистый ЭСТ, - ответил Марцелл. – ЭМИА и прочее добро не доходит. Так что не волнуйся – мы тут не мутируем. Ты сам люк видишь?

Гедимин растянул над лужей защитное поле – «фонящая» земля была сама себе сканером, только считывай показания. О маскировочном слое камня и грунта над шахтами он знал – только сейчас над маскировкой лежало ещё два метра глины вперемешку с битым камнем и тринититом.

- В двух метрах подо мной ваш люк, - сармат быстро прикидывал, сколько у него меи и щелочной смеси. «Хорошо, с водой проблем нет… Точно. Спущу это озеро в полевой пузырь – чего добру пропадать? Что лишнее стечёт – мея вычистит…»

В наушниках присвистнули.

- Присыпало! Придётся бурить. Как почистишь там, свистни!

- Радуйся, что не затащило в разлом, - тут под боком цепь вулканов, - проворчал Гедимин, растягивая защитное поле вдоль будущей дренажной канавы.

- Знаем, - вздохнул Марцелл. – Первые годы от тряски реакторы глохли. Но теперь редко трясёт, да и полости как-то затягиваются…

Гедимин мигнул.

- Лавовые полости? Затягиваются?!

- Ну да, будто зарастают, - подтвердил Марцелл. – Магма вниз уходит, а дырки заделываются. Фонят при этом, - дозиметры шкалит! Мы с севера полем прикрыты в пять слоёв, но как внизу всплеск, так пробивает…

- Чем фонит? – насторожился Гедимин. Как ускоряются процессы, обычно требующие тысячелетий, он не так давно видел сам. «Куэнны гасят разлом? Хотят здесь строиться, что ли? Странно. Другого места не нашли? Материк-то большой, а трясёт мало где…»

- ЭСТ, - ответил командир. – На десятки тысяч счёт – говорю же, дозиметры зашкаливает. Дёрганный ЭСТ.

«Sa has-sulesh,» - беззвучно выдохнул Гедимин. «Пульсация для управления тектоникой… М-да, нам с Куэннами, действительно, лучше не воевать. Надеюсь, никакой идиот и не надумает!»

- Запись дёрганного излучения сохранили? Скинь мне, пока я тут копаюсь, - попросил Гедимин, включая механический резак. Кусок камня, перекрывающий воде путь, надо было вынуть, не повредив разросшийся лишайник…

…Красная жидкость, разлитая по квадрату два на два метра, стремительно густела и багровела. Гедимин растянул защитное поле над осушенной лужей и заодно над собой и досадливо щурился на экран. ЭСТ-излучение, исходящее иногда от Южных гор, действительно пульсировало, и в очень больших пределах – но найти в этих пульсациях циклы не получалось никак. «Похоже, что каждый всплеск – сам себе цикл,» - думал сармат. «Есть немного общего, но все они… будто пульсация каждый раз пишется заново. Под другие условия? Видимо, там заложено много данных. Если бы найти хоть общие участки…»

Пласт меи затвердел. Гедимин скатал его в рулон и засунул в резервуар, свёрнутый из защитного поля. Внутри плескался катализатор – слабый щелочной раствор, - на сильный у сармата не хватило запасов. Он следил, как оседает густая муть, и нижняя ёмкость покрывается зелёными пятнами, - мея «отцедила» немало «грязи». «Пятьсот милликьюгенов,» - Гедимин замерил фон на порозовевшем дне лужи. «И идёт снизу. Похоже, к люку я сам шахту пробью, и бурить не понадобится…»

Он протянул шланг, чтобы прибрать всплывшую мею и вылить её обратно на землю, но остановился. «Куэннская пульсация… А может, попробовать?» - он покосился на сфалт за плечом. «Реактор у меня послабее их излучателей, но и чистить не полконтинента…»

Всю дорогу сармат разминал пальцы на каждой стоянке – на подвернувшихся камешках и оплавленном стекле, и вдоль его пути лежали горки многогранников, шариков с десятками отверстий, прорезных пластинок и грубых фигурок с попытками гравировки. Но ЭСТ-пульсатор – когда-то простейший и привычный механизм – он еле-еле собрал и настроил, не всегда удерживаясь от ругательств. Наверное, на «Тикмисе» слышали, - канал они не закрывали…

«Готово,» - Гедимин с тяжёлым вздохом поднял сфалт, направил сопло с «насадкой» из защитного поля на розовое дно лужи. Ирренций в миниреакторе не выгорел – запускали его нечасто, пару раз в год. Невидимый пульсирующий луч шёл наискось, вдоль экранов подземной станции, - но там его увидели.

