Геном хищника. Книга девятая (СИ) - Гарцевич Евгений - Страница 30

Рядом с обёрткой нашлась раздавленная пластиковая бутылка с остатками этикетки, на которой ещё можно было прочитать часть названия: Драгачи. После этого я перестал сомневаться, что иду по следам Драго.

Ускорился и, пройдя под ещё двумя арками и оказавшись практически на дне оврага, нашёл проход под землю. Тоже арочный вход, похожий на обвалившейся вход в бомбоубежище. Спасибо Драго, проход он для меня расчистил. Свет не провёл, табличек с указателями не расставил. «Древние» что-то оставили — через маску удалось разглядеть несколько фрагментов подсвеченных символов, но разбросанных на разных камнях. В теории можно было бы покопаться, но был шанс, что с этим пазлом я провожусь несколько дней.

В проходе было намного темнее, чем вокруг входа, но хотя бы тумана не прибавилось. Опасаясь, пропустить какие-нибудь важные мелкие детали, я включил фонарик, залив камни зелёным светом. Реальности окружавшей меня действительности это не добавило, но зато я сразу засёк блеск гильз, спрятавшихся между камнями. А потом разглядел царапины на стенах, в тех местах, где пол не успевал идти вниз за потолком, или проход сужался до размеров Драго, протискивающегося бочком и задевающего снарягой камень. Всё-таки не слабо он прибавил в массе с момента нашей последней встречи на Земле.

Пройдя через самый узкий проход на маршруте, я выбрался на открытое пространство. Но открытое только условно, до потолка метра два с половиной, стены расходятся в обе стороны, открывая впереди круглое пространство, полностью затянутое корнями. Часть росла прямо из потолка, выступая из камня толстыми основаниями, которые сужались к полу. А часть наоборот тянулась от широких оснований внизу, прорастая наверх сквозь камень.

Забор или частокол из плотных нитей перекрывал всё пространство. Расстояние между волокнами было маленьким. Не то что Драго, я в некоторых местах мог пройти только бочком и всё равно бы зацепился. Протоптанной тропинки не было, если Драго и раздвигал корни, как занавеску из висюлек, то всё давно вернулось в прежнее состояние.

Я выбрал самый широкий просвет из первого ряда и шагнул, потом в два следующих и упёрся в плотную решётку. Свернул, протиснулся и снова упёрся. По ощущениям, я будто в лабиринте. Стены вроде прозрачные, всё из тонких жердей состоит, диаметр самой крупной, может, чуть больше обычной лианы, но разглядеть правильный путь всё равно было невозможно.

Ещё через несколько поворотов луч фонарика мазнул по чему-то объёмному, что резко выбивалось из картины странного леса. Я сдержался, чтобы не рвануть напрямую. Наверху меня вроде как признали, но кто знает этих деревянных, вдруг я не в ту дверь иду, или здесь уровень пропуска должен быть выше. Решил обходить, и вместо трёх метров по прямой, накрутил где-то двадцать, но зато, кажется, нашёл одного из ганзейских историков.

Подсушенная мумия висела, распятая сразу между тремя корнями. Один обвился, причём, кажется, насквозь через руку, второй оттянул и запрокинул голову, придушил шею и вдобавок пропустил маленький, но острый корешок через затылок. Так, что сейчас он пророс через дряхлую щёку бедолаги. И третий каким-то непонятным мне образом сейчас рос прямо через ладонь. А учитывая, что он рос чуть в стороне, то труп сейчас напоминал какую-то сломанную марионетку, подвешенную на нитках.

Историком я его признал просто методом исключения. Не «искатель», не «Волк», оружия нет, лысина есть, но не всё под ноль, а лишь голая плюшка на макушке. Вот для всего на Аркадии геномы нашли, а облысение так и не победили. Хотя, возможно, этот был каким-то противником модификаций — на земле валялись разбитые очки в простенькой оправе. И, кажется, я первый раз здесь увидел очки, а то, что зрение можно исправить, я знал не понаслышке.

Я не стал задерживаться возле трупа, увидел впереди ещё один. Не такой раскоряченный, просто повешенный на одном корне, обвившемся вокруг его шеи. Можно сказать, загадку пропавшей экспедиции я разгадал. Наверняка если побродить кругами, я и остальных найду. Либо вросшими в пни и коряги, либо болтающимися на этих корнях.

