Пепельная Пустошь: Новая земля (СИ) - "Токацин" - Страница 72

- Она на тебе лопнет, - отозвался филк-биолог. – Ну да бери. А мне пока расскажи про шерсть с вашей живности. И про растения. Не прижились, говоришь?

- Нет, совсем чахнут, даже и у эльфов. Шерсть летняя… она нехороша. Зимний пух надо показывать, а мы с собой не взяли, - огорчился Айшер. – А местные травы… Инся, покажи ваши листы! Может, такой тростник на что сгодится?

Последний золотистый луч сверкнул под аркой и погас. Тёмная синева, наплывающая с востока, затопила уже почти всё небо. Даже нанны, не то что нхельви, спать не собирались. Гедимин подозревал, что трое Серых до утра в «Ксолат» не вернутся…

Часть 7. 28.02-32.04.203. Западная пустошь, междуречье Хулу и Веррека – южное побережье, город Фиранкана

28.02.203 от Применения. Западная пустошь, междуречье Хулу и Веррека

- Не, новые приматы мне нравятся больше старых, - бывший пилот Раск сидел в тени высотки и жадно хлебал из «сарматского» стакана местную брагу. – Но пойло делать не умеют. Спиртом даже и не пахнет. И чего я не запасся бобами?! Сейчас бы прорастили…

Кристобаль, задумчиво изучающий пустой бурдюк из-под браги, громко фыркнул.

- Вот стоило всё это устроить, чтобы выжечь вашу отраву! Хоть не надо думать, кто ещё её нажрётся… Досадно всё-таки, что козы нас боятся! Это генетики чего-то перестарались…

- Кто же тогда знал, что сарматам придётся коз пасти, - пробормотал Гедимин, глядя на рыжие, бурые и желтоватые пятна в траве. Стада снова подъедали траву у высотки, и пастух-нанн, объезжающий степь на «носороге»-ториске, смотрел не на «коз» и «пони», а на компанию сарматов у «ворот».

- Говоришь, ещё два разумных вида? – Кристобаль повернулся к Гедимину. – И ты у них уже бывал и язык знаешь?

- Учу, только пока не проверял, - сармат смутился. По-эльфийски, и правда, общаться было не с кем, а потом – некогда. «Ничего, в Фиранкане наговорюсь. Надо там сказать, что «Ксолат» - город мирный. Да, и ещё центр…» - он нехотя покосился на передатчик. «Да, в «Эданну» надо сообщить. Интересно, что ещё из наших нелегальных убежищ выжило? Было их куда больше двух…»

Нанны-переговорщики, оставив самого старшего для присмотра, уже сворачивали стойбище.

- Тянуть некогда, - Айшер был не рассержен, но очень сосредоточен и деловит. – Полетим и вернёмся. С Нангером и другими Многопрядами, с сиригнами, с Мадиконой, пока лодка не уплыла. Эски – великие мастера, с ними должен говорить мастер. А раз они тяжело ранены – нужен лекарь. И – я хочу обсудить ещё с Ургулааном шахтёрские и кузнечные дела. Так что, Хедмин, если ты с нами…

Гедимин покачал головой.

- Я, что мог, сделал. Пора идти. Поговорю ещё со своими. Они про это место не знают.

Айшер шумно вздохнул.

- Ты, Хедмин, был бы не лишним. Но – и правда, с вашими вождями, кроме тебя, говорить некому. На обратном пути заверни в Нейю! Может, уговорим мастеров-эсков к нам переселиться. Живут же у нас сиригны и кимеи!

Пробегающий мимо зверёк с бело-серой шёрсткой остановился и коротко пискнул. Айшер хмыкнул в бороду.

- Да, нхельви тоже. Ну ты смотри, Хедмин! Когда им надо – всё понимают. А как прикидываются!

…До побережья было ещё далеко, но в небе прибавилось туч. Пастбища наннов и «город» Серых Сарматов остались где-то на востоке. Гедимин остановился, сверился с дозиметром, повернулся, разворачивая «щупы»-антенны передатчика, лицом на северо-восток.

- «Ларат», приём!..

В этот раз у приёмника был Исгельт – голос Айзека Гедимин пару раз слышал на заднем плане, но к устройству связи сармата не пустили.

- Ещё одни твои… старые знакомые? – Гедимин практически видел, как бывший адмирал тяжело опускает веки. – Для ходячей эа-мутации – подозрительно разумные и договороспособные. Пробы биоматериалов ты, разумеется, не взял?

Гедимин фыркнул.

- Я что, медик? Я в этом ничего не понимаю. Но выглядели они так же, как Серые из «Илгвена». Вряд ли у них что-то другое внутри.

Исгельт сдержанно хмыкнул.

- Не медик, а выводов уже наделал. Не дипломат, а налаживаешь контакты по всему континенту… Ещё, наверное, технологии внедряешь?

