Зверь (СИ) - Горская Ника - Страница 23

Должна буду озвучить, останусь ли с ним, буду ли бороться за то, что уже, кажется, невозможным, или же откажусь.

Я делаю глубокий вдох, стараясь унять внутреннюю дрожь.

Шаг за шагом приближаюсь к трибуне, чувствуя, как на меня устремлены множества взглядов.

Они оценивают, осуждают, гадают.

Но больше всего меня пугает ожидание. Страх перед тем, что вот-вот произойдет.

Становлюсь по другую сторону громоздкой трибуны и поднимаю голову.

Первым замечаю сидящего чуть в стороне Леона.

-- Здравствуйте, Валерия, - обращается ко мне представитель стороны обвинения. Его голос звучит сухо, формально.

-- Здравствуйте. – отвечаю уверенно, неосознанно выпрямляя спину.

Хочу всем своим видом показать, что меня ничуть не задевает происходящее. Пусть это и не так.

В сторону Шакурова не смотрю, но его взгляд сотней мелких иголочек жалит кожу. Хочется провести ладонью по щеке, шее, чтобы избавиться от его ментального прикосновения.

-- Вы знаете для чего сюда приглашены, но позвольте я напомню, - мужчина, соблюдая процессуальный порядок, озвучивает суду причины, по которым меня вызвали в качестве заинтересованной стороны.

Я ничего нового не слышу, но некоторые слова всё равно цепляют что-то внутри.

-- Обвиняемый утверждает, что признаёт своё бездействие в отношении вас, чудовищной ошибкой, о которой он крайне сожалеет.

Повинуясь импульсивному порыву, поворачиваю голову в ту сторону, где сидит Айдар.

Глаза в глаза. Удар тока между рёбер.

Внутри всё сжимается и за долю секунды воздух в лёгких превращается в битое стекло.

Становится невыносимо больно.

Это всё стекло! Оно доставляет мучения, а не моя растоптанная любовь к этому мужчине.

-- Он хочет всё исправить, - доносится до меня будто издалека. – Учитывая всю тяжесть обвинения, суд вправе отказать Айдару Шакурову, но мудрые старейшины проявили милость. Они дают слово вам. Вы человек, и принимая решение не будете основываться на тяге, присущей двуликим. Теперь только вы, Валерия, определяете будущее вашей пары, как истинных друг для друга.

Продолжаю смотреть на Айдара, чувствуя, как постепенно немеет в грудной клетке.

Дыхание сбивается, и мир вокруг начинает раскачиваться.

В зале суда становится нестерпимо душно, словно кто-то стремительно выкачивает весь воздух.

Мой муж не произносит ни слова, но взгляд просто кричит. Просит, умоляет, требует ответить согласием. Сказать всего лишь короткое «да».

Замираю, боясь шелохнуться.

Хочется психануть, накричать в ответ. Спросить почему?

Почему сейчас?

Почему раньше не нужна была?

Но…

Мгновенное осознание отзывается болью в разбитом сердце.

Грустно усмехаюсь.

Таким образом он хочет смягчить приговор? Выдать фарс за искреннее раскаяние?

Демонстрируя суду и старейшинам признание своей «ошибки»?

Понимание этого провоцирует запредельный выброс адреналина.

Прикрываю глаза, чувствуя нарастающее головокружение.

-- Хочу предупредить, - продолжает обвинитель, - Валерия, в случае вашего отказа, в ближайшее время брак между вами так же будет расторгнут.

Наверное, я должна радоваться.

Не придётся лично заниматься разводом.

Но ни одной позитивной эмоции я не испытываю.

Просто понимаю, что так будет правильно, даже если сейчас мне малодушно хочется проявить слабость, ответив согласием.

Но каждый из присутствующих здесь знает, что так изначально быть не должно было.

Волк не отказывается от своей пары. Никогда!

Но это не наш случай.

Я не хочу разбираться в мотивах Шакурова, которыми он руководствовался, не признавая во мне свою истинную. Это было его взвешенное решение, подтверждённое годами прожитых вместе лет.

Сегодня же ему придётся принять моё решение.

