Полное посмертное издание. Компиляция. Книги 1-28 (СИ) - Денисов Вадим Владимирович - Страница 291

Зато все остальные вопросы и уточнения сыпались как из ведра:

— Кто из членов экспедиции намерен принять российское гражданство?

— Разрешите нам пока не отвечать: это серьезное решение.

— А как будет выглядеть теперь ваша миссия Спасателя?

— Может быть, я теперь захочу спасать души… Открою свою миссию, — отшутился Федя. — Построю церковь.

На этот раз отбрехаться ему не удалось.

— Про берлинскую историю мы уже слышали. И все-таки.

Конечно, слышали. Уже все в курсе.

Что-то скрыть в анклаве очень трудно. Особенно если вопрос витает долго. Поэтому функцию Спасателя раскрыли сразу же: все знают, кто есть Федя с точки зрения Смотрящих. Про Спасателей уже месяцы легенды ходят, мамы детям сказки на ночь рассказывают про добрых дяденек с маузерами…

Потапова на эксперимент Сотников повез на следующий день после окончания карантина.

Дело государственное, сразу две такие фигуры едут, поэтому колонна на трассе выстроилась адская.

Сначала Благова пролетела по маршруту.

Потом пошел квадроцикл патруля — укатил за двадцать минут до старта основной колонны, постоянно на радиосвязи. Первым в строю катил армейский УАЗ, в головном дозоре. За ним — «бронебуханка», обшитая легкой броней, вся в пятнах камуфляжа, там ехал Командор. Потом наш пикап, в оборудованном для пассажиров коротком кузове — Кастет с пулеметом. Брони на «тойоте» нет, нам это ни к чему, поэтому бедный Федя парился в тяжелом бронежилете. Замыкала колонну «шишига» с ДШК в кузове.

Глядя на такую процессию, вряд ли кто-то захотел бы напасть.

Доехали, естественно, спокойно.

Так вот: не крякнуло. Это был цирк, когда Потапова подводили к берлинскому донжону: как по минному полю к ставке Гитлера. Но терминал на появление Спасателя никак не отреагировал, чему Сотников ничуть не удивился. Он и раньше отрицал возможность функционирования второго терминала.

— После того как германцы влились в анклав, сам аварийный селективный кластер перестал существовать как данность. Нет такого больше, вычеркнут из реестра. Значит, немцы выведены из поля деятельности института Спасателей.

Перед этим на Федю и основной канал не отреагировал — а чего там реагировать, все нормально идет. Вообще-то никто из участников эксперимента не переживал: стратегия развития Союза давно принята, нам нужно расширять не Канал внешней поставки, а ассортимент выпускаемой самостоятельно продукции, — именно в эту сторону нацелен вектор развития Союза. Но мальчишеское «а вдруг» и «давай еще чуть-чуть» неотменимо, да и макиавеллиевская отговорка у Командора всегда есть: стратегия — на самостоятельность, а вот тактика… тактика может быть разной, в том числе и попрошайнической, если требуется оперативно.

В общем, не крякнуло, берлинский Канал статуса не поменял, так и остался лишь запасным. А планы у служб имелись! Агрономы, например…

От дальнейших размышлений меня отвлек Сотников.

— Как тебе вопросы? — спросил он тихо.

Прозевав пару последних, я не сразу нашелся, как ответить.

— Дурацких слишком много.

— Они не дурацкие, Сергей. Людям смертельно надоедает обыденно-материальное, они подсознательно понимают, что если сидеть в банке, пусть даже уютной, то плесенью порастешь, как франки. Вот и стряхивают ее с себя, спрашивают о том, о чем в другой ситуации и не подумаешь.

— Нужно расширять спектр доступных поездок. А это топливо и моторесурс.

— Правильно мыслишь. Потому и будем запускать второй НПЗ. Секунду… вызывают.

У него тихим щелчком включилась рация.

Александрович поправил гарнитуру, отвернулся от меня и чуть согнулся, о чем-то тихо говоря с неизвестным абонентом.

