Пепельная Пустошь: Новая земля (СИ) - "Токацин" - Страница 261

- Силы и славы! – Гедимин быстро поднял пустые ладони. – Не ждал вас тут найти. Вы раньше жили далеко в топях, вы – в горах…

Треск на башне притих. Нарвенги переглянулись. Гедимин заметил, как припухли их полосатые щёки. Что там есть «мешки», он знал давно, но впервые увидел их наполненными. «Механизм опять работает,» - подумал он. «Только – чем он заряжен?»

- Хеттигин, друг Вольтов? – крупный Скхаа пролетел над сарматом и повис в воздухе, не шевеля крыльями. – В горах жить неудобно. Трясёт. Здесь всё-таки потише. И нам построили пещеры.

- Чёрный Странник? – нарвенг опустил копьё. Из хижины выглянули его сородичи. Почти всё поселение ушло строить «вышку», тут остались те, кто не мог по малолетству или старости, и пара часовых… и разумная электрическая «турель», более мощная, чем все турели «Халага» и «Гвулы».

- Помним, - сказал один из выглянувших, с белыми пятнами по жёлтой шкуре. – Ты – друг Тайкем. Они нам тоже не враги. Если и Сверкающие Крылья тебя знают… Заходи без опаски.

«Заходить» было особо некуда – в дверях хижин даже рослые нарвенги пригибались. Гедимин сел на груду плитняка у колодца. Вода тут определённо была закисленная, даже сшитое из кожи ведро уже покрылось серным налётом. «Часто придётся менять,» - подумалось сармату.

- Вы знаете об опасности из развалин? – он кивнул в сторону далёкой Васы, а потом, подумав, - и на более близкий Ангалау, и на восточный Лан. – Много людей с оружием. Между собой они уже сцепились. На жителей юга нападали.

Нарвенг провёл пальцем по вздутой щеке и указал на потрескивающие башни.

- Мы знаем, Странник. Крылья нас предупреждали. И мы готовы. И они тоже.

- Если они будут в отлёте… - Гедимин с сомнением посмотрел на копьё, прислонённое к хижине. Наконечник был обработан хорошо, спору нет, - можно ходить на вилорога и даже на килма. Но против «мартышечьих» самострелов и бластеров…

Наверху затрещало.

- Мы всегда стережём пещеры, - сказал Скхаа, повиснув над Гедимином. – И город Нгери теперь под нашей защитой. Стая улетит – стражи останутся.

Нарвенг оскалился.

- Мы и сами не беззащитны, - он подобрал кусок плитняка и неожиданно сильным броском зашвырнул его на дальний бугорок. Гедимин хотел было сказать, что пули всё равно «бьют» сильнее – но нарвенг уже выпрямился и плюнул в камень. Над холмиком взвился жёлтый пар. Обломок развалился на дымящиеся куски.

- А вы меткие, - пробормотал Гедимин, вспоминая состав плитняка и признаки химических реакций. «Смесь кислот, и в основе – азотная,» - он покосился на щёки нарвенга. «Как только живые ткани такое выдер… Стоп. Азотная? Откуда?!»

- Пришлось наловчиться, - нарвенг показал клыки. – Хвала народу Скхаа – у нас снова есть оружие.

Гедимин мигнул. «Электрический разряд может окислить атмосферный азот. Понятно… Но как? В каком резервуаре? Прямо внутри?!»

- Хорошее оружие, - пробормотал он. – Не знал, что вы так умеете. А как оно вас самих не жжёт? Это же сильная кислота…

Нарвенг с белыми пятнами (его защёчные мешки были пусты) досадливо дёрнул вибриссами.

- Жжёт, - угрюмо сказал он. – И с годами мы слабеем. Я в бою уже ни на что не годен. Но пока есть силы, мы соединяем воздух, воду и молнию – и делаем наравенгу. Хвала народу Скхаа, вернувшему нам молнии…

Гедимин оглянулся на кислотные болота. «Нгери – первый посёлок на суше. Интересно, все нарвенги однажды покинут топи? Или им там привычнее?»

- Тайкемы за нас опасаются, - сказал нарвенг-воин. – Мы останемся с ними в союзе. Но они всегда жили в кислоте. А мы нет. Запомни, Странник, - мы вернёмся на твёрдую землю. Построим башни из камня. Вырастим поля и пророем пруды. И никакие древние нам не помешают.

