Любовь на практике - Алфеева Лина - Страница 14

– Предлагаю для начала подумать, как госпоже Вейр научиться скрывать свою магию, если она не хочет лишиться работы. И не только ее. Эдмард, я буду признателен, если ты поделишься своим гениальным планом, – оскалился в издевательской улыбке Норгат. – У тебя же есть план? Или ты просто воспользовался возможностью ночевать с девчонкой?

– Норгат! – возмущенно воскликнула я.

Зато Эдмард не стал ничего говорить, а просто махнул рукой, и на пустом прикроватном столике возник поднос с целым рядом бутылочек.

– Ай-ай, снова контрабанда. Что же скажет магистр Ард.

– Скажет, что ты дурак, Норгат, – буркнула я.

– Все в порядке, Люба, у него есть право злиться. – Теперь Эдмард выглядел виноватым. – Когда у Самины начались перемены, у нас было два варианта. Блокировать ее магию полностью, чтобы прервать трансформацию, или начать ее контролировать.

– Эдмард хочет сказать, что имперским магам не показалось, и они действительно уловили следы магии смерти, которую начала практиковать Самина Вейр.

– Мы раскачивали создание окошек, чтобы у Самины был доступ к магии. Но я думаю, что ей пора научиться создавать полноценные руны.

В моей памяти всплыли символы из справочника магистра Эгарта. Так вот “Мертвый призыв” относился к начальным, базовым рунам. А что, если защита академии не зря отметила Самину Вейр именно этим символом на карте?

Покопавшись в сумочке, вытащила из нее ручку и блокнот.

– Если это то, о чем я думаю, то я не одобряю, – незамедлительно объявил Норгат.

– Но и мешать не будешь?

– Я уже сказал тебе однажды, Шумская, что желаю иметь доступ ко всем твоим приключениям. Как я могу остаться в стороне?

Самина долго и придирчиво изучала руну в моем блокноте, словно сомневалась, что сможет повторить ее черточки с помощью магии. А потом призвала тонкую струйку огня и вывела ею в воздухе волшебный знак.

– Вот и все. Когда мой дар станет сильнее, я смогу не только рисовать руны магией, но и активировать их.

– Сильнее? Может, не надо? – буркнул Эдмард. – Ты и как маг пепла ничего.

– Как маг пепла я ничто, – тихо произнесла Самина.

Я не знала, из какой она семьи, но уже то, что Самина так держалась за место при ректоре Кхаале, указывало, что ее родные не богаты.

– Не всякая магия благо, – прошептала я. – Твоя может подкинуть тебе множество проблем.

– Я научусь ее маскировать! Так делают.

Ах вот оно что…

Я послала возмущенный взгляд Эдмарду. Наш птиц вконец обнаглел, раз позволил девушке поверить в такую глупость, как сокрытие магии. Ещё и меня в пример привел! Я уже хотела высказать Эдмарду все, что я думала об этом безответственном хмыре, как вдруг зеленовая руна вспыхнула ярче и медленно поплыла по воздуху.

Ко мне.

– Норгат, мне это не нравится, – прошептала я.

– Вейр, что происходит? – требовательно вопросил Норгат.

– Это не я, – испуганно пискнула горгулья. – Я не управляю руной.

Быстро осмотревшись, Норгат приказал:

– Шумская, бегом к стене и ставь на нее второй защитный контур. Знаю, ты не умеешь, но, как смотрительница этой части этажа, сможешь.

– Цель? – деловито уточнила я, призвав огонь.

– Заглушить магию Нижнего мира.

– То есть защищаться мы от нее не будем?

– Зачем? Это не атака.

– Я тоже не чувствую угрозы… – подхватил Эдмард, но слегка скис под моим взглядом.

А ведь мы с Норгатом поверили, что у Рыжего все под контролем!

Защита комнаты отозвалась в тот же миг, как я начала вливать в нее свою магию. Эти стены давно считали меня своей хозяйкой, вот и слушались. В другом месте этот фокус бы не получился, потребовались бы знания бытовой магии и умение плести огненную защиту.

На краю сознания мелькнула мысль, что глупо быть непобедимой только в родных стенах. Не потому ли император так редко покидал Золотой чертог?

