Альфа. Порочный плен (СИ) - Горская Ника - Страница 26

Застываю с ложкой в руке, не зная, что ему ответить. Но Альфа в своей привычной манере не ждёт моего ответа. Наступает.

Ставлю коробку с тортом на стол и разворачиваюсь к нему.

Словно тысячи мелких иголок вонзаются в тело, когда Астахов, подойдя вплотную, подушечкой большого пальца мажет по моей верхней губе.

-- Вкусно. – говорит, облизнув палец.

Растерянно открываю рот, раздумывая, чтобы ему такого сказать.

Но обо всём на свете забываю, когда он одним уверенным движением усаживает меня на столешницу и впивается в губы жадным поцелуем…

Глава 31

Полина

Такое поведение Астахова сбивает с толку.

Он как ураган - сносит всё на своём пути.

Упираюсь ладонями в его каменную грудь, пытаясь хотя бы немного отодвинуться. Но результата от моих потуг – ноль.

-- Пу… сти. – скулю ему в губы, но он будто не слышит меня, напирая сильнее.

Чувствую, как вопреки здравому смыслу по телу ползёт горячая волна. Кожу обдаёт постыдным жаром. Сердце дробно стучит в горле, ногти впиваются в его тело сквозь слой одежды.

Какого чёрта вообще?

И полнолунием сейчас это не оправдать.

Эта мысль приводит в чувство.

Действую под ярким всплеском злости и кусаю Астахова за губу. Сильно. Желаемого добиваюсь. Он прерывает поцелуй.

Словно одурманенная, поднимаю глаза и попадаю в зрительную ловушку. Он смотрит как на ненормальную. Медленно моргает, будто что-то пытается для себя понять.

Укол между рёбер сбивает дыхание.

Мы словно замираем в определённой точке. В неком осознании.

Через пару секунд Астахов отодвигается от меня и почти сразу отпускает.

-- Как ты?

Мне кажется, что этот вопрос он задаёт просто чтобы заполнить тишину и избавить меня от неловкости, которую я странным образом ощущаю.

Поэтому отвечать не тороплюсь.

И вообще, о чём он спрашивает?

Как я сейчас?

Или как я была пока его не было?

-- Нормально. – на мой взгляд для ситуации в целом самый подходящий ответ.

Неуклюже спускаюсь со столешницы, огибаю его и больше не говоря ни слова иду к выходу.

Альфа меня не останавливает, но я чувствую цепкий взгляд, пока не покидаю кухню.

Закрывшись в комнате, пытаюсь привести мысли в порядок. Это сделать сложно, потому что я не понимаю, что происходит со мной. Я как минимум должна чувствовать к нему отвращение после того, как он воспользовался мной в ночь, когда инстинкты зверя гасили во мне голос разума. Но этого нет. Всё скорее наоборот…

-- Нет-нет-нет! Полина! Не вздумай! – шепчу, зажмурившись.

Сейчас впервые мне становится по-настоящему страшно. Потому что противник не снаружи, а внутри меня.

Пытаясь разобраться со своими чувствами, лишаю себя сна.

Лежа в кровати, вглядываюсь в темноту, оставив все попытки уснуть.

Как же мне хочется оказаться подальше отсюда. Плюнуть бы на всё и сбежать. Вряд ли Астахов настолько озадачится чтобы попытаться меня разыскать. По крайней мере мне очень хочется в это верить.

В таких мечтах я лежу до самого утра.

Самое обидное что на рассвете я чувствую, что хочу спать.

Можно, конечно, уступить себе и поспать оставшиеся до подъема два часа, но я не хочу издеваться над собой. Зная свой организм, уверена что буду чувствовать себя в разы хуже, чем если вообще не буду спать.

С целью взбодриться принимаю в душ.

Уже стоя под прохладными струями воды, я понимаю, что что-то происходит.

Что-то нехорошее.

При этом я не слышу никаких подозрительных звуков, не чувствую чьего-то присутствия. Но откуда-то точно знаю, что в эту самую минуту твориться нечто ужасное.

Повышенную тревожность объясняю себе последствиями бессонной ночи.

Чуть позже, спустившись в кухню, завариваю себе кофе. Покрепче.

Но сделать успеваю всего пару глотков, потому что замираю в каком-то ступоре, когда слышу шум со стороны прихожей.

