Пепельная Пустошь: Новая земля (СИ) - "Токацин" - Страница 23

Он проверил, отключён ли передатчик, и убрал вторую височную пластину, а потом зажмурился, представляя себе активную зону реактора типа «альнкит».

- «Ниркайон», приём! Ты меня видишь?

Раскалённые дрожащие волокна обхватили голову, вышибли слёзы из глаз, - сармат еле устоял на ногах.

- Тихо, тихо, - пробормотал он; волокна растаяли, будто их мгновенно отдёрнули. – Всё в порядке. Давай ещё раз, только осторожно. Я – ремонтник Гедимин…

«Ге-ди-ми-ин,» - прогудело в мозгу, и сармат изумлённо мигнул. На его плечо легла на секунду горячая когтистая лапа в длинной шерсти – и исчезла, оставив пучок волокон. «Ты-ы го-во-ри-ишь?»

- Ага, - сармат криво ухмыльнулся. – Рад тебя слышать, «Ниркайон». Там с тобой не общаются?

«Ре-едко,» - горячий вздох обдал кожу фантомным жаром. «Тру-удно. Мно-огих слы-ышу. Меня-а – не-ет…»

- Бывает, - вздохнул в ответ Гедимин. – Тебя там не обижают?

Волокна задрожали, в мозгу заплескалось чужое веселье – будто станция хохотнула. В мелькнувших картинках сармат ничего не разобрал – но, кажется, «Ниркайон» на экипаж не жаловался. «Ну, если проработал двести лет и такой бодрый – наверное, его не обижали,» - Гедимин ухмыльнулся и попытался перевести параметры реакторов в картинки. «Ну-у?» - заинтересованно прогудело в мозгу.

- Один из них запустят. Какой лучше?

Он зажмурился, «подвешивая» картинки в темноте – и одна из них загорелась зеленью. Сармат попытался «зажечь» соседнюю – она тут же погасла, а та, что уже светилась, стала ярче.

- Третий блок? Уверен?

«Да-а,» - Гедимин на секунду «услышал» чужие ощущения – что-то вроде покалывания в онемевшей конечности. «Само собой! Реактор давно не запускали, и хранитель хочет «размять» его…»

- Присмотри за сарматами, - попросил его Гедимин. – А я им скажу, чтобы сделали по-твоему.

«Ур-р,» - об него потёрлись огромным горячим боком, облепили ветвящимися волокнами, и станция «покинула эфир», оставив ощущение ровного сильного тепла.

- «Ниркайон», приём! – Гедимин включил передатчик. – Запускайте третий блок!

Внизу ответа уже не ждали – кто-то растерянно хмыкнул, пару секунд перекликались, потом на связь вышел запыхавшийся филк.

- Третий блок?

- Да. Я всё сверил – ему пора в работу, - подтвердил Гедимин и с трудом усидел на камне – навалившийся на спину чужой горячий бок чуть не столкнул его. – Пуск – за две недели до останова пятого, и без спешки.

Внизу кто-то фыркнул, на него зашипели.

- Спасибо, - ответил связист. – Передам командиру. Ты сейчас куда?

- На восток, - сказал Гедимин, поднимаясь на ноги. – Подождать вашего запуска?

В этот раз фыркали и шипели дольше.

- Не надо, - отозвался филк. Хранитель, уложивший щупальца Гедимину на плечи, разочарованно вздохнул в затылок.

- Станцию берегите, - проворчал сармат, переступая через моховые кочки. – Передай командиру – пусть говорит с ней. Он или ещё кто-то, кто её слышит. Ей вредно скучать.

В наушниках изумлённо хмыкнули, но Гедимин уже отключил передатчик. Височные пластины он не возвращал на место ещё долго – легче было идти, когда «Ниркайон» дышал в затылок. «Надеюсь, хотя бы с «Эданной» общаются,» - думал сармат. «И со станциями Ураниума тоже. Где бы тот Ураниум сейчас ни был.»

20.03.200 от Применения. Западная пустошь

Температура «за бортом» уже неделю не опускалась ниже 40 по Цельсию; сушь, рыжая пыль и обломки красно-жёлтых камней со всех сторон, - ничего, что могло бы намекнуть на жизнь. Гедимин чудом успел разглядеть среди светлых обломков тёмные пятна и не раздавить едва заметное растение. Что-то пряталось в тени, - миниатюрная зелень с мясистыми листьями, как-то ухитрившаяся запастись влагой. Сармат поворошил камни по соседству (они лежали как-то криво) – и нашёл маленькие, с подушечку пальца, колючие «лепёшки». Иголок было больше, чем зелёной поверхности, из-за них растения казались серебристыми. Гедимин с кривой ухмылкой вернул камень-укрытие на место. «Это уже не мох. В дело пошли суккуленты. Интересно, они проросли из спящих семян, или Куэнны посеяли и их? Где только взяли столько земной флоры и фауны…»

