Полное посмертное издание. Компиляция. Книги 1-28 (СИ) - Денисов Вадим Владимирович - Страница 346

Идет очередной ежеквартальный сбор, который уже традиционно проводится в новом формате. Раньше именно я каждый раз читал основной, а порой и единственный доклад, коротенький такой, по планам и регламенту минут на сорок, зараза. В реале сводный доклад всегда затягивался в лучшем случае на час, половина слушателей улетала в анабиоз, а я уставал и озлоблялся. Те, кто поначалу хотел было задать какие-то очень важные вопросы, к концу моей болтовни или плевали на них, или забывали интересующее, это немцы у нас горазды вопросы записывать, наши — не, они ж типа «помнят».

Так что теперь у нас в моде форум, вот так.

Докладчиков много, все доклады короткие, и после каждого начинается свободное обсуждение в двадцать минут. Сначала было непродуманных десять — в этот отрезок не укладывались, не успевали выразить свое. Организационный опыт пришлось накапливать самостоятельно. Я надеялся в этом на научников. Казалось, что уж они-то точно должны знать, как подобные мероприятия проводятся, — зря, головастики из процедуры хорошо помнили красивую ругань с хищными хождениями избранных ораторов по проходам, а из «организационки» — унылый дешевый фуршет в перерыве.

В прошлом квартале с фуршетом вышел прокол.

Общепит расстарался и накрыл нам такую ярмарку, что все кинулись обжираться, после чего резко впали в благодушие, и во второй части вместо участия в продуктивном диспуте люди откровенно ждали окончания мероприятия. Поэтому сегодня никаких продуктовых развалов не будет, жидовские бутербродики, сырок в тонкой нарезке и яблочки — правильное помнили научники, так им и надо.

Сейчас выступает шестой докладчик. О, уже выступил!

Гольбрейх закончил, Демченко включил таймер.

— Вопросы, мнения. Прошу, — машинально скомандовал я, глядя в темный зал. Поймал вскинутую руку. — Пожалуйста.

— Данила Хвостов, — гордо представился публикуму гениальный технопрощелыга и смутьян.

Его непосредственный начальник Женя Дугин тут же склонил голову и отвернулся, массируя виски пальцами.

— Товарищ Гольдбрейх, — прищурился Данила, — а как вы считаете, Земля-1 еще существует? Я вот лично так думаю, что…

— Не по теме! — оборвал я. — Доклад Марка Львовича касался исключительно стимулирующих поставок и возможных изменений в этой практике, прошу не заводить докладчика за угол.

Вообще-то на форуме у нас послабуха: можно тихо беседовать, вставать и выходить по необходимости и без согласований, можно передавать бумаги. Нельзя лишь кричать с места и придумывать новые темы: и запланированных вполне достаточно для полного опухания к концу мероприятия.

— Ничего, Алексей Александрович, ничего. — Профессор не торопясь поправил модные очки, успокаивающе поднял ладонь, показывая, что справится. — Я отвечу, хорошо? Спасибо… Видите ли, товарищ Хвостов, для точных однозначных суждений у нас пока нет точных данных. Ясно одно: авторы проекта существующую Платформу поставили на позицию Земли-1 с потрясающей точностью. То есть сама Позиция, как вы понимаете, в момент подстановки была свободна… Конечно же мы можем вспоминать о неких иных реальностях, временных слоях, где могли бы оказаться. Можно и параллельные миры вспомнить, что так любят писатели-фантасты, но для серьезного обсуждения таких вероятностей у нас нет повода.

— Вы не верите в многослойность миров, профессор? — с места выкрикнул Кастет.

Лунев приказом по анклаву недавно назначен командиром группы сталкеров, но эликсиром власти и ответственностью руководителя мужик пока еще не пропитался, только начинает входить в курс дела. Вот и осталось в нем мальчишество, прет наружу, бурлит, выплескивается, как и прежде. Профессор усмехнулся, как школьный учитель химии, разглядывающий тянущих руку наивных отличниц с косичками, считающих, что они смогут понять предмет и пронести это знание всю свою жизнь.

— Я хоть и нахожусь в церкви, — Гольдбрейх иронически посмотрел вверх, — но категориями Веры, увы, оперировать не могу. Могу лишь предположить. Предположить, что если бы у Смотрящих имелась хоть малейшая возможность использовать эту самую «многослойность» в полную эксплуатационную силу, то нашей, извините, заброски сюда не случилось бы… Зачем? Кто бы помешал им сразу запустить тысячу проектов параллельно? Согласитесь, это же сонмище вариантов с дальнейшим наблюдением!

— А путешествие во времени? — ударил боковым Хвостов, оглядываясь на Лунева, как на единомышленника.

Я посмотрел на Демченко, он — на таймер.

— Это мы опускаем, — встал Сергей и энергично брякнул в колокольчик. — Давайте путешествовать по земной тверди.

Группировка научных фантастов и примкнувший к ним Гоблин недовольно зашептались.

— Можно мне спросить? — поднял руку Коля Мазуров, второй после строительного бога, то есть Ковтонюка.

— Давай, Николай, — кивнул я, уже понимая, что к первичной теме народ сейчас не вернется. Слишком уж шикарен повод попытать профа о глобальном.

— Марк Львович, а вы уверены, что мы стоим именно на Позиции? Может, вокруг нас объемная модель? Что-то типа купола.

— Купол будем дырявить, за ним таится Золотой Ништяк! — поддержал Николая чертов Кастет.

— Лунев, прекратите немедленно, — нахмурился я.

Костя тут же поднял обе руки ладонями наружу и сделал невинное лицо придурковатого сельского пьяницы, который готов сдаться председателю колхоза без боя.

— Хм… Купола… — неожиданно споткнулся Гольдбрейх. — Были такие предположения. Но… Мы, знаете ли, можем взять и берем все необходимые сравнительные материалы — в Государственном астрономическом институте МГУ имени Штернберга, институте космических исследований, институте астрономии и в Физическом институте АН России. Кроме того, копировались материалы из Главной астрономической Пулковской обсерватории и Специальной астрофизической обсерватории АН России на Северном Кавказе… Установленный недавно в обсерватории Нового Берлина новый мощный телескоп обладает достаточно большой глубиной проникновения. И что мы видим, что имеем? Мы имеем полный порядок в планетной астрономии, доложу я вам. Релятивистская теория движения планет работает, как и прежде. Впрочем, нам честно достались в наследство и многие старые частные проблемы космогонии: мы, к огромному моему счастью, все так же не знаем, как сформировалась висящая над нами Луна, как образовались кольца вокруг планет-гигантов и почему Венера вращается очень медленно и в обратном по отношению к другим планетам направлении… Ну и кое-что другое. Подсказок нет, как нет и малейших отклонений в старой доброй картине наблюдаемого мира. Абсолютно все небесные тела, которые мы сегодня способны увидеть, ведут себя должным образом, без отклонений.

Он снял очки и положил их до поры на полировку.

— Боюсь, товарищи, столь глубокое и подробное моделирование окажется для Смотрящих ничуть не менее затратным, нежели перемещение из запасника очередной Платформы. Да и зачем им подобный суррогат? Чтобы мы романтическими вечерами могли полюбоваться родным небом, и только? Нет, Платформа, в случае признания наших успехов, просто поменяет категорию учета в Главной амбарной книге, обретя пометку: «Готовая планета с перспективной цивилизацией». И для этого у нас есть все шансы… Кстати, я точно также не готов отрицать и наличие неких временных слоев, но тут нужны проявления.

— Вот именно, шансы есть, — влез я, корректно уводя беседу от опасной, долгой и мутной темы. — Вы говорили о стимулирующих поставках. По этому вопросу у присутствующих есть соображения?

Хвостов, который только и ждал подобных сентенций, расстроенно пожал плечами и сел на место. Народ немного погудел.

— А вот я хочу кое-что спросить. — Со второго ряда медленно поднялся Кабанов Павел Матвеевич, старший мастер Промзоны, солидный, основательный мужчина, к шуткам относящийся как к летящим гранатам. — Я не услышал конкретного предположения о следующем шаге Смотрящих в этом плане. Вы, конечно, сказали о вариантах, но мне хочется увидеть наиболее вероятный. Вот и скажите. Конкретно. Все у меня.