36.02.281 от Применения. Западная пустошь, к западу от Зелёных Оврагов

Стоянка хентос была видна издалека – широкая выгоревшая плешь посреди степи и следы протекторов в золе. Пожарище уже остыло, и среди чёрных травяных кочек и разбросанных углей бродили гиены. От воды – тут мелководные ручьи сливались в неглубокую речушку – слышался плеск и рычание, - какие-то объедки нашлись на берегу. Все кости были звериными – хентос застали небольшое стадо килмов у водопоя, постреляли, сколько смогли, и на радостях одну тушу запекли на месте. Остальное увезли, оставив гиенам только потроха и копыта.

Посреди размётанного кострища Гедимин нашёл почерневший валун, глубоко засевший в земле. Метка, оставленная красной глиной, ещё читалась, - три острых зубца с высоким центральным. «Аркат,» - сармат угрюмо сощурился на следы шин. «Далеко заехали от своего Саммита. А следить за костром так и не научились. Неясно одно. Чего они так колесили по углям?»

Он включил сканер и подошёл к воде. Через речушку огонь не перекинулся – а вот «макаки» переехали, и очень быстро. Ни сармат, ни прибор не нашли пуль… но вот в золе на самом берегу отпечатался свежий след узкой ступни. Кто-то прошёл вниз по ручью до места с более мягкой почвой и выкопал ямку. Гиены разрывать её не стали – там был только помёт… и кучка фриловых пластин – остатки распоротого хентосского «бронежилета».

«Как говорил Кронион – «смотри, кто где нагадил»?» - Гедимин криво ухмыльнулся, читая показания сканера. Недавно на берегу таркон-«упырь» сытно поел человечины, а теперь чистил нору от объедков. Он был чистоплотным и соображал, куда течёт вода, и как она может разлиться, - его лежбище сканер нашёл в десятке метров вверх по течению, далеко в стороне от ручья. «И под тропой килмов,» - закончил про себя Гедимин, глядя на утоптанную копытами землю и еле приметные ямки вдоль «дороги». «Упырь» зарылся до материкового слоя, и даже ему там стало холодно – он застелил каменное дно лежбища травой, шерстью, клочьями шкур… а теперь ещё и драным скирлином. В ворох обрывков он зарылся и дремал среди полуобглоданных человечьих костей. Снятые с одежды «добычи» цветные бляшки и бусины были сложены в углу, в стороне от объедков.

«Вот что бывает, когда ходишь без шлема,» - Гедимин сузил глаза, глядя на отгрызенную голову «хенто». Её пока не тронули – таркон начал с более мясистых частей. Но шея была сперва прокушена до хребта, а потом перегрызена начисто, и «бронежилет» не помог. Ни шлема, ни оружия среди объедков не было – видно, остались на берегу, когда «упырь» тащил добычу в нору. Или вовсе на стоянке, от которой «хенто» зачем-то отошёл в одиночку в сумерках…

На коже мертвеца сохранилась раскраска – чёрные кольца вокруг глаз и две полосы внизу вдоль переносицы. Сканер «показал» смесь животного жира с чёрной глиной. «Ага, «арки» тоже раскрашиваются. Буду знать,» - думал Гедимин и косился на таркона. Одежды на нём не было, сухая кожа висела лохмотьями, но лицо было покрыто полосами красной глины… и зачем-то он отложил бусины и цветные бляшки, отделив их от ненужного хлама. «Себе соберёт бусы?» - Гедимин было задумался, из чего можно сделать прочную нить, но быстро опомнился и выключил сканер.

Возможно, хентос искали пропавшего и площадку выжигали не просто так – но «упыря» в глубокой норе огонь не достал. Гедимин потянулся к сфалту, но опустил руку и повернулся к реке. За ней виднелись следы протекторов, а под ними – другие, более старые, - тут проезжали много раз и разным составом. «А ведь «Аркат» в другой стороне…» - Гедимин шагнул в воду, стараясь не поднимать брызг. «Пройти по следу?»

Передатчик на запястье издал короткий гудок.

- «Пустошь», приём! – на экране зажёгся значок станции «Ангалау»; с ним пересекался чёрный круг – Старый Город с тем же названием. – Приём! Дикарей выслеживаешь?

- Ну? – отозвался Гедимин. Судя по голосу связиста, помощь «Ангалау» была не нужна – о проблемах сообщали совсем другим тоном.

- Хе! У нас тут как раз гости на «флипах», - связист снова хихикнул. – Пальба по всей окраине.

- Это не ди… - Гедимин, помрачнев, оборвал фразу. – На станцию нападают?

- Что-то долетело, так мы ответили, - филку было весело. – Теперь не лезут. Но с местным дикарьём такая свалка! Бластеры, «кинетика», турели, - только дронов не хвата… О, о, полетел! Короче, хочешь глянуть на диких «макак» - топай в Ангалау!