Пепельная Пустошь: Новая земля (СИ) - "Токацин" - Страница 242

Он пошевелил тросики-«рули» - их надевали на пальцы. «Чешуи» закачались, подгибаясь и снова выпрямляясь. «А интересная штука…» - сармат выпустил «крыло», подобрал расклёванное семечко сосны с почти целой «чешуйкой» и покачал на ладони. «Воздушные потоки меж деревьев, крутящий момент… С малым весом сработает. Но тросы нужны потолще.»

- Гедимин! – Феликс чуть повысил голос. – Вы, похоже, где-то не здесь. Сделаем привал?

Сармат встряхнулся, сжимая семечко меж пальцев. «Надо думать, чертить и пробовать.»

- Идём, - сказал он. – Садись на плечо. Раз из-за меня ты снизился, я тебя довезу.

…Последнюю жертву «подземная лихорадка» унесла десять лет назад. С тех пор из Хесса новые штаммы не завозили, а старые, гуляя между посёлками от Златок к скайотам и обратно, растратили силу. Но первый удар был страшен – на валунах, вкопанных у «могильного дерева», осталось три десятка имён. Феликс ненадолго остановился у камней, склонив голову.

- Глупейшая неосторожность… Хорошо, что мы успели закрыть оба города. На юг зараза не пошла. А когда рискнули открыть, накал уже спал. В Игнисе болели, в Мицете тоже, в Эпифите покашляли – и всё.

«У тарконов такой смертности не было,» - думал Гедимин и старался не хвататься за сканер. Может, на останках скайотов сохранились споры того, первого штамма, - не зря новых захоронений рядом не делали, выбирали место выше по склону…

В кустах шевельнулась рогатая тень. Феликс щёлкнул языком. Зверь отодвинулся в заросли и снова захрустел то ли ветками, то ли вялым папоротником. У ствола Гедимин запоздало заметил второго.

- Приручённые?

- Ну… - Феликс дёрнул плечом. – До этого ещё далеко. Но нас уже терпят. Будь тут их кормилец, мог бы даже погладить. Но это не мои, и без меток ясно.

Гедимин мигнул. В скотоводстве он понимал немного, но у скайотов была какая-то непростая система, не такая, как у наннов…

- У каждого из вас по маленькому стаду? Раулии настолько… переборчивы?

Феликс тяжело вздохнул.

- Гедимин… Я вообще крайне удивлён, что у нас что-то начинает получаться. Сначала они признавали только того, кто кормил их с рождения. Остальных гоняли – и сородичей ещё злее, чем чужаков. Одна весна – один скайот – одна лосиха. С самцами мы тогда не морочились – сразу на мясо. А теперь опытный скотник полтора десятка к себе созывает. Хотя бы с шерстью проблема отпала.

Он оттянул ворот кожаной куртки, показывая коричневый свитер рыхлой вязки. Ручная работа… как и вся одежда Феликса, и склеенные паутиной «крылья».

- Шерсть – хорошо, - одобрил Гедимин. – Многожальник тут не прижился?

- Ну почему? Растёт, - ответил Феликс и покосился на верхушки деревьев. – Надо бы ускориться, Гедимин. Внизу темнеет быстро. Нет, спасибо, я ещё не разучился ходить!..

05.07.280 от Применения. Западная пустошь, Высокий Лес, озеро Хэт, город Раулия

Гедимин проснулся от ярко-жёлтого луча, упёршегося в лицевой щиток, тронул бугристый пол и не сразу понял, где он, - внизу было полсотни метров пустоты. Узкое окно в толстой двуслойной стене было заложено тонкой пластиной полупрозрачной сосновой коры. Тепловую заслонку сармат с вечера вынул из пазов, и теперь от окошка тянуло холодом. А снаружи, за дверью, обитой шкурой, уже плескалась вода, шипели раскалённые камни, стучали деревянные миски, и костяные черпаки ударялись о глину. Древесный город просыпался рано.

Сармат покосился на низкий потолок и, хлебнув из контейнера с Би-плазмой, на четвереньках пополз к выходу. Так же он сюда и заползал с вечера – во весь рост тут мог выпрямиться только скайот, и то между его макушкой и потолком едва влезла бы ладонь. В длину сармат тоже не помещался и спал, свернувшись на расстеленных на полу спальных коконах, циновках, вытертых шкурах и листьях – постель ему собирали из всего, что нашлось вокруг. Сами скайоты обходились подвесными коконами, сшитыми из шкур; был ещё и «летний» вариант – из выдубленных листьев. Гедимин, глядя на эти конструкции, постоянно вспоминал Равнину.

