Полное посмертное издание. Компиляция. Книги 1-28 (СИ) - Денисов Вадим Владимирович - Страница 361

— Серега! — заорали позади-сверху.

Я оглянулся, чуть не выпустив из рук контейнер с сосисками.

— Серый, подожди! Поможешь оборудование донести!

Вотяков орет. Этот тоже везунчик: Юрка в составе у Потапова.

Вот уж по чьей кандидатуре долго спорили… С одной стороны, лучший спец, ему и в анклаве работы хватит, поберечь бы надо. С другой — смену он подготовил, два человека в радиоузле сидят, а предстоящие задачи могут оказаться орешками такой степени твердости, что без сильного радиста их и не разгрызть будет. А он, среди прочего, антеннщик с огромным опытом, что зачастую и определяет надежность и качество связи. Связь же с группой важна закритически. Пусть зимние шторма и прочие катаклизмы, пусть даже канал не заработает — связь должна быть, и точка. Любыми силами и средствами.

Таковой силой Вотяков и оказался — едет. Довольный, как слон.

Выскочил Юрка быстро, со стуком поставил передо мной две полотняные сумки средних размеров и тут же побежал назад, прыжками вверх по лестнице донжона — неплохо ноги накачал парень с таким высокоэтажным жильем. Так же быстро и вернулся, еще две сумы тащит!

— Что тут у тебя?

— Да запчасти…

Вообще-то я обязан не пущать и требовать экспертной оценки: бедный «Клевер» чуть ли не трещит по швам. Но тут вмешиваться не буду, ибо экспертом выступит все тот же неизбежный Вотяков.

— Точно не лишнее?

— О чем речь, Серый, шутишь, что ли, — обиделся главный радист. — Такое лишним не бывает. Можешь не смотреть, не оценишь. Потащили.

Вам завидно, не? Целый секретарь Госдепа таскает на пупе тяжеленные сумки с запчастями. И машину у диспетчеров не возьмешь — засмеют девчата, расстояние ерундовое. Можно было, конечно, завести сталкерскую Шнюшу, но ключей от машины у меня нет, а подниматься на второй этаж некогда родной мне базы было влом. Я кинул в одну из сумок контейнер с сосисками. Черт с ним, поперли, проклятый кренкель.

Но герои просто так не уходят — заметьте, это я не про себя сказал.

— Товарищ радист! — громко остановили нас тоненьким девчачьим голосом.

Четыре девчонки, класса из девятого, пожалуй. Стоят, переминаются с ноги на ногу. Смотрят на Вотякова, как на живого Крузенштерна. Занятия в школе сегодня отложены, все дети будут прощаться, махать руками и флажками.

— А можно мы с вами сфотографируемся на память? — кокетливо спросила самая бойкая черноглазка. — Ну, пожалуйста, товарищ радист… И еще отдельно, чтобы портретом, мы в школьном музее вас повесим!

Так приходит земная слава, жаль, что не ко мне. Вотяков охотно принял пластическую позу, покровительственно обнял учениц за плечи. Щелк! Щелк-щелк!

Сверху кто-то тихо кашлянул. Я поднял голову, пробегая взглядом по неровностям серого камня старой крепостной стены — Монгол это, из окна смотрит. А глаза…

Мы понимающе обменялись с другом горестными взглядами.

«Клевер» готовился к старту не на причале, а на берегу, рядом, так экспедиционерам удобней: и они не мешают, и им никто глаза не мозолит. Рядом с судном на границе пологого склона стоял большой деревянный временный сарай, где аккумулировалось все имущество отряда, оборудование и припасы, там же и мастерская. Часть экипажа вообще тут жила три последних дня. Небольшая горка коробок, канистр и баулов все еще не погружена на борт, но в том нет ничего страшного: проверяют ребята, перекладывают.

Само судно было не узнать — покрашенный шаровой краской пришелец, заявившийся к причалу Замка этаким беленьким, мирным и нарядным швейцарским щеголем, теперь выглядит как приличный боевой корабль. На борту — большие белые цифры «005», название русскими буквами и непременное «ВМФ России». Как только его не называли: сейнер и морской мотобот, дизель-электроход… Наплевать и забыть, отныне это — корвет русского флота.

Для данной миссии «Клевер» подходит больше всех остальных судов.