А я услышал следующий вопрос, заданный путешественникам:

— Какой из тех анклавов, где вы были, развивается наиболее успешно? — поинтересовался Данила Хвостов, наш технический интеллигент. Его все интересует, большая политика в том числе.

— На сегодняшний день это, несомненно, Манила, — твердо заявил Потапов — сразу видно, он и до этого прикидывал. — Не боятся дальних расстояний, выходят к океану, умудряются поддерживать нейтралитет со всеми, врагов у них нет. Из столицы системно создается центр притяжения, уже очень многие племена завязаны на Манилу. А видели бы вы их рынок техники… Даже вертолет есть!

— Из ответа я понял, что вы допускаете изменение позиций в первенстве?

— Шанхай и Дели хоть и поздновато, но осознали необходимость перемен и более активной внешней политики. Это, пусть пока что в перспективе, очень сильный и продуктивный союз. Если же в дело включится Россия, то конкурентов на Ганге я не вижу. В данное время, — поправился он в конце.

Следующий вопрос прозвучал от работника Мельпомены, режиссера драматического театра Феофана Арно. Режиссер был бомонден. Мягкий фиолетовый берет на длинных волосах, такой же шарф, повязанный «московской удавкой».

— Уважаемая мадемуазель Ленни, в своем рассказе вы упоминали о домашних уличных театрах Шанхая… А в Базеле есть что-то подобное? Или в Маниле? Если вас не затруднит… Как и вообще о формах художественной самодеятельности, очень интересно было бы узнать. Спасибо!

С охотой и энтузиазмом Ленни начала рассказывать о каком-то базельском театре современного искусства, причем я заметил, с каким изумлением смотрит на подругу Федя, который, похоже, ничего подобного не слышал и тем более не видел. Понимаю: не до театров ему было, побег готовил, команчей гонял. Но рассказ подруги он дополнил:

— Знаете, интересный был случай в Маниле. Познакомились мы с бывшим кавээнщиком, он некогда в РУДН учился, в «лумумбарии», как он сам сказал. Интересный человек, привет заочный коллегам передавал…

— Простите, а как его зовут? — насторожился театрал.

Потапов поднял руку в знак паузы и посмотрел в записную книжку:

— Ага… Ванчай Мундиало, из Таиланда он. Точно.

— Ванька, елки! — на весь зал вскричал режиссер. — Ну надо же, Ванька Мандо объявился! Хор-роший парень, его сам Масляков выделял. Как он, где он?! Надо же…

— На коммерческом причале работает, в охране. Скучает по России, по КВН.

— Товарищ Сотников! — вновь заверещал Феофан, поворачиваясь к нам. — Вы слышали это! Просто необходимо организовывать сборную КВН! Такие люди… У-у-у…

Сотников, на беду, вопроса не услышал и теперь растерянно глядел на человека искусства.

— Потом расскажу, — прошептал я.

Он кивнул, посмотрел на рацию, все еще зажатую в руке, о чем-то подумал и спрятал ее наконец-то в карман. А зал тем временем бурлил. Шутка ли, человек нашел своего приятеля в другом анклаве! Значит, и еще кому-то может повезти! После такого жажда дальних странствий овладеет уже не только всеми мальчишками Союза.

— Даешь международное почтовое сообщение!

Да, вот это резонанс.

— Все, товарищи, закругляемся! — окончательно решила Лагутина. — Последние два вопроса на выбор докладчика — и заканчиваем, все устали, да и ужин скоро. Прошу вас, Федор.

— Вон та девушка в пятом ряду, в синей куртке!

Обрадованная корреспондентка поднялась.

— Сережа, — вновь отвлек меня Главный.

— Ага.

— Ты когда в Берлин? Вечером или с утра?

— К ночи поедем, чтобы от греха. Я и Монгол с Костей.

— Правильно, Сереж, правильно… Дело ответственное, очень интересный момент.

— Да понимаю я.

Дело было так.

После того как мы убедились в отсутствии реакции Канала на появление Спасателя, Сотников, взяв меня с собой и оставив всех остальных у башни, направился в берлинскую операторскую. Осторожно открыли дверь. Просто поражаюсь, как он предчувствует.

Только зашли — надпись на экране: