Системный рыбак 7 (СИ) - Шиленко Сергей - Страница 15

— Да вы издеваетесь… — вырвалось у меня сквозь сжатые зубы вместе с цепочкой пузырей.

Челюсти гиганта медленно разошлись, обнажая частокол кривых зубов, каждый размером с мой акватариновый кинжал. Духовное давление от этой туши давило на грудную клетку плотнее, чем толща воды над головой. Между мной и каменной аркой туннеля лежала стена из живой брони, и эта стена разглядывала меня с ленивым вниманием хищника, которому давно никто не попадался.

Ладно. Приманка укладывала стражей помельче за секунду. Эта тварь крупнее раз в пять, значит, на отключку потребуется больше времени, но принцип тот же.

Рука скользнула к перстню.

Рулет вылетел из пальцев и поплыл навстречу раскрытой пасти. Аспик начал растворяться, выпуская в воду густое золотистое облако концентрата. Ноздри гиганта раздулись, втянув аромат, и челюсти захлопнулись с глухим подводным хлопком.

Я завис в толще воды, не шевелясь, и считал удары собственного сердца. Один, два, три, четыре — жёлтые глаза по-прежнему смотрели на меня.

Тварь сглотнула и двинулась вперёд, набирая ход с плавной неотвратимостью. Приманка, которая на палубе свалила стокилограммового Рида с одного укуса, прошла через этого бронированного ублюдка и даже не заставила его моргнуть.

Еще два рулета легли в ладонь одновременно. Короткий замах, и оба полетели навстречу приближающейся морде, оставляя за собой двойной шлейф золотого тумана.

Монстр заглотил обе порции на ходу. Пять секунд, десять — зрачки гиганта оставались двумя чёрными щелями в янтарной радужке, сфокусированными на мне с абсолютной, немигающей ясностью. Три дозы внутри, а этот чемодан даже не зевнул.

И как мне тебя теперь готовить?

Острога отпадала сразу, потому что зубцы уже один раз бессильно соскользнули по чешуе обычного крокодила. У этого экземпляра броня была толще раза в три, а масса такая, что мои руки просто сложатся в обратную сторону при первом серьёзном ударе.

Отступать некуда — за спиной три зоны с полусонными крокодилами, и запах моей крови разбудит их быстрее любого будильника. А техника прорыва на вторую ступень ждала по ту сторону этой живой стены.

Хвост гиганта ударил по воде и в мою сторону понеслась энергетическая волна.

Она врезалась в грудь и отшвырнула меня назад, прокрутив через голову. Потолок поменялся местами с дном, в ушах загудело, и на секунду я перестал понимать, где верх. Ноги нащупали каменный выступ, оттолкнулись, и я стабилизировался, выплюнув цепочку пузырей.

Тварь уже набирала ход. Обтекаемое тело рассекало воду с такой лёгкостью, что озеро расступалось перед ней.

Пасть раскрылась на полный размах, и в зеленоватых сумерках грота блеснули ряды зубов, загнутых внутрь.

Вниз. Тело послушно нырнуло к скальному карнизу у самого дна.

Тень накрыла меня целиком, гигантское брюхо проскользило над головой так близко, что я разглядел каждую чешуйку на светлом подбрюшье, а поток от проносящегося тела вжал меня в камень и протащил вдоль дна на добрых два метра.

Тварь развернулась на пятачке. Эта махина крутанулась и снова набрала скорость за пару мощных гребков хвоста. Она двигалась быстрее меня, и «Глубоководный Ныряльщик» с его пятьюдесятью процентами прибавки к скорости тут ничего не менял.

Можно скормить ей сразу десяток рулетов. Но если и десять не вырубят, я останусь с пустыми руками перед тем, что ждёт меня внутри туннеля, а там не будет столько места для манёвров.

Да и сколько таких красавцев дежурит дальше, за аркой, оставалось открытым вопросом.

Расщелина в скале приняла меня вовремя. Я вжался в узкую трещину, и через мгновение бронированный бок гиганта проскрежетал по камню в сантиметрах от лица.

Осколки породы брызнули в воду, один рассёк щёку, и тёплая нитка крови потянулась вверх. Тварь пролетела мимо, а я прижался затылком к холодному камню, пережидая турбулентный поток от её хвоста.

Гигант ушёл в разворот. Мощный хвост рассекал воду мерными ударами, разгоняя тушу до той самой скорости, которую я не мог догнать.

Мускулы перекатывались под чешуёй.

Я смотрел на него. На хвост, толкающий воду. На тело, рассекающее течение без единого лишнего движения. На мускулы, работающие с точностью поршневого механизма.

При виде всего этого в голову приходило только одно решение, от которого тело тут же пробило холодом, но это был лучший вариант в текущей ситуации.

Я ухмыльнулся и подозвал его махом ладони.

Иди сюда!

Крокодил сорвался с места. Пасть распахнулась, заполнив собой всё поле зрения.

Ноги оттолкнулись от скалы. Тело рванулось не назад, а вперёд и вниз, прямо навстречу несущейся махине.

Арад прижал обе ладони к Сфере Наблюдения, и над озером вздрогнуло колоссальное водяное зеркало.

Полупрозрачные силуэты участников плыли среди каменных уступов и застав, а трибуны ревели, потому что крошечная фигурка чужака зависла в открытой воде прямо перед третьей областью скопления. На неё надвигалось сияние, которое затмевало всех остальных тварей вместе взятых.

Карлон стоял у нижнего ряда, вцепившись в перила обеими руками. Борода топорщилась от ветра.

— Слишком глубоко заплыл, чужак. Это тебе не с плота рыбачить.

Арад развернулся к тройке разведчиков. Костяшки побелели на артефакте.

— Откуда она взялась? Вы докладывали, что в туннелях нет ни одного крупного монстра.

Старший разведчик отступил на полшага, а кадык прыгал вверх-вниз, пока он подбирал слова.

— Пять дней назад мы прошли все области скоплений от поверхности до грота, глава. Стандартные особи на местах, крупных сигнатур за третьей областью скопления не обнаружили. Ни одной.

— Пять дней, — повторил Арад. Водяное зеркало пульсировало перед ним, и исполинский силуэт уже завершал разворот, набирая ход ко второму заходу на чужака. — А трещина в барьере когда появилась?

Разведчик облизнул губы.

— Мы обнаружили её семь дней назад. Тонкая, с палец шириной, в северо-восточной стене внутреннего святилища. На тот момент утечка энергии была минимальной.

Арад перевёл взгляд на водяное зеркало. Аура гиганта пульсировала густым багровым цветом, и вся третья область скопления монстров тонула в его свечении.

— За пять дней трещина расширилась настолько, что духовная энергия из внутреннего святилища начала просачиваться в открытую воду, — он произнёс это негромко, обращаясь к старейшинам, но на трибунах притихли, и каждое слово разнеслось до последнего ряда. — Концентрированная энергия наследия Основателей потекла наружу. А на такую приманку из глубинных разломов стали подниматься монстры, что веками спали под дном озера.

Второй разведчик побледнел. Герхард с размаху ударил крюком о столб. Металл лязгнул по дереву и отскочил, не оставив даже царапины. Старик зло выдохнул.

— Отменяй, — обратился он к главе. — Спускай людей и вытаскивай их оттуда.

— Закон Основателей, Герхард, — Арад даже не обернулся. — После активации испытания барьер окружает всю область грота от входа в лабиринт и до самого святилища. Он пропускает только участников моложе тридцати и убивает любого, кто нарушит предел возраста. Ни спуститься, ни подняться. Никакой помощи извне. Это не моё правило и не моя прихоть. Основатели заложили его в саму структуру грота.

Герхард дёрнулся, но Арад закончил прежде, чем старик успел открыть рот.

— Остаётся ждать.

Пальцы на Сфере дрогнули. Арад сжал артефакт чуть крепче, и это было единственное, что он мог себе позволить.

Два старейшины у постамента артефакта-проверщика переглянулись и промолчали. Ветер гнал мелкую рябь по озеру, водяное зеркало равнодушно пульсировало, и по трибунам медленно расползалось понимание, что никто из взрослых ничего не сделает.

В водяном зеркале гигантская пасть раскрылась и накрыла крошечный силуэт.

Через мгновение две фигуры совпали, маленькая точка пропала внутри огромного контура.

Сотня человек одновременно задержала дыхание. Гудение Сферы под ладонями Арада осталось единственным звуком на всю набережную.