Он привычно проверил фон – как и следовало ожидать, растения втягивали в себя радионуклиды со всех сторон… и всё-таки стрелка указывала не на них. Её который день упорно разворачивало на восток. Гедимин сверился с картой и в недоумении пожал плечами – за двести лет ничего такого уж радиоактивного на востоке он не обнаружил. «Может, чего-то не замечал, пока фонили горячие полосы?..» - он присел в тени «меченого камня» и присмотрелся к карте. Восток всё так же был пустотой с несколькими значками энергостанций – вдоль Срединного разлома и далеко на севере. Гедимин выделил самую восточную станцию и пару секунд на неё смотрел. Сарматы ничего не могли добавить к карте – они сканировали пятачок прямо над ними, но о разведке, если её и проводили, не сообщал никто. «Да мне и не сообщат,» - сообразил Гедимин и коснулся значка «Эданны». «Вот координаторам – уже могут. Сейчас спрошу Айзека. Что-то давно ничего нового на картах. И это усиление фона… странное там что-то.»

- «Эданна», приём!

Его даже услышали – вот только он мог разобрать лишь треск помех. Прошла почти минута, прежде чем в наушниках раздался незнакомый голос:

- «Ларат» вызывает «Пустошь»! Сообщение от «Эданны»!

- Спасибо, - пробормотал Гедимин, быстро найдя на карте станцию «Ларат». Она стояла на севере, но вдалеке от побережья – видимо, там обрывалась «фонящая» зона, мешающая связи.

- Гедимин, приём! – услышал он голос Айзека и радостно хмыкнул. – Мы тебя так и не услышали! Придётся связываться через «Ларат». Резко вырос фон между нами и твоей пустошью.

- Из-за разлома? – Гедимин насторожился. – Вас там не трясёт?

- Разлом спокоен, - ответил Айзек. – Фон растёт на твоей стороне, к западу. Какое-то пятно вдоль разлома. Пойдёшь туда – будь осторожен! Судя по помехам, там должно зашкаливать.

Гедимин мигнул. «Падение фона здесь – и рост… Точно же! Я ведь знал – Куэнны забрали ирренций… и теперь, кажется, знаю, куда вывалили. Может, у них там колония?»

- Гедимин, приём! Ты нас слышишь? – заговорил Исгельт, всё это время, видимо, сидевший рядом с Айзеком. – Хотел бы я сейчас посмотреть тебе в глаза. Что задумал, атомщик?

Гедимин угрюмо сощурился.

- Я уже давно не атомщик. Лучше скажи, что там на востоке. Где станции?

- Кто есть – все на карте, - экран мигнул, но к значкам на нём ничего нового не добавилось. – Больше на связь никто не выходил. Пятьдесят восемь из шестидесяти пяти… Согласен, на запад их «ссыпало» как-то странно. Но восток и юг молчат, хотя места занимают не меньше.

«Семь станций из шестидесяти пяти…» - Гедимин взглянул на карту, вспомнил, как выглядела Земля раньше, какими осколками сложило её сейчас, и его передёрнуло. «Если континенты так ломало – нам, сарматам, ещё очень повезло.»

- Мне посмотреть, что за разломом? – спросил он.

- Нет! – ответил Айзек, не успел он и договорить.

- Пока не надо, - сдержанно сказал Исгельт. – Если кто-то ещё отзовётся, ты узнаешь. Следуй намеченному маршруту, нам нужны свежие данные. Флора и фауна продолжают расселение? Что с разнообразием видов?

…Гедимин поднялся на ноги, повернулся спиной к солнцу – оно уже клонилось к закату, но у сармата был запас времени до темноты. «Загляну в Тангут – может, на этот раз убежище отзовётся? «Джойя» и «Ангалау» в городах, помехи мощные, но связь есть. Почему молчат люди?»

25.03.200 от Применения. Западная пустошь, Старый Город Тангут

Крысы ждали «гостей». Едва Гедимин пробрался в пролом в стене порта, его ноги захлестнула проволочная сетка. Сармат, не тратя времени на выпутывание, выстрелил по смутным теням в ближайшем ангаре. Двухметровое копьё просвистело мимо. Под крышей громыхнуло, раздалось истошное верещание. Гедимин вспорол мешающую сетку, оглянулся на копьё, пробившее ограду, сдержанно хмыкнул и метнулся за выступ стены – верещание стало громче, и тон явно изменился. Он выстрелил ещё раз, подрезав опоры крыши, и древний ангар сложился «охотникам» на головы. Не успел Гедимин облегчённо вздохнуть, как ещё одна тень мелькнула в сантиметре от плеча. «Высотка!» - сармат шарахнулся за угол, уже слыша верещание из выбитых окон. «Дальнобойность на уровне. Осталось добавить прицелы…» - он сощурился было на высотку, думая, не пойти ли за образцом «баллисты», - из ангара едва ли удастся достать что-то целое…