- Хэй, наверху! Что там?

- Эксперимент, - отозвался Гедимин. – Если получи…

…Реактор он заглушить успел, подготовиться к полёту – нет. Его швырнуло на три метра, сверху посыпались мелкие осколки. Гедимин, машинально прижимая к себе невредимый, но уже без «насадки», плазморез, поднялся с земли. В голове гудело. На месте розового пятна осталась метровая яма – и «фонила» она чуть меньше, потому что источники излучения разметало по округе. Сармат тяжело вздохнул. Хотелось потереть ушибленный затылок. «Упал, как мешок отходов! Хорошо, никто не видел. Размяк я что-то с этими шатаниями по пустоши. Что мне было не тренироваться?!»

- Видно, не «получи…», - прокомментировал из-под земли филк-связист. – Приём! Жив? Ранен?

- Порядок, - буркнул Гедимин, радуясь, что резервуары с меей и радиоактивным осадком не порвало. – Я вам первый метр шахты вырыл. Бурить придётся меньше.

Он втянул в баллон всплывшую красную плёнку и включил распылитель. Стенки и дно ямы снова начали багроветь. Сармат угрюмо щурился, гадая, что пошло не так, - то ли и дезактивирующую пульсацию надо было каждый раз переписывать под параметры местности и фазы местных лун, то ли Куэнны, пока он валялся под скалой, подкорректировали показания дозиметра. «Ну ладно. За так технологии не дают – это понятно. Пойду к ним, спрошу цену, - вдруг сторгуемся…»

24.01.200 от Применения. Западная пустошь, Край Дождей, местность над ИЭС «Тикмис»

Снова начинало накрапывать. Ручьям, впадающим в лужу над транспортным люком, предстояло прокладывать новые русла – Гедимин перекрыл все подступы защитным полем.

- Пятьдесят микрокьюгенов, - предупредил он. – Это, по-твоему, «чисто»?

Под землёй весело хмыкнули. Внизу уже гудело и скрежетало – сарматы расчищали транспортную шахту.

- Естественный фон, ликвидатор. Есть такая штука, знаешь?

Гедимин недовольно сощурился.

- Какой естественный?! Ирренция на Земле вообще быть не должно!

- Так там теперь и не Земля, - связист хихикнул. – Кто сам снимки неба присылал?..

- Назад от люка, десять шагов! – перебил его командир Марцелл. «Пробка» из глины и обломков уже выползала из шахты, ещё немного – и она вывалилась, и над землёй приподнялся маскировочный слой сухой красной глины, а за ним и край массивного люка. Его подняли ещё немного, и Гедимин услышал гул механизмов и шипение пневмозатворов – почти уже забытые звуки. Люк откинулся, и сармат склонился над вытолкнутым наружу контейнером.

- Ты всё это унесёшь? – запоздало спросили снизу. – Тут одной меи…

- Тут грязное пятно на десять километров, - отозвался Гедимин. – И вы под ним. Тот кусок, что я вычистил, пылью занесёт уже завтра.

Внизу помянули уран и торий.

- Тес… сармат! Ты всё собрался чистить?!

- Heta! – кого-то на станции отодвинули от передатчика. – Тебя тут не болтать посадили… «Пустошь», приём! Хватит меи для расчистки пятна? И тут ещё с «Динси» и «Аллийна» сигналы – выйдешь на связь? Там наверху тоже неладно…

35.01.200 от Применения. Западная пустошь, Край Дождей

До пятидесяти микрокьюгенов, конечно, не дошло – только до сотни. Гедимин, тяжело дыша, оглянулся на юг. Где-то там остался «Тикмис», а между ним и сарматом – десятки пятен розовой земли, - мея прокрасила дезактивированную местность так, что ливням было не смыть. Они размывали краситель вместе с пылью – теперь уже слабоактивной – по относительно «чистой» равнине. С юга принесло немного грунта, - Гедимин уже видел первые ростки мха.

«Может, поэтому почву пока ничем не связывают?» - сармат, поставив ступню на мёртвый участок (находить такие становилось всё труднее – мох, растащенный потоками воды, пускал корни раньше, чем она высыхала, а где было потвёрже – до странного стремительно расселялись лишайники), задумчиво смотрел на двухметровое пятно редкой, невысокой, но на вид очень живучей моховой поросли. «Чтобы плодородный слой разносило по округе вместе с растениями и их спорами? А дальше почву они сами наработают… небыстро, но Куэнны вроде и не спешат?..»