Покрутившись немного и определяя, где центр помещения, как мог, вернулся на маршрут. И уже через десять метров дала о себе знать маска. Впереди подсветилась прямоугольная рамка, похожая на дверь, размещённая в широченной колонне, стоящей в центре охраняющего леса. Я обошёл её по кругу, благо свободного пространства перед ней стало больше, но и подсвеченные линии, и следы Драго я нашёл только здесь. Притоптано и снова намусорено. Похоже, Драго довольно много времени провёл, пытаясь открыть эту дверь.

Мне было проще. Во-первых, Драго наследил, во-вторых, здесь прекрасно сохранились механизмы «Древних», которые смогла идентифицировать маска. Я сразу нашёл сенсорную панель и активировал её. А вот дальше задумался.

Дверь не открылась, вместо неё вглубь стены отошла небольшая (примерно с обычный кирпич ребром) каменная панель и открыла узкую, длинную камеру. А маска заботлива подсветила края ещё одного сенсора на нижней панели открывшейся ниши.

Я огляделся по сторонам, словно хотел найти отрубленные пальцы Драго. И даже вспомнил его выступление на Совете.

— Не, нормально там всё было, — вздохнул я, деактивировал браслет на правой руке и запихнул руку в нишу.

Кольнуло. Лёгкий укольчик, примерно такой же, как делал биомонитор, и от ощущения которого я постепенно уже начал отвыкать. А потом откуда-то из глубины ниши выскочил мягкий, но плотный корешок, моментально обвивший запястье. И пока без сильного давления, но зажавший руку в потенциальных тисках. Казалось, что если я попытаюсь дёрнуться, то тут уже стиснет по серьёзному.

Я замер. Значит, ещё одна проверка.

— Спокойно, без нервов и резких движений. Драго её уже прошёл, значит, и я должен пройти, — пробормотал я уверенным голосом, но на самом деле как-то стало неспокойно.

Может, оттого, что пришло осознание факта, что мы с Драго не такие уж и разные, а «наследие» у «Древних» такое неразборчивое. Понабрали, блин, по объявлению…

В стене пошла какая-то реакция, отразившаяся сразу и на уровне чуйки, и перед глазами через оптику шлема. Над нишей, куда я так опрометчиво запихнул руку, загорелись контуры пяти кружков. Пять маленьких пустых форм, выстроившихся в один ряд, словно это какая-то мишень для биатлона.

Ещё что-то произошло и первый прямоугольник залило зелёным светом.

— Фух, попал, — выдохнул я, решив, что какая-то часть ДНК совпала.

Замигал второй круг и тоже зелёным. Ещё раз фух и можно не волноваться: во мне как минимум кусочек шакраса, кусочек нулевого генома и вера Тереховского из UNPA, что я прохожу по программе «Наследие».

Третий — красный!

— Окей, родителей не выбирают, всё-таки они обычные Земляне, — отшутился я.

Четвёртый — снова, сука, красный!

И что-то шутить мне расхотелось. Вдруг именно моё чувство юмора «Древним» не заходит…

Счёт стал равным, а пятая, по сути, финальная часть проверки что-то запаздывала. В стене продолжало что-то гудеть, а из ниши пробивался свет, будто под ладошкой какой-то сканер шебуршит.

Я выдохнул и стал готовиться к запасному плану. Переставил ноги так, чтобы рвануть было удобнее. Распределил нагрузку в теле, я хоть и без брони на правой руке, но ускорить её всё равно смогу. А левой достал «чезет» — руку себе точно не отстрелю, но, может, хоть чёртов корень ослаблю, чтобы он меня отпустил. Есть даже шанс, что успею дёрнуть, одновременно с красным сигналом. Кто знает, может, там система подзависла за годы простоя…

Проблема была в том, что красные круги у меня от напряжения уже перед глазами начали мерцать. Или это соседние двоились, не суть, главное, чтобы фальстарта не было. Тайминг, сила, все дела…

Контур круга, наконец, мигнул…

Глава 15

Мигнул и начал темнеть, насыщаясь цветом. Только совершенно непонятно каким. Он просто потемнел, выдав не то серую штриховку, не то чёрную, не то серо-буро-пепельную, разгадать который мне не давал недостаток освещения и подсветка шлема. Я попытка подсветить фонариком с зелёными лучами запутала ещё больше.