Попаданка, пленившая дракона (СИ) - Абиссин Татьяна - Страница 13

Впрочем, я надеялась, что принц забудет обо мне, как только увидит Селию. Им самой судьбой предназначено быть вместе. А я им помогу, познакомив подругу и Эдварда.

Мое настроение немного упало, когда я вспомнила о главной «злодейке» романа Оран. Вот уж кому не понравится невеста принца, кем бы та не была. По книге, она пыталась избавиться и от Мари Экберт, и от Селии. Не подставлю ли я подругу под удар?

Тяжело вздохнув, я подумала, что опасностей не избежать, тем более, если они прописаны в основном сюжете. Селия — главная героиня, она в любом случае останется в живых. Волноваться нужно за таких второстепенных персонажей, как я.

О том, что сюжет меняется, упорно выталкивая меня на передний план, я старалась не думать. Потому что мне становилось страшно.

От принца Эдварда мои мысли перетекли к его брату. Вот уж человек, совершенно не похожий, на моего бывшего жениха! Даже странно, что они — родственники. Насколько Эдвардоткрыт душой, весел и искренен, настолько Винтер холоден, замкнут и недоволен всем и вся. За то короткое время, что мы провели вместе, я поняла одно — он ненавидит любое нарушение устоявшегося порядка. Девушка с такой же лентой, как у него, — это не радость, не счастье, а досадное недоразумение. Лучше всего разорвать связь и жить спокойно.

Мне это не понравилось. Терпеть не могу, когда мной пренебрегают. Но я была слишком гордой, чтобы бегать за своей Парой. Я даже к Косте Золотникову, который нравился мне с детства, не решилась подойти. А тут — какой-то мужчина, которого я вижу третий раз в жизни!

Может быть, позволить «видящим» разорвать связь? И навсегда забыть об этом наглом, высокомерном, плохо воспитанном… и очень несчастном человеке? Умном — иначе он не стал бы главой Академии — и довольно привлекательном?

Я резко замотала головой. Что за нелепые мысли лезут мне в голову? Наверное, это действует связь алых лент. Ты думаешь о своей Паре, и ищешь оправдания его поступкам, даже если они тебе не нравятся.

Я поднялась с места, и захлопнула окно. Затем подошла к кровати, откинув в сторону край покрывала. Не стесняясь, зевнула, и свернулась «калачиком» на постели.

Уже засыпая, я подумала, что, если бы наши с Винтером ленты не почернели, связь можно было бы разорвать уже сегодня. И не решила, рада я отсрочке, или нет.

Утром я зашла в комнату Селии, и, к своему удивлению, обнаружила её в постели.

— Разве ты не идешь на подготовительные занятия?

Девушка слабо улыбнулась.

— Иди одна. Я неважно себя чувствую. А то, что сегодня будут рассказывать, я потом прочитаю в книге.

Я внимательно посмотрела на неё. Селия выглядела плохо: под глазами залегли тени, лицо побледнело и осунулось.

— Ты уверена? Может, позвать лекаря?

— Не нужно, — в голосе Селии послышалась твердость, — такое случается с «видящими». Иногда собственный дар начинает нас разрушать.

— Это опасно? — испугалась я.

За прошедшие несколько дней я привыкла к Селии. Мне нравилась её спокойствие и рассудительность. Она — единственная, кого в этой Академии я могу назвать своей подругой.

— Пока нет. Но, если я буду разрывать ленты, мне придется действовать осторожно. А сейчас мне нужно отдохнуть. Не волнуйся, и иди учиться.

И что мне оставалось делать? Пожав руку Селия — её ладонь показалась мне сухой и горячей — и, спросив, не нужно ли ей чего, я отправилась на занятия.

У крыльца корпуса, где проводились занятия для первокурсников, собралась небольшая толпа, состоящая, в основном, из девушек. Они возбужденно переговаривались, подталкивая друг друга локтями. Кое-кто держал в руках сделанные из разноцветной бумаги сердечки или пакеты, перевязанные яркими лентами.

Я не выдержала и рассмеялась. Ситуация до боли напоминала эпизод из корейского сериала, который я когда-то смотрела. Поклонницы ждали появления своих кумиров, известных певцов. Интересно, в этом мире есть что-то подобное?

Обойдя девушек, я скромно встала за ними. Никто не обратил на меня внимания. Девчонки шушукались, нетерпеливо переступая с ноги на ногу. И вдруг с радостными крикамиподались вперед, к медленно идущему по дорожке светловолосому парню.

Я разочарованно вздохнула –никакие певцы или модели Академию не посещали. Весь шум поднялся из-за принца Эдварда. Впрочем, неженатый наследник престола для девушек из знатных семей — лакомый кусочек.

Светлые волосы Эдварда сверкали в лучах солнца, создавая вокруг его головы золотистый ореол. Он слегка поклонился, прижав руку к груди, и это вызвало очередной восхищенный возглас.

Я вздохнула, подумав, что принц выглядит великолепно, как и полагается главному герою романа. Даже не обладая титулом, он привлек бы всеобщее внимание. Жаль, что Селии со мной нет: она бы с первого взгляда влюбилась в этого красавца, а он — в неё. И половина моих проблем разрешилась бы сама собой.

Поклонницы плотно обступили принца, наперебой предлагая свои подарки. Я испугалась, как бы они не сбили Эдварда с ног, но охрана — двое плечистых молодых людей — оттеснили девушек в сторону. Облегченно выдохнув, принц ступил на лестницу, и заметил меня.

Я сдержанно поклонилась, собираясь сбежать, но не тут-то было. Эдвард в два счета оказался рядом.

— Привет, Мари! Прекрасно выглядишь!

— Спасибо, — кивнула я, спиной чувствуя неприязненные взгляды фанаток Эдварда. Я их понимала: девчонки дежурили с самого утра, чтобы встретиться со своим кумиром, и вдруг бывшая невеста перетянула на себя всё внимание.

И ведь бесполезно объяснять, что принц мне не нужен. Впрочем, этим красоткам он тоже не достанется. Эварду суждено взять в жены Селию.

— Какие планы на сегодня? — жизнерадостно поинтересовался принц, взяв меня за руку.

— У меня два занятия живописью, — машинально ответила я.

Эдвард бросил взгляд на девушек, которые безуспешно пытались убедить стражников передать их подарки.

— Я довольно популярен, согласна?

— Как и полагается наследнику престола, — не удержалась я. Хвастливые люди меня раздражали.

— Мари, а ты не хочешь мне что-нибудь подарить? — прищурился принц. — Хотя бы в благодарность за помощь, вчера ночью.

Взгляды девушек, из недовольных, превратились в откровенно злые. Они слышали слова принца и поняли их неправильно. Мне захотелось провалиться сквозь землю, или снова оказаться в саду ректора, наедине с Винтером. Там безопаснее, чем здесь.

— Свой главный подарок тебе я уже сделала, — буркнула я, освобождая руку. — Я вернула тебе свободу, Эдвард.

— А если она мне не нужна?

«А мне какое дело?» — едва не ляпнула я. Но вовремя вспомнила о том, что должна помочь принцу встретиться с Селией. Если я нагрублю Эдварду, он, вероятно, будет обходить стороной бывшую невесту, и не познакомится со своей настоящей Парой.

— Признаю, я был не очень внимателен к тебе, во время помолвки, — начал Эдвард, — но я изменился. Если ты вернешься ко мне, всё будет иначе. Мари, ты мне действительно…

К счастью, в эту минуту прозвенел колокольчик, означавший начало занятий.

— Прости, мне надо бежать. Увидимся позднее. Если хочешь, приходи в гости, — я быстро объяснила, где живу, получив в награду ослепительную улыбку принца.

— Обязательно приду, — он поднялся по ступеням и открыл передо мной дверь. Опустив голову, я бросилась к комнате, где проводились занятия живописью.

Очень надеюсь, что Селия будет в своей комнате, когда принц решит меня навестить.

Магическая живопись напомнила мне занятия по арт-терапии, которые я посещала в подростковом возрасте. Также требовалось взять краски и изобразить то, что чувствуешь. В зависимости от настроения, рисунок получался либо мрачный и серый, с изломанными линиями и грязными пятнами, либо яркий и цветной. Потом психолог изучал работу и давал советы, как избавиться от внутреннего напряжения и стать счастливее.

Но, конечно, в нашем мире рисунки не оживали, и это к лучшему. Некоторые дети рисовали страшных монстров. Трудно представить, что случилось бы, появись их чудовища в реальности.