Мысль мелькнула и исчезла, потому что сейчас мое внимание снова захватила руна, которая перестала передвигаться, но при этом напитывалась магией, когда же символ трансформировался в оскалившуюся костяную пасть, мы услышали, как мужской голос произнес:

– Возвращайся домой, наследница золотого пламени. Это не твоя война. Возвращайся домой – или погибнешь.

Костяная пасть щелкнула зубами. Именно этот звук и заставил меня изумленно вскинуть брови.

– И это все?

Костяная морда не ответила, а развеялась легкой дымкой.

– Н-да, Шумская, а ты стремительно обзаводишься поклонниками в обоих мирах, – бросил в своей обычной манере Эдмард и шустро создал щит, едва к нему шагнул Норгат. – Спокойнее! Я не знал, что так случится. Просто хотел помочь девушке, для которой важно стать магом.

– Мне кажется, для любой девушке в первую очередь важно, чтобы ее руки не были закованы в кандалы.

На кровати испуганно пискнула горгулья.

– Нет, а что ты думала, император позволяет магам смерти свободно разгуливать по Альтасу?

– Я думала развивать дар пепла. Хотела стать портальщиком.

– Точно не порталы, – задумчиво произнес Норгат. – С твоей удачливостью ты на первом же профильном экзамене пробьешь портал в Нижний мир.

– Самине нужна легкая специализация, связанная с использованием рун, – уверенно произнес Эдмард. – Тогда будет неважно, что ее сила способна открывать порталы в Нижний мир.

– В таком случае нам лучше обратиться к специалисту по нестандартным учебным программам, – криво усмехнулся Норгат. – В конце концов, именно он отвечает за появление Самины Вейр в академии Пламени. Люба, ты не могла бы снять защиту? Иначе ректору Кхаалу придется взламывать дверь комнаты собственного секретаря.

***

Ректору Кхаалу пришлось присесть, чтобы переварить информацию, которую четко, без лишних деталей поведал Норгат. Уловив эмоции горгула, я заботливо и своевременно придвинула к нему стул.

А ведь ректор Кхаал не выглядел стариком. Это был представительный мужчина в самом расцвете сил. Крупный, подтянутый, с высоким умным лбом и эффектными изогнутыми рожками. Учебная форма сидела на нем как мундир военного. По слухам, ректор Кхаал любит проводить тренировки в Черном корпусе, где лично гонял самых сильных адептов академии Пламени.

Сейчас горгул ощущался как потухший уголек во всех смыслах. Он выгорел эмоционально, да и со здоровьем явно все было не так уж и радужно.

– Самина создала руну “Мертвого призыва”, и она передала Шумской послание из Нижнего мира. Если кратко, то наследнице золотого огня предлагают вернуться домой и ни во что не вмешиваться, – завершил рассказ Норгат.

– Простите, я не хотела, – жалобно всхлипывала Самина Вейр.

– Не бери в голову. Ты не виновата, – приободрила ее я.

– Слухи расходятся быстро, – лорд Кхаал поджал губы и посмотрел на меня. – Я думал, у нас больше времени.

Потом горгул посмотрел на Самину и потребовал:

– Призови огонь.

Горгулья сложила ладони лодочкой и зажгла огонь. Зловещая светяшка мирно лизала воздух, когда же я протянула к ней руку, то вместо жара ощутила, как пальцы обдало холодом.

– Шумская! Тебе делать нечего?! – рявкнул ректор.

Я спрятала руку за спину и вымученно улыбнулась. Подошедший Норгат ненавязчиво обхватил мои пострадавшие пальцы и окутал их своим огнем. Боль тут же ушла, а пальцам вернулась чувствительность.

– Спасибо.

– Нивелирую любые глупости. Оплата поцелуями, – быстро шепнул он, заставив меня покраснеть.

– Достаточно. Можешь убрать огонь, – приказал Самине ректор.

Горгулья закивала, сосредоточенно уставилась на свои руки, а потом с явным трудом втянула непокорное пламя под кожу. Девушка только-только ощутила свой источник огня, но пока с трудом им управляла. Это означало, что ее разоблачение наступит быстрее, чем закончится первая учебная неделя в академии Пламени.

– Тебе придется учиться. Как ректор этой академии я не могу допустить, чтобы по ней разгуливала ходячая бомба из мертвого мира.