Полное посмертное издание. Компиляция. Книги 1-28 (СИ) - Денисов Вадим Владимирович - Страница 555

В первой же лавке я конкретно упал духом. Патронов для нарезного полно, на любой вкус и цену, а оружия нет. Хозяин даже заявку не принял, узнав, что тут ненадолго, – говорит, что ждать можно целый квартал! Во втором магазинчике – та же история. Три помповика разной степени износа, луки и арбалеты. В следующей лавке я понял, что надо быстренько ехать в гостиницу, пока мы никого не убили.

Так и сделали.

– Буржуйский разводняк! – бурчал заспанный Гоблин, тяжело поворачиваясь на поскрипывающем сиденье. – Что за дела? Все спелись, все враги! Честному братану никакого лавешника не хватит, удавлю!

Избавившись от тяжкой ноши в кузове, «эльф» взбодрился и был готов хоть сейчас встать на стартовой полосе каких-нибудь автогонок, однако мы плелись уныло, я бы даже сказал, беспросветно.

– Подрезать ночью, и весь базар. – Напарник уже затухал.

Если я буду молчать, то успокоится он быстро.

Молчать тяжело, меня тоже колотило.

Что случилось? Просто мы воткнулись в цены на моторки, вот что. Я был готов к адскому прайсу, ведь в Замке Россия водномоторная техника ничуть не дешевле, а вот напарник – нет. Гоблин вообще не любит в чужеземье за что-либо платить полновесной монетой. «Отжать», «защемить», «подрезать». И всегда у Сомова есть покрышка – не для себя, на пользу Родине.

За купленный снегоход хозяин «Звезды Макао» отслюнявил немало – пятьсот пятьдесят юаней, хорошо, что половину дал десятками, штампованными монетами большого размера. Часть я отсыпал в карманы на мелкие расходы, а остальное оставил в сейфе у Лиззи, на хранение. Сумма немалая, однако на катер ее не хватает. За наши деньги можно взять неуклюжую деревянную лодку со средненьким мотором и небольшим запасом топлива, только вот для прорыва через рубежи Северного Альянса подобное плавсредство не подходит. Таким, как мы, настоящих катеров с водометами или винтовыми стационарами вообще не купить, а металлические моторки в ассортименте, оснащенные взрослыми двигателями, начинаются от шестисот за самую плохонькую сборку.

– И че? Машину продавать, а самим ноги бить, как последним сявкам?

Я молчал.

– Не, ну это капец… А стволы? Так нам и грузовика не хватит! Ты слышал, сколько простая помповуха стоит? Пипец, я в бандиты пойду!

Опять промолчал. Ага. А сейчас ты филолог.

Хмурое утро.

Восток, как ему и положено, алеет, еще прохладное серое небо дышит влажной свежестью, проснувшиеся речные птицы лениво разминаются на песчаных островках, готовясь стартовать к местам кормлений.

Тихо. Ворчание двигателя, стабильно работающего на средних оборотах, уже стало привычным и не мешало различать сторонние звуки. Серая громада крепости только что осталась позади. На центральном причале спит пароход-флагман с длинной трубой, рядом несколько боевых джонок. Причал у властей удобный, но мне там делать нечего: по совету Харди Спайсера я еще затемно сунулся к более демократичному – торговому.

Там и интересовался моторками, строго-настрого наказав Сомову не вмешиваться в процесс: он тот еще торгаш…

Вот уж где демократия!

Она в местном антураже, в нравах, в поведении людей и больше всего похожа на повальный пофигизм, впрочем, я видел подобное и в Маниле – ты никому не нужен, пока не попадешь в поле зрения криминальных группировок. Службе безопасности крепости все до лампочки, хотя впечатление, конечно, обманчивое. Через большие азиатские и восточные города ежедневно проходит много людей, слежки можно не опасаться, всех один хрен не пропасешь. Наемный труд ничем не регламентируется. В общем, живи спокойно, только не блистай. К примеру, если чужак попробует стать бизнесменом, встроиться капитально, влезть в нишу, каким-то чудом еще не заполненную под крышку, или, упаси господи, занять чужое место, то к нему быстро придут и объяснят. Могут и на кичу отвести, где власти за наглеца, посмевшего не забашлять должного, возьмутся конкретно.