Глядя в его глаза, не колеблясь, чётко произношу:

-- Я отказываюсь быть парой Айдара Шакурова! – в тишине судебного зала мои слова звучат слишком громко.

Последовавшая за этим пауза заполняет всё пространство.

Ничего не испытываю, когда вижу, как он, прикрыв глаза, опускает голову вниз.

Ничего не испытываю, потому что внутри пусто…

Глава 26

Лера

Месяц спустя

-- Аккуратно, - говорю и тяну вверх зажатую в руке ладонь сына, помогая ему перешагнуть небольшой порог детского игрового центра.

Стоит войти внутрь и яркий свет, шум, гам мгновенно волной обрушиваются на нас.

-- Мама, там! – тут же активизируется ребёнок, замечая свои любимые аттракционы.

Его глаза загораются, а маленький пальчик тычет в сторону батутной зоны, переливающейся всеми цветами радуги.

-- Да, малыш, вижу. Сейчас пойдёшь туда, - говорю с улыбкой, стараясь перекричать весёлый хаос.

Мы с Матвеем здесь впервые.

Я, как и сын с интересом осматриваюсь по сторонам, отмечая, что тут целый мир, созданный для развлечений и развития.

Стены расписаны яркими мультяшными героями, повсюду мягкие модули, горки, лабиринты и бассейны с шариками.

В воздухе витает запах сладкой ваты и попкорна, а отовсюду доносятся восторженные крики и смех детей.

Целая армия аниматоров в костюмах сказочных персонажей вовлекает малышей в игры и конкурсы. На огромных экранах крутят мультфильмы, а весёлая музыка создаёт атмосферу бесконечного праздника.

Мы подходим к регистрационной стойке и я усаживаю Матвея на специальный стул. Он ерзает, нетерпеливо перебирая ножками, всем своим видом демонстрируя, что ему не терпится окунуться в этот водоворот веселья.

Под руководством администратора, молодой девушки с розовой прядью в светлых волосах, я заполняю стандартный бланк. Имя, возраст, контактный телефон – всё, чтобы обеспечить безопасность моего сорванца.

Следом заполняю ещё один бланк. На персональную няню.

Идея показалась мне хорошей: лишняя пара глаз за Матвеем не помешает, особенно здесь, где столько детей и так много соблазнов для маленького исследователя.

Пытаюсь убедить себя, что это лишь мера предосторожности, а не проявление моей паранойи, которая обострилась за последний месяц.

Няня, девушка в ярком костюме феи, с добродушной улыбкой и искрящимися глазами, присоединяется к нам буквально через несколько минут. И что удивительно ей удаётся быстро найти общий язык с Матвеем.

Он обычно стеснительный с незнакомыми людьми, тут же доверчиво берёт её за руку и весело щебечет, рассказывая о своих любимых машинках.

Девушка кивает мне, тем самым показывая, что всё в порядке и поддерживая разговор с Матвеем уводит его в батутную зону.

Прохожу в расположенный чуть в стороне фудкорт и выбираю столик, откуда открывается отличный вид на площадку, где резвится мой сын.

Заказываю себе холодный мятный чай, надеясь, что он хоть немного поможет мне успокоиться.

Смотрю на время в телефоне.

До встречи ещё минут двадцать, а потряхивать меня уже начало.

Волнение зашкаливает.

Сегодня состоится встреча Айдаром с сыном.

Ну и, соответственно, со мной тоже.

Первая наша встреча после суда, на котором я во всеуслышание отказалась быть его парой.

Как оказалось, самым сложным было именно произнести это вслух.

А всё что было потом…

Нас развели очень быстро, и без личного присутствия. Понадобилось всего несколько дней и свидетельство о расторжении брака уже было у меня на руках.

Позже Леон предоставил мне копию ещё одного документа, где указывалось что опека над Матвеем у нас с Шакуровым общая, при этом Айдар не оспаривает факт проживания мальчика со мной на одной территории.

Проще говоря, он не стал забирать у меня своего сына.

Для меня это оказалось полной неожиданностью.

Морально я настраивалась на войну с ним, хоть и заранее знала, что проиграю её, но сдаваться без боя была не намерена.

Я всё чаще стала задумываться о том, что совершенно не знаю мужчину, за которым была замужем два года.