«Вот ещё бы церу сюда завезти – и кейек… кей-руду в нормальном количестве,» - подумал сармат, протискиваясь между бугристой стеной и глиняной подставкой. Точнее, подставок было две, только соединённые в одну, - толстостенная чаша для раскалённого камня и пристроенный над ней держатель для лучины. Что эти щепочки называются именно так, и для чего они вообще нужны, Гедимину объяснили с вечера – и даже показали, как пользоваться «осветительным прибором». Что ж, в тесном «отсеке» тусклого огонька хватало, чтобы жители вечером нашли свои коконы и не опрокинули «ночное ведро». А тепла от куска гранита, разогретого в очаге «общего зала» - чтобы зимней ночью не замёрзнуть насмерть. Гедимин от «высоких технологий» отказался – не хватало случайно зацепить подставку и сжечь весь квартал! Он и сейчас, слыша снаружи шипение раскалённых камней и потрескивание дров, думал, как скайоты выживают среди горючей органики с источниками открытого огня. Да хоть бы и с кей-рудой, - поджечь пласт коры или сосновую ветку ей нетрудно, а хвойные породы отлично горят…

Скайоты и сами были не рады постоянной угрозе под боком – потому в «жилых отсеках» своих очагов не было, а варили еду, грели воду и прожаривали одежду всем кварталом в «общем зале». Туда сейчас и выползал Гедимин, стараясь не выломать высокую перегородку в дверях – тепловой порог. Да, с отоплением в Раулии определённо были проблемы…

Не успел сармат осторожно выпрямиться, как со всех сторон его вразнобой поприветствовали. В тесных, тёмных и остывших за ночь «отсеках» самим скайотам тоже не сиделось – весь квартал собрался тут. Под ногами сармата всё ещё было полсотни метров пустоты, но преграда между ей и ним стала толще – он вышел к центру платформы, укреплённой на развилке толстой ветви. Тут был центр тяжести «квартала» - «балансир» из гранитных плит вокруг валуна, выдолбленного изнутри. От него тянуло жаром, и плотно прилегающие камни прогревались так, что в горшках, поставленных сверху, кипела вода. Кто-то встал раньше и успел приготовить варево, кто-то ещё стоял у плиты, помешивая вязкую жижу, кто-то жарил на глиняной «сковороде» лепёшки. В стороне от «кухни» были другие помещения, куда дотягивались тепло и свет кей-руды. Их отгородили символическими завесами из коры. Одна из них качнулась – на «кухню» выбрались Златки. Привстав на задние лапы и настороженно посмотрев на Гедимина, они обогнули его чуть ли не вплотную к раскалённому граниту и сбежались к стопке лепёшек и груде сосновых семян. Семена размером с кулак огромные белки разгрызали с треском. Горячее – лепёшки и жирное варево в широкой миске – оставили остывать.

Из-за другой завесы выглянул древесный сиригн, увидел Гедимина и указал на него всеми четырьмя руками.

- Ну наконец-то! Мойся иди. Зря я, что ли, твою бочку караулю?!

Даже в «зале» не везде можно было пройти, не пригибаясь, - рассчитан он был максимум на сиригнов, чуть с запасом. Скайотам и Златкам такой свод казался высоченным, Гедимин же опасался проломить его. За свисающим с потолка куском коры стояли закупоренные бочки, засунутые в сетки и уже готовые к спуску. Осталась пара открытых; одна была почти пуста – из неё, черпая ковшом, поливали друг друга скайоты. Одного ковша как раз хватало наскоро умыться. Гедимин увидел ведёрко с желтоватой пенистой жижей – какое-то мыло скайоты делали, похоже, по эльфийскому рецепту…

- Сюда вставай! – скомандовал сиригн, придвигая к бочке широкую лохань. – Потом всё выльешь вон туда – как раз там вода кончится. А мы пока спустим грязную. Давай быстрее, уже остыло!

Он сдёрнул со стены пустую сетку и пошёл к сородичам – они ворочали ёмкости с грязной водой, готовя к спуску с населённой ветки. Гедимин тронул воду. Она была тёплой – на дне бочки лежал кусок гранита, видимо, нагретый у очага. «Ну ясно. Не бочку же кипятить. Металлических котлов у них нет, а глиняная ёмкость таких размеров… Бочки – и то тяжёлые. Особенно полные,» - думал сармат, впуская воду под броню. Ему было неловко. Кажется, таскать её из озера на ветку всё-таки не приходилось – с вечера ему что-то рассказывали про то, как дерево само поднимает воду. Но того, что поднималось самотёком, на город хватало впритык, и поэтому одежду стирали редко, чаще прожаривали для дезинфекции и пропаривали над приятно пахнущим дымом. Гедимин думал, что надо было предупредить скайотов – он бы сам спокойно спустился к озеру и в нём искупался…