С группировками контактировать тоже непросто. Рядовой человек им неинтересен, беспредел в городах не приветствуется. Лучше просто не лезть – целее будешь. Если же лезть за покупками в криминальную кашу местных триад, то надо сперва создать микробанду, на время придется самим становиться бандитами-наемниками, по-другому не получится, проверяли. Тут Гоблин в корень смотрит. Иначе грохнут.

Кислое дело.

Если мы не найдем оружия за приемлемые деньги, придется идти к бандитам, причем настоящим, а не простым уличным жуликам и чертям с больших дорог, которые во всех анклавах вне закона – как государственного, так и криминального. Тем не менее этот вариант я в голове держу.

На причале я много общался, особо не акцентируя интереса к покупке моторки, спрашивая попутно. Чаще спрашивал о другом: как рыба, как погода, что платят торгаши… Получил кучу впечатлений, поговорил с интересными людьми.

Широкий и длинный дощатый причал поначалу был пуст, народу не было, лишь парочка одиноких сонных сторожей сидела под плетеными грибками. Рядом с каждым – здоровенная дубина с окованным концом, на поясе кобуры и настоящие сабли.

Лодок в секциях много.

Только мы подъехали, как началась великая движуха, все словно по будильнику подпрыгнули! Появились стайки тук-туков и велоколясок, полноценные автомобили везли к причалам моторы и бочки с топливом. Среди них встречались и вполне приемлемые для сталкеров модели: парочка трехдверных «паджериков» с одноосными прицепами, забавно переделанный под броневичок «самурай», особое внимание Гоблина привлек новенький «рубикон» зеленого цвета…

Похоже, Харди наврал, говоря про малочисленность техники и ремонтников, – объяснимо подчеркивал свою значимость.

Люди тащили весла и сети, стопки мешков, большие оцинкованные тазы и глиняные кувшины. Начинался рабочий день, рыбацкий и охотничий народ выходил на реку. Торговцы шли к усталым рыбакам, только что успевшим проверить ночные сети, динамика примитивных сделок бешеная.

Как и везде, зримость разным городским районам добавляют их запахи – и тут импровизированный рыбный Причальный рынок Китая кроет все остальные районы, как бык овцу. Вот уже и простой покупатель подтягивается за рыбой и раками, в основном это домохозяйки. Три китайца с безменами бегают вдоль берега – за долю малую помогут, если нет своих весов, а на глаз не верится. На широких местных лопухах трепыхаются большие и маленькие рыбины, рыбаки сразу же перекладывают их свежей крапивой – так улов сохраняется дольше, раньше в крапиве волжскую рыбу на подводах аж в Москву возили. Здесь рыба продается исключительно целыми тушами, живая.

Оставив Мишку в машине, я пару раз прошелся мимо ряда низких хибар-складов и строений посолидней, среди которых имелись даже морские двадцатифутовые контейнеры с надписью «FESCO», шуганул предусмотрительно подобранной палкой надоедливых плешивых собак и вскоре решил окунуться в атмосферу покупки-продажи плавсредств, чтобы уже через час отвалить в глубоком шоке.

Шестьсот юаней за самоклепаную байду с ужасными обводами! Не буду рассказывать, как мне понравился новенький катер «сильверлайт» под мощным «мерком». Тысяча двести – и забирай, ни в чем себе не отказывай, грузи девочек.

Наконец, когда уже и рукой махать устал, в безлюдном месте возле одного из сараев ко мне подкрался маленький сморщенный азиат с хитрованскими глазами, похожий на узбека. Он и предложил мне вариант разжиться моторкой задешево. Я же усмотрел в заманчивом предложении еще и другие резоны.

– Сто пятьдесят за разбитый помповик! – вслух продолжил гундеть Мишка. – Без патронов! И сколько тогда нарезнуха? Тысячу?

Все еще терплю.

В общем, материальных ништяков группа пока не обрела – дорого, трахома.

Ни лодки, ни оружия… Хорошо хоть совет дали, наколочку, туда и едем.

За Крепостью и местным Посадом, более-менее благополучным районом Пекина, лежат районы проживания простых китайцев – все уже проснулись, все пашут. На окраине лежит Восточный рынок, один из пяти в Китае, такого количества базаров нет ни у кого в разведанной русскими области Платформы. Подальше от реки, судя по небрежно накаляканной наводчиком-уйгуром по имени Турсун схеме, начинается район откровенной бедноты, где живет голь перекатная; там в принципе делать нечего.