Гедимин, не уловив подколки, хлопнул себя по шлему. «Рилкар! Совсем забыл… Здание Серых, - там полно ненужного рилкара, Мадикона прямо на месте мог бы взять образцы… Вернуться? Ургуланий решает проблему с тканью, стекло ему без надобности, - он в жизни не вспомнит…»

- Пойду в Фиранкану – проверю пару новшеств, - сказал он. – Думаю, микана возражать не будут. После поршневых перьев и сложной органической химии…

- Что за новшества? – подозрительно ровным голосом спросил Исгельт. Издалека что-то встревоженно крикнул Айзек.

- Они могут переплавлять незаражённый рилкар, - ответил Гедимин. – Печи должны справиться. А к рилкару без примесей металла «наведёнка» почти не липнет. Только вынести шихту из развалин и переработать. Прозрачное и при этом прочное стекло тут пригодилось бы. А ещё…

В наушниках громыхнуло – кто-то треснул бронированным кулаком по краю пульта. Гедимин вздрогнул. Айзек пробормотал что-то укоризненное.

- Гедимин Кет! Ты ещё помнишь свои обязанности?!

- Ну чего? – сармат помрачнел. Похоже, про фиранканские планы рассказывать не стоило. Особенно – Исгельту.

- Субординация на высоте, - пробормотал в сторону бывший адмирал. – Позывной «Пустошь»! Сигнал со станции «Аркет» - резкий всплеск радиационного уровня на юго-западе и долгий незатухающий «шлейф». Приказ – срочно проверить, расчистить края, по возможности установить причину – и доложить! Вопросы есть?

Гедимин взглянул на карту и досадливо сощурился. «Ага, «Аркет»… Как раз меж холмами, вдоль реки Миэнэск, и выйду к ним. Оттуда шлейф отследить будет проще. Что у них к юго-западу? А, мать моя пробирка…»

На юго-западе, с отклонением разве что на градус, чернела крупная точка – Старый Город Ликкин. «Точно. Ещё один с излучением, завёрнутым в кольцо…» - Гедимин поморщился. «Помню я эту штуку. И ту, что в Лане, на севере. Если резкий всплеск и следовое загрязнение… Прорыв, что ли? Надеюсь, нхельви в это время там не шастали…»

30.03.203 от Применения. Западная пустошь, над ИЭС «Аркет»

Реки, вытекающие из-под Складчатых холмов, остались далеко в стороне – как и длинный, распадающийся на пригорки обрыв на востоке. Цепь его родников туда, к востоку, и стекала, оставляя на западе каменистую пустыню. Ветер перетирал в пыль растрескавшуюся глину и разносил её вместе с радионуклидами далеко от «грязных пятен», как новых, так и старых. Гедимин ничуть не удивился, взглянув на дозиметр, когда подошёл к станции «Аркет». «Чисти – не чисти, а пока грунт летает, как хочет…»

- «Аркет», приём! У вас сверху семьсот милликьюгенов.

- Мы тут в курсе, - мрачно ответил связист сквозь шелест помех. – Отсюда и начинай. Мея нужна?

Гедимин покосился на глубокие трещины в высохшей глине. «Раствор будут жрать, как не в себя. А чистить их надо, там как раз самая грязь…»

- Да, и мея, и щёлочь, - ответил он, глядя на дозиметр. Стрелка-указатель задумчиво качалась то на восток, то на юго-запад. «Вот и шлейф…» - Гедимин прошёл сотню шагов, изучая экран и подъём ползущей по нему зелёной линии. «Да, ЭМИА-кванты, «наведёнка». Похоже, всё-таки Ликкин – и именно тот кольцевой пучок. Узкая полоса. Был бы взрыв подстанции, ЛИЭГа, ещё чего, - размазало бы широким пятном. А с местным ветром – во все стороны сразу.»

07.04.203 от Применения. Западная пустошь, Старый Город Ликкин

Стрелка-указатель дозиметра упёрлась в тёмный зубчатый массив на юго-западе. Дальше «чистить» землю не имело смысла – город «пылил», вокруг была «фонящая» пустыня. Здесь как-то приживались суккуленты, хотя рядом с развалинами и они выглядели странно. Сперва Гедимин подумал, что их покорёжило и расплющило радиацией, потом пригляделся, - стебли тянулись бы в высоту, если бы их регулярно не ломали у самой земли. «Крысы,» - клочья шерсти, потерянные в борьбе с суккулентами, повисли на уцелевших шипах. «Додумались зубами не грызть. Подрубали узкой планкой. Стебель жёсткий, еле справились,» - Гедимин разглядывал следы на обломке растения. Мелкие побеги, неприметные в пыли, тоже были побиты – но, судя по наплывам сероватой зелени вокруг суккулентов, срезанных раньше, от такого обращения они только гуще росли. Гедимин положил ошмётки, пытающиеся пустить корни в другой лист, на землю рядом с ним. Он бы не удивился, если бы они сразу зашевелились, отращивая «щупальца»…