Дампир. Компиляция (СИ) - Хенди Барб - Страница 774

— Он не должен быть здесь! — прошептал Красная Руда.

Ее дыхание ускорились, пока не стало поверхностным. Его родной брат отказался от него из-за его духовных устремлений. Отвращение Щепки заставило ее держать в тайне источник его призвания от их матери. И обучение Хайтауэра на Хранителя, злоба домина на брата была вызвана этим же.

— Что ты знаешь? — потребовал он. — Что ты нашла в тех проклятых текстах? Где лежат его кости… где Балаал-Ситт?

Предок, о котором забыли, отлучённый от устной традиции, призвал Красную Руду. Но это был не Банаэ или любой другой заслуженный его народа. Это было пятно на прямой родословной, которое клан Железная Коса не мог признать, когда Красная Руда попытался доказать им это.

Она смотрела только на его руку, твёрдо лежащую на саркофаге Лорда Геноцида — Таллухерага.

Винн кинулась к выходу из небольшой камеры, крича:

— Чейн!

Чейн был где-то на середине лестницы, бредя вверх вдоль стены, когда Винн позвала его по имени.

Зверь внутри него заметался в цепях. Голод вырвался на свободу из-за страха за нее. Его чувства мгновенно обострились, он преодолел лестницу за три длинных прыжка.

С последних ступеней он спрыгнул почти на середину камеры. Его ноги признали ошибку в тот момент, когда он поскользнулся при приземлении: он припал на одно колено на медной печати пола. Почти в тот же миг Винн выбежала из прохода между саркофагами.

Свет ее кристалла затопил пространство, на мгновение ослепив Чейна. Затем вбежала Тень, неистово рыча. Этот звук только подогрел безумие Чейна.

Что-то двинулось в темноте прохода, а потом блеснуло в свете кристалла.

Чейн двинулся вперёд и схватил Винн за плечо. Когда он задвинул ее себе за спину, инстинкт охоты стал неразрывно связан с потребностью защитить ее. Что-то пришло сюда — что-то, что он мог бы убить и покормиться. Тогда он услышал, что Винн судорожно вздохнула.

Чейн тряхнул головой и твёрдо пошёл вперёд.

Кристалл холодной лампы упал на пол. Это заставило его застыть и обернуться.

Винн, широко раскрыв глаза, уставилась на него. Она держалась за плечо. Рваные кусочки ткани туники торчали из-под её маленьких пальцев. Тонкий аромат крови начал распространяться в воздухе.

Чейн задохнулся от приступа голода. Его горло опалило холодом, и он услышал, что Тень зарычала позади. И рычала она на него.

— Тень, ко мне! — позвала Винн.

Он содрогнулся так сильно, что его затрясло, обхватил себя руками, и отступил от Винн. Он покачал головой и одними губами произносил: «Нет!» — снова и снова, но, когда его губы беззвучно расступились, Винн вздрогнула.

Чейн зажал рот руками, пряча изменившиеся зубы.

Винн нахмурилась, ее глаза сузились. Это повторялось снова — страх в ее лице, смешанный с нерешительным гневом. Так же она смотрела на него той ночью, когда он выскочил из разбитого окна магазина писца за призраком.

— Винн… — выдохнул он, но не знал, что еще сказать.

Тень нарезала широкие круги вокруг него, заслонив собой девушку, а Винн нагнулась, чтобы поднять свой кристалл.

Чейн вгляделся в свет, причиняющий боль его расширившимся зрачкам. Он желал, чтобы этот свет испепелил его.

— Я пришел не для того, чтобы причинить вам вред.

Чейн обернулся на этот глубокий голос.

Между двумя саркофагами перед проходом стоял Красная Руда. Красноволосый Ходящий-сквозь-Камень был одет в чешуйчатую кольчугу со стальным покрытием. Два кинжала с широкими лезвиями были вложены в чёрные ножны, пристёгнутые к его поясу. Он не двигался, только наблюдал за ними, как будто ожидал ответа.

На мгновение, Чейну захотелось выместить все свои страдания на нём.

Этот гном напугал Винн, заставил ее кричать… и этим вызвал мгновенную утрату контроля Чейна. Зверь в нем начал выть, и он сжал челюсти, загоняя монстра в подчинение.

Чейн еле сдерживал дрожь, смотря на Красную Руду.

— Никто и никогда не проникал самостоятельно в наше подземелье, — сказал Красная Руда, смотря на Винн. — Так что, вы не те, чем кажетесь. Вас привел сюда тот черный дух?

— Конечно же нет! — ответила она.

Чейн знал, что произошло между этими двумя в доме Железной Косы. Красная Руда вряд ли видел в Винн друга.

— Значит, он следовал за вами, — заявил Красная Руда.

Чейн ждал, но Винн ответила не сразу.

— Мне нечего сказать тебе, — ответила она. — Не с тем, что я знаю. Не тому, чему ты поклоняешься!

Глаза Красной Руды сузились, но Чейн был озадачен словами Винн. Что это значит?

Гном вскинул подбородок, стиснутые зубы хорошо угадывались между плотно сжатыми губами. Чейн подобрался, наблюдая за малейшими движениями Красной Руды.

— Эта вещь там, — продолжила Винн. — Так или иначе, он был ответственен… Независимо от того, что послужило причиной падения Балаал-Ситта… это сделал массовый убийца.

— Нет! — прорычал Красная Руда и шагнул вперёд.

Чейн мгновенно преградил ему путь.

— Тогда, почему он здесь? — потребовала ответа Винн. — Почему олицетворение Таллухирага было отделено даже от Падших?

На щеках Красной Руды непроизвольно заходили желваки, и Чейн поняли, что было в той небольшой камере. Он вспомнил, как Винн рассказывала ему о Балаал-Ситте, названии, которое вычеркнули из памяти целого народа, которого некоторые боялись, а кто знал о нем, хотел забыть.

Чейн попытался успокоить себя. Он должен был очистить свои мысли, если хочет проверить слова гнома на правдивость. Отпуская все, пытаясь проигнорировать голод и то, что он нечаянно ранил Винн, он закрыл глаза.

Но лишь одну вещь он смог найти в своей памяти, чтобы успокоиться.

Был один краткий момент, когда он прокрался в библиотеку Гильдии вместе с Винн. С нею, так близко, что он чувствовал её дыхание, когда она провела его в свой мир, он остановился и рассматривал книги, аккуратно расставленные на полках.

— Он не один из них! — прокричал Красная Руда. — Не как утверждают некоторые, кто помнит только его прозвище… но не его имя. Я узнал это, когда был ребенком, хотя и не понимал тогда, кто прикоснулся ко мне — позвал меня через кровь. Он не может быть тем, что они утверждают… не как мой предок!

Чейн остался спокоен в той тихой памяти о библиотеке, позволяя каждому слову пройти через его сознание. Хотя зверь по-прежнему скулил, никакого причиняющего неудобство приступа дискомфорта не последовало. Он открыл глаза и остановил взгляд на Красной Руде.

Гном не лгал — или, по крайней мере, верил в свои слова. Чейн повернул голову, чтобы посмотреть на Винн. Он кивнул ей, надеясь, что она поймёт.

Винн чуть прищурилась, глядя на него, и поморщилась.

— Теперь вы должны мне — по обмену! — сказал Красная Руда. — Что вы знаете о черном духе, который пришёл за вами сюда?

Винн поколебалась.

— Только то, что это — не-мертвый, — ответила она. — Одна из форм того, что в Запределье известно как «внешне зомрель» — Дитя Ночи… хотя этот явно неосязаем, в отличие от типа, с которым я имела дело.

— Неосязаем? — повторил Красная Руда.

Винн покачала головой:

— Это не имеет значения… Мы имеем дело с сильным духом, который может стать материальным частично или целиком на краткое время. Мы полагаем, что это — маг, очень древний, так как его власть и умения ни на что не похожи и никто не слышал о таком прежде. Но, как любая нежить — или большинство — оно может быть ранено солнечным светом.

— Тогда он неуязвим здесь, в подземелье, — возразил гном.

Винн сделала шаг вперёд, проведя рукой перед мордой Тени.

— Нет, — она вернулась на место. — Если у меня будет мой посох.

Красная Руда вскинул голову, его глаза недоверчиво сузились, но Винн быстро продолжила:

— Ключ к тому, чтобы остановить его — это понять, чего он хочет! Дайте мне доступ к текстам, которые вы храните для Гильдии!

Красная Руда ничего не сказал. Чейн напрягся, вперив взгляд в гнома, который смотрел только на Винн — как будто Ходящий-сквозь-Камень и вправду рассматривал ее требование. Винн наконец нашла союзника здесь? Но смогут ли они — даже если и захотят — доверять ему?