При всех достоинствах «Дункана» в плавании по большим рекам, отпускать бывший буксир в открытое море нежелательно: у проекта серьезные ограничения по волне. Вновь принятый в состав флота корвет есть малый рыболовный сейнер по своей природе. Низкий, широкий, у судна прекрасная остойчивость. Два огромных трюма — проектанты поработали на совесть. А как же, судно коммерческое, должно взять столько рыбы, чтобы судовладелец или эскплуатант в случае удачи мог рассчитывать на серьезный финансовый приз.

«Клевер» имеет низко расположенный центр масс, а Маурер его еще понижает, все меры к тому приняты. Именно благодаря этому обстоятельству шкипер согласился на демонтаж огромной тросовой лебедки, которой, похоже, никогда не увидеть больших рыболовных сетей. Теперь она лежит на берегу. Дугин хотел забрать и приспособить в дело (сам пока не понимая, зачем конкретно она ему надобна), но Маурер отказал в грабеже наотрез; рачительный Ули потребовал убрать до поры «катушку» на склад.

Вот «Нерпа» — настоящий пароход, от рождения — запросто может совершить таковой переход, это судно морское, мало того — сконструированное для плавания по северным морям, может и через льды пробиваться. Только с грузоподъемностью у нее плоховато, серьезную экспедицию такого разряда не отправишь.

Ближний к ходовой рубке трюм «Клевера» забит полностью, соседний пока открыт — набивают. Из тяжестей в трюмах в основном топливо в бочках, и его количества вполне должно хватить судну для прибытия к конечной цели. А там уж…

Упакован корвет крепко.

Имеется и исправно работает все радиотехническое и навигационное оборудование, на борту есть эхолот и мощный гидролокатор. Полностью судовое оборудование и начинку я сейчас подробно описывать не собираюсь, расскажу лишь про вооружение, с которым «Клевер» и повезет экспедицию «Беринг» к новым открытиям.

В носовой части корвета в обрамлении бронещитков на турели стоит пулемет «максим» с системой принудительного водяного охлаждения — решили, что такой агрегат взять в дорогу рационально. Неизвестно, как все сложится. По прибытии на место Потапов будет ставить капитальный блокгауз или даже самый настоящий форт. И вот там-то проверенный ветеран с водяным охлаждением, способный работать без перегрева ствола длинными очередями, точно пригодится: на новой земле можно ждать любых сюрпризов, фантазируя без пределов. Вплоть до стай агрессивных приматов, атакующих сотнями и македонской фалангой.

На корме корвета — уже стандартная «орудийная башня» новенького, с поставки, крупнокалиберного ДШК, с этой точки палубы у него будет наиболее широкий сектор обстрела. Рабочее место наводчика-оператора организовано грамотно — чуть ли не анатомическое удобное сиденье, мягкое, из не боящейся морской воды кожи, бронещитки с трех сторон, легкое круговое вращение. Оружейники постарались на славу: Ганс Грубер лично курировал перевооружение «Клевера». На «крупняке» башенка вышла побольше, «максимке» же досталась попроще и полегче.

В центре большой широкой палубы между грузовыми люками виднеется штанга для крепления установки «Удар», с шарниром которой и носился неуемный Хвостов. Кстати, что-то его не видно, наверное, в мастерской сидит, колдует…

С таким патроном это почти пушка, которые, как известно, начинаются с калибра в двадцать миллиметров. Опыта работы с подобным агрегатом у ребят практически нет, но то, что он будет востребован, — это без всякого сомнения. Тем или иным патроном «Арсенал-1270» прошибет любого местного кита, быстро научатся. Две «крупные» машинки одинакового калибра есть насущная необходимость, ибо ДШК, с большой долей вероятности, встанет-таки на оборону блокгауза, тут уж Потапову придется, в зависимости от степени агрессивности среды, принимать решение — что оставлять на земле, «дашку» или «макса».

Сама супервинтовка пока снята и убрана.

Кроме перечисленного группа сталкеров «Беринга» имеет свой законный штатный ПКМ с запасным стволом. Ули Маурер хотел оставить на борту и свою реликвию, привезенный из дальних стран трофейный «Солотурн S2–200», он же MG-30, но такой разнобой в калибрах пулеметов в Штабе посчитали нерациональным: тяжеловато будет патроны получать мобильным каналом с его странным режимом работы… И так разных калибров у экипажа хватает, например Ленни категорически отказалась менять свой гангстерский машинган «томми». Собранная с Пакистанки после удачного «Рассвета» добыча позволила найти и выделить MG-30 замену — шкипер получил ручного «дегтяря».