-- Блядь. Держись.

В том что это голос беты нет никаких сомнений, но впервые становлюсь невольным свидетелем его взволнованности. Это пугает. Потому что на мой взгляд нет более уравновешенного человека чем Адам.

Замираю, боясь сделать лишнее движение, но практически подскакиваю на стуле, когда слышу рёв, по-другому не скажешь.

-- Полина! – секундная пауза. – Полина!

Действую раньше, чем успеваю хоть что-то осмыслить. Бегу на звук голоса беты. Картина, которую застаю заставляет меня замереть на месте.

Адам и незнакомый мне крепкий парень держат Астахова под руки. Судя по всему, он без сознания.

-- Полина, отомри! – кричит бета.

А я не знаю, что от меня требуется…

-- Что с ним? – сиплю, едва выговаривая слова.

-- На диван его. – командует близкий друг Альфы, игнорируя мой вопрос.

Находясь в каком-то отупении, наблюдаю за тем, как Астахова укладывают на диван в гостиной. И только в этот момент я замечаю кровь…

Её слишком много.

На его одежде… на руках державших его мужчин...

Прижав руки к груди, часто дышу. Страх, волнение, растерянность… внутри всё смешивается в ядовитый коктейль, который мешает здраво мыслить.

-- У тебя есть инструменты? Неси! Надо вытащить из него эту хрень, пока не стало слишком поздно.

Не так быстро, как того требует ситуация, но я всё же активизируюсь.

-- Какие инструменты? Я не хирург. Его нужно в больницу везти!

-- Блядь! – нервно бросает Адам и торопливо выходит из комнаты.

Я мгновенно впадаю в состояние паники. Но всё равно подхожу ближе к Астахову.

Боже…

Толчок в грудь, а затем горло пробивает спазм.

Нет. Пожалуйста.

Я не хочу в это верить…

Гляжу на Астахова, поражённая открытием.

Мысль о том, что до больницы его могут не довезти заставляет действовать.

Бросаюсь к Альфе, падая на колени перед диваном. Инстинктивно прижимаю ладонь к ране, которая находится чуть ниже рёбер.

Меня трясёт так как ни разу в жизни.

Это всё шокирует.

-- Держи. – в поле моего зрения оказывается маленький кухонный нож.

Повернув голову, впиваюсь взглядом в Адама, не веря в то, что он мне предлагает.

-- Я… я… не могу. – вылетает с частыми выдохами.

-- Смелее, Полина. Времени на раздумья не осталось. Если ты продолжишь упираться, это сделаю я. Но в отличии от тебя у меня практически ноль знаний анатомии. Что увеличивает риски плачевного исхода.

В это мгновение меня едва не сносит ударной волной его тёмной энергетики.

Электрический разряд бьёт от кисти до плеча, когда я беру из его рук нож. Смотрю ошарашенно, но понимаю, что выбора у меня нет.

-- Полина… мать твою… В теле Демида какая-то херь, которая блокирует регенерацию. Ещё пару минут он не выдержит!

Дальше действую словно бездушный робот, выключив в себе всё человеческое.

Резким движением задираю на нём футболку, открывая вид на ранение.

-- Принеси полотенца. И воду.

Адам видимо безмолвно отдаёт приказ стоящему чуть в стороне парню, потому что я слышу, как он выходит.

-- Полина, пожалуйста, быстрее!

-- Просто замолчи. – прошу его, сосредоточив всё внимание на ране.

Подношу к ней нож и уверенным движением делаю надрез. Астахов никак на это не реагирует. Отсутствие реакции одновременно и успокаивает, и заставляет сильнее нервничать.

Отбрасываю нож, прижимаю ладонь чуть выше раны и пальцами другой руки пытаюсь нащупать то, чего не должно быть в теле Альфы. Чтобы отыскать нечто сильно похожее на пулю, мне понадобилось несколько секунд, показавшихся мне вечностью. Но вот я, зажав это между пальцев уверенно тяну, вытаскивая наружу.

-- Умница. – с каким-то придыханием произносит Адам, следивший за процессом.

Зажимаю в кулак пулю, чувствуя как все затворы срывает.

Проглатываю подступивший к горлу всхлип.

-- Давай сюда. – требует бета.

С трудом разжимаю кулак, давая ему возможность избавить